Чтение онлайн

Его пальцы не остановились на резинке, с гипнотической нежностью последовав дальше, под подол платья.

Загрубевшие подушечки едва касались кожи внутренней стороны моего бедра, поднимаясь все выше… Каждое прикосновение Вадима было подобно крошечной вспышке, рассыпающей искры по нервным окончаниям, будто поджигая их.

Я задержала дыхание, все мое существо сосредоточилось на этом неотвратимом продвижении, понимая, что «моя песенка спета», как бы ни прискорбно это осознавать.

Наконец, его указательный палец нашел край тончайшего шелка моих трусиков и на мгновение замер, а потом… Легким, почти неуловимым движением он поддел пальцем эластичную ткань, скользнув под нее…

Большой босс коснулся меня там, легонько сжимая.

Боль, острая и сладкая, пронзила ватное тело насквозь, и я закусила губу, потому что кожа между моих ног была мокрой.

Совершенно.

Мое нижнее белье намокло всего от нескольких прикосновений, а невыносимо горячая тяжесть буравчиком разрывала низ живота. Я едва могла стоять, пришибленная этим наваждением.

– Последний раз спрашиваю, сладкая…

Мысли в голове распадались, сгорая от раздрая в объятом пламенем теле. Так и не дождавшись возражений, пальцы Вадима начали двигаться у меня между ног.

От его прикосновений во мне пробежала горячая судорожная волна, тихий, сдавленный стон сорвался с дрожащих губ.

Я непроизвольно сомкнула бедра, поймав его руку, чтобы увеличить давление…

– Жестко хочу тебя, принцесса, – его голос прозвучал низко и гортанно.

Напускная нежность внезапно сменилась животной, нестерпимой жаждой. Тот факт, что я была так очевидно готова для него, похоже, оторвал чеку.

Рука Большого босса напряглась, пальцы вцепились в хрупкий шелк, и раздался короткий, резкий звук рвущейся ткани. Недолго думая, Завьялов убрал мои испорченные трусики себе в карман. Ох…

Но прежде, чем я успела что-либо сказать, его сильные руки уже обхватили меня. Одна – крепко под ягодицами, другая – за спину. Он подхватил меня на руки, прижимая к своей груди.

Мир закружился, поплыл, задрожал и я инстинктивно обвила его шею руками, чувствуя, как бешено стучит его сердце в такт моему…

Завьялов уложил меня на полированную поверхность стола…

Его обжигающий взгляд не отрывался от меня ни на секунду. Мужчина настойчиво развел мои ноги, встав между ними. Его горячие, теплые ладони скользнули вниз, по моим бедрам, пока большие пальцы не уперлись в ажурные резинки чулок.

Краткий смешок.

Одна рука Вадима легла мне на низ живота, мягко прижимая, удерживая на месте, в то время как большой палец другой руки нашел ту самую чувствительную, разбухшую точку и начал водить по ней быстрыми, пьянящими кругами.

Его дыхание участилось. Губы пересохли. Болезненная улыбка сменилась на звериный оскал. Жуткий. Мрачный. Будто какая-то неведомая сила разрывала мужчину изнутри. Было видно, как он напряжен, будто каждый мускул налит сталью.

Он больше не мог ждать, натурально подыхая от жажды…

Пальцы Завьялова, еще влажные от моей смазки, дрогнули у пряжки ремня. Его тяжелый, полный неконтролируемой жажды взгляд не отрывался от моего лица, ловя каждую мимолетную эмоцию.

Прозвучал резкий, металлический шелест разъединяющейся молнии.

Вадим приспустил брюки и боксеры, и его внушительное каменное достоинство уперлось в мою обнаженную влажную плоть.

Он не готовил меня больше, не было никаких ласк.

Руки Завьялова вцепились в мои бедра чуть выше ажурных резинок чулок, пальцы впились в кожу, притягивая меня к себе, лишая малейшей возможности отстраниться – переиграть уже было нельзя.

– Смотри на меня, – пророкотал он хрипло.

И, прежде чем я успела что-либо осознать, прежде чем мое тело успело сжаться в ожидании, Вадим вошел в меня одним резким, мощным, до боли глубоким, порывистым толчком, выгоняя из легких весь воздух и заставляя глаза закатиться.

Это было болезненно, несмотря на обилие моего желания. Непривычно. Необузданно. Шокирующе. Я вскрикнула – коротко и глухо, а он издал низкий, животный стон, полный похабного, грязного, абсолютного удовлетворения.

Толчок. Еще один. Разрывая меня изнутри, заполняя до предела, рассыпая в стонах.

Вадим брал меня. Брал жестко. И жадно. Без защиты. Полнейшее вторжение. Во всех смыслах. Брал так, что я терялась в лабиринтах ощущений, выпадая из реальности, забывая про весь остальной мир… Желание ударной волной вынесло здравый смысл… Я тряслась.

С каждым его проникновением внутренний пожар только усиливался, будто мой личный Белиал, подливая бензин, вытравливал из меня остатки рациональности и самоконтроля. Уничтожал их. Сжирал вместе с моей светлой душой, превращая ее в горстку пепла.

Это было даже не падение. Скорее головокружение во время полета в бездну…

Вадим замер на мгновение, давая мне прочувствовать каждый свой сантиметр, каждую пульсацию внутри. Его взгляд был каким-то ненормальным, расфокусированным, диким… одержимым, неистовым, исступленным… Этот совершенный мудак трахал меня так, что сводило скулы...

– Вера. Верочка… – не покидая меня, Завьялов резко наклонился, жадно припадая к моим губам. – Прости меня…

***

Глава 14

Но я не успела осознать, за что именно он просит прощения, потому что в этот миг мое тело расщепило под гнетом накрывшего всепоглощающего оргазма. Скрутило бескомпромиссным щемящим наслаждением еще в тот момент, когда в мой рот вторгся его язык.

Еще пара остервенелых движений, и наш поцелуй был прерван задушенным рваным выдохом Завьялова. Он молниеносно отстранился, запрокинув голову, сцепив зубы и изливаясь себе в кулак.

С трудом приподнявшись, я свела колени, поправляя задранный подол платья, и поймала его расслабленный, сытый взгляд.

Вадим неотрывно наблюдал за мной сквозь ресницы, чистой рукой натягивая спущенные брюки, белье.

Повисла тишина. Неловкая нелепая тишина.

Адреналин щедро разбавил мою кровь, заставив сердце иступлено застучать. Одновременно я почувствовала странное оцепенение, ступор.

Это молчание моментально снесло мои небесные эмоции до критических отметок.

Неужели он ничего мне не скажет?

Хотя, он уже и так сказал достаточно, и ответственность за случившееся целиком и полностью лежала на моим плечах, ведь Завьялов несколько раз просил меня уносить отсюда ноги…