Чтение онлайн

Наташа обернулась и едва не запищала от негодования и нахлынувшей волны жара, что окатило тело. Федор стоял непозволительно близко. Меньше чем на расстоянии вытянутой руки. Ему ничего не стоит положить руки на столешницу, и тогда она окажется у него в плену.

— Я сожалею, что ты слишком эмоционально всё воспринимаешь и не даешь нам возможности сблизиться.

— Да куда уж ближе! — фыркнула она и выставила одну руку вперед.

Она не собиралась его касаться. Нет-нет. Касание — лишнее. Ни в коем случае.

И всё же коснулась.

Кожа Федора была горячей. Как если бы у него наблюдалась температура за тридцать семь. Наташа не одернула руку, как должна, убедив себя, что таким образом она останавливает его, не подпуская ближе.

Мужчина дышал глубоко и протяжно, отчего его грудная клетка плавно поднималась и опускалась вместе с её рукой.

Наташа смотрела на свою ладонь на его бронзовой коже. Откуда у него такой темный загар? Если Федор вел затворнический образ жизни.

— Я не про физическую сторону, — хрипло заметил мужчина.

Наташа медленно кивнула.

— Ну конечно, — скептицизма она не скрывала. Не в силах справиться с витками вожделения, что становились только сильнее, Наташа свела ноги вместе и поджала интимные мышцы.

Это невыносимо…

— Это невыносимо, Наташ, — он отзеркалил её мысли, или она фразу произнесла вслух? — Нельзя так. Себя будешь мучить. И меня. Раз мы оба оказались в такой ситуации… — он сделал паузу, прикрыв глаза и сделав особо глубокий вдох. Лицо Федора мучительно исказилось. — Я не могу допустить, чтобы ты испытывала боль или дискомфорт. Поэтому… Давай кушать, и потом собирай вещи.

Наташе показалось, что она ослышалась.

— Собирать вещи? — уточнила она, до конца не доверяя слуху.

— Да, — жестко бросил Федор, поджимая губы. — Надеюсь, если ты окажешься в родной среде, тебе будет проще.

Наташа от волнения облизнула губы и сразу же услышала приглушенный стон, одновременно с ним, преодолевая её легкое сопротивление, крупные руки уверенным и властным движением притянули её к мужскому телу.

Наташа тоже вздохнула. Зажмурилась и прильнула к Федору.

На этот раз всё было иначе.

Ната собиралась спокойно. Даже чрезмерно. Аккуратно складывала каждую вещь, разглаживала её. Проверила, всю ли косметику собрала, ничего ли не забыла. Она помнила примету про забытую вещь и возвращение.

Федор ждал её внизу.

— Да. Не знаю когда. Будьте готовы, — сдержанно разговаривал он с кем-то по телефону.

Её телефон, кстати, так и не вернул.

Мама! Эта мысль обожгла мозг. Надо срочно ей позвонить. А ещё стоило спуститься вниз и снова оказаться рядом с Федором, внизу живота заныло с новой силой. Да что такое!

Федор, увидев её, скоро завершил разговор, убрал телефон во внутренний карман и слегка нахмурился.

— Ты легко одета.

— Я не хочу сейчас обсуждать мой гардероб, — буркнула Наташа, поджимая ноги.

Федор сделал шаг в её сторону, и она не удержалась, выставила руку вперед.

— Не подходи… Пожалуйста.

Ей показалось, или мужчина на самом деле побледнел?

— Наташа… Слушай, дай мне всё же тебе помочь.

Она покачала головой.

— Я не хочу никакого секса.

— Болит? Там?

Господи… Они обсуждали её половые органы. Докатились.

— Ничего у меня нигде не болит, — процедила она сквозь плотно сжатые губы, мечтая поскорее оказаться в машине, а ещё лучше — в самолете.

Федор нахмурился сильнее, и Наташе даже показалось, что он раздался вширь и ввысь.

— Я могу помочь, — вторично сказал он, тщательно выговаривая каждое слово.

Ната уже готова была взвыть от отчаяния. Когда же они покинут это место и этот дом?

— Ты ничем не можешь мне помочь.

— Могу, — продолжал он настаивать. — Я не предлагаю сейчас заняться традиционным сексом. Но я могу дать тебе облегчение руками и… губами.

Наташу обдало жаром, на лбу и на спине выступила испарина. Он всерьез предлагает заняться оральным сексом? Вернее… Сделать ей куни. Правильно она его понимает?

Воображение тоже сегодня играло против неё, потому что в голове сразу же ярким огнем вспыхнула картина, где она лежит на диване с широко раскинутыми ногами, одна даже поставлена на спинку, а Федор стоит на коленях между её бедер…

Волна возбуждения скрутила Наташу с такой силой, что девушка схватилась за живот.

— Ната!

Федор оказался рядом и, преодолевая сопротивление, обнял её за живот.

Скрутило ещё сильнее.

— Я не понимаю… Это… это наказание какое-то… Что, черт побери, ты со мной сделал?

— Ты меняешься, Наташ, — глухо, точно он так же, как и она испытывает физическую боль, отозвался мужчина. Отталкивать его она не стала. — Твоя чувствительность обострилась. Она реагирует на моё присутствие рядом.

— Может, тогда тебе убраться от меня подальше? — Наташа не замечала, как грубила. Ей было не до сантиментов. Зато страх перед этим широкоплечим красавцем окончательно растворился.

— Истинная, — его глаза предупреждающе потемнели, — не шути так.

— Но мне плохо!

— Млять! Женщина! Ты меня слышишь?! Я знаю, что тебе плохо! И хочу помочь! Какого ты меня отталкиваешь?

— Я не хочу секса! — как мантру снова и снова повторяла она, не замечая, как левой рукой вцепилась ему в плечи.

Мужчина приглушенно зарычал.

— Твоё тело требует…

— Я ничего не хочу слышать… ничего…

Она заплакала и не услышала, как Федор выругался и порывисто притянул её к себе. Она интуитивно подалась вперед, к нему, безвольно ища защиты и облегчения. Он успокаивающе гладил её по спине, по голове, нашептывая ласковые слова, обещая, что всё обязательно будет хорошо.

Её сотрясала мелкая дрожь. Грудь набухла, ныла, соски напряглись, создавалось впечатление, что они превратились в камни. Такого с Наташей не случалось, даже когда у неё болезненно проходили месячные.