Чтение онлайн

Каждый день приходится видеть всех троих в офисе. Во всяком случае, до последнего времени. Омерзительно. Все же я снова завоюю Эшлин. Завоевала ведь ее отца… Мы – семья, и нет уз крепче семейных. Так сказал дядя Джордж на прошлой неделе, когда мы неожиданно встретились в центре города. Я склонна ему верить. То есть просто обязана ему верить – в конце концов, он единственный, кто остался у меня от семьи.

У замужних женщин забот хоть отбавляй. Поэтому я и приехала в Теллурид – спасать свой брак.

Ладно, пора возвращаться в настоящее. Мимо нашего вагончика скользит горный пейзаж. Цвета здесь умопомрачительные: ярко-голубой, пронзительно-желтый, неоново-зеленый… Тайная красота Теллурида лучше всего проявляется летом – так говорят местные. Наверное, они правы. Есть что-то в этом широком просторе, глубоком синем небе, темнеющем с каждой секундой в отблесках заходящего солнца. Луга покрыты зеленой травой, утопающей в тенях, вокруг – мачтовые сосны. Счастливчики те, кто отдыхает в этих местах. Их не так много. Замечают ли они, как полная луна выглядывает из-за гребня горы? Видят ли природные красоты или думают, что все это – лишь по их повелению? Местные туристы только и умеют, что различать нашивки с именем дизайнера на одежде попутчиков по канатной дороге. А настоящий ли у нее мех? Неужели у нее бриллиант больше моего? Жалкое поведение – а наблюдать забавно. Я и наблюдаю. Хочу иметь те вещи, которыми хвастают туристы. Столько же, и даже больше. Какой смысл в игре, если не хочешь в ней победить?

Луна сегодня – словно знамение. Нет, вообще-то я в такие штуки не верю. Верю только в себя. Джон подхватывает пакеты с покупками. Вот-вот приземлимся: вагончик уже тормозит.

Пока висишь в стеклянной коробке высоко над нетронутыми просторами дикой природы – дорогое место для отдыха! – так и кажется, что все вокруг должны быть счастливы. Окидываю взглядом других пассажиров. Напротив – семья с тремя маленькими ребятишками. Сколько усилий пришлось приложить молодой паре, чтобы рассадить детей! Мать явно утомилась. Первые жены… вся их жизнь – борьба. Родить ребенка (а то и двух-трех), а потом навсегда посвятить себя детям – вот их главная задача. Мы, вторые жены, приходим уже после того, как отпрыски мужа от первого брака приучены к горшку, прошли курс вакцинации и поступили в школу, когда они уже способны самостоятельно выполнять домашнюю работу.

Женщина берет на руки младшего ребенка – младенца месяцев девяти. Дитя уже тяжеленькое, хотя еще не ходит. Ребенок выгибается и орет.

– О боже, Джилл! Да заставь же его заткнуться! – требует молодой отец.

Рыдания Джилл смешиваются с криками младенца.

Сердито смотрю на папашу. Что за грубиян! Девушка делает все, что в ее силах. Первая жена… Наверняка живут неподалеку в каком-нибудь одноэтажном сельском домишке. Помочь ей некому, денег на хорошую одежду явно не хватает, и весь отпуск сводится к присмотру за детьми, чтобы они, не дай бог, не выставили папашу в невыгодном свете. Наверное, весь год экономили, чтобы позволить себе на выходные поездку в горы, и вот тебе… Ни капли благодарности.

Мне нравится, когда мужчина рядом – человек богатый и понюхавший пороху, а дети (если уж у него есть дети) – благополучно пристроены в колледж. В этом смысле Джон – настоящий идеал. Именно поэтому я интересовалась в свое время, нет ли у него холостых друзей.

Выяснилось, что он был не готов меня с кем-то делить. Что ж, его выбор. У меня тогда возникло ощущение, что я сорвала джекпот. Джон был уже вполне натаскан своей первой любовью, Кейт, которая потом стала его деловым партнером. В этой графе ставлю галочку. У Джона всего один ребенок: к горшку приучена, к колледжу готова. Еще галочка. Джон одевается со вкусом, но неброско, жизнерадостен, любит при случае рассказать старый анекдот. Не проявлял инициативы, пока не удостоверился, что нужен мне. Настоящий джентльмен. Галочка, галочка и еще одна галочка.

Никому не позволю увести Джона. Я научила его, как следует обращаться с восхитительной молодой женой. Создала для нас потрясающую новую жизнь. Кейт не пройдет! Не позволю ей вернуть Джона в прошлое. Ни за что!

Выходим из вагончика, держась подальше от орущего ребенка, и я поворачиваюсь к мужу:

– Так что, ты говоришь, у нас не задалось? Давай разберемся.

– Лучше обсудим это дома. – Джон задирает голову к небу.

– Нет, сейчас, – я качаю головой. – Когда ты последний раз виделся с Кейт? Когда ты встречался с ней тайком? Только не лги. Разумеется, я тебя прощу – человеку свойственно ошибаться. А вот повторять ошибки не следует. Понимаю – у тебя был стресс, но теперь все позади, и жухлая трава кажется зеленее, бла-бла-бла… Джон, она должна подать в отставку. Я не могу допустить, чтобы вы по-прежнему работали вместе.

Ловлю себя на том, что упираюсь ладонями в бока. Делаю несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться – меня трясет от ярости. Мимо тянется вереница пассажиров с канатки. Я фальшиво улыбаюсь какой-то парочке, и та отводит взгляд.

– О чем ты говоришь? – Джон вроде бы растерян, хотя видно, что притворяется. Просто удивлен, что мне известно так много.

– Ты прекрасно знаешь о чем. Послушай, женитьба – наше общее решение. Так что давай начистоту!

Срываюсь на змеиное шипение, для убедительности тыкая мужа пальцем в грудь. Джон моргает и делает шаг назад, поднимая руки – словно сдается полицейскому патрулю.

– Начистоту? У нас не получилось, вот и все. Наш союз – я и ты – трещит по швам.

Да как он смеет?! Вскидывает тут руки вверх, пытаясь убедить меня, что все кончено! Нашел место и время… Смотрю на него в упор, ожидая продолжения. Джон опускает голову.

Я в таком бешенстве, что едва могу говорить.

– У нас все отлично! С чего это ты вдруг заявляешь, что наш союз трещит по швам? Так дело не пойдет! Тебе просто нужно уделять внимание своему браку, как и раньше. Возвращайся, Джон, и держись подальше от Кейт!

– Не понимаю, о чем ты.

Джон, обманщик из тебя никудышный.

Молча разворачиваюсь и бегу к дому. Меня гложет ощущение, что наша идеальная семья, наша идеальная жизнь – все разлетается вдребезги. Джон – именно тот мужчина, которого я искала столько лет. Какое-то время он оправдывал мои ожидания, но теперь на глазах превращается в позорище – слабого человека, неверного мужа.

С грохотом, все еще дрожа от ярости, врываюсь в холл. Снова делаю глубокий вдох. Ничего, справлюсь. Не зря же я столько лет выживала в одиночку! Думала, Джон отличается от других мужиков, была в нем уверена… Повзрослев, я осознала, что всегда следует держать в уме несколько запасных вариантов. Сегодняшний день – поворотная точка от любви к мщению.

Лифт открывается. Проскальзываю внутрь, тут же хлопая по кнопке верхнего этажа – пентхауса. Подбегает Джон, но дверцы уже смыкаются, и он остается на лестничной площадке. Я быстро пожимаю плечами и даже не пытаюсь их придержать. Придется ему немного подождать в вестибюле. Пусть подумает над своим поведением.

Как печально, что Джон превратился в лжеца… Просто срам. Говорят, правда дает ощущение свободы. А что дает ложь, Джон?

Едва подавляю искушение развернуться и уйти, когда дверцы лифта захлопываются у меня перед носом. Вызвать пилота да махнуть домой! Набираю номер Эшлин и немного прихожу в себя, услышав ее голос. Никуда я не уйду – все-таки обещал Тиш провести ночь в Теллуриде и слово сдержу…

К тому времени, когда я перешагиваю порог пентхауса, Тиш уже ведет себя так, будто ничего не случилось: развела большой графин с «Маргаритой», и мы усаживаемся на террасе, наблюдая за горным закатом. Всего за несколько минут воздух посвежел. Еще немного, и придется утепляться. Впитываю в себя всю прелесть пурпурного неба и отхлебываю из графина. Пережить бы этот вечер, а там уж и домой.