Чтение онлайн

Четвёртое: не спорить по поводу правил.

Улыбка сама по себе кривая и злая.

Он реально думает, что может поставить меня в рамки, как собаку на поводке?

Лист шуршит в пальцах, пока я сжимаю его, готовая порвать. И именно тогда замечаю крошечный штамп внизу:

«Набор №1».

Секунда — и в груди неприятно холодеет.

Набор.

То есть есть второй. Третий. Может, десяток. Он заранее знал, что я уничтожу этот.

Он знал.

В горле поднимается злость, горячая, едкая. Я всё равно рву бумагу на куски. Медленно, намеренно. Пусть подавится своими «наборами».

Клочки падают в корзину, как белый снег.

— Посмотрим, Морозов, — шиплю в тишину. — Если ты решил играть со мной в правила, я начну играть в хаос.

И в этот момент мне вдруг кажется, что в коридоре скрипнула доска. Будто он стоит там, за дверью.

Ждёт.

И улыбается своей ледяной, хищной улыбкой.

Кира ввалилась в комнату, как всегда, без стука, и сразу плюхнулась в кресло, расплескав по воздуху запах своих духов.

— У тебя тут подозрительно тихо, — сказала она, держа банку энергетика так, будто это бокал шампанского. — Даже скучно.

— А что должно быть? Оркестр? — я лениво перевернула страницу учебника.

— Нет, но с твоим характером — как минимум пожарная тревога, — она ухмыльнулась, делая глоток. — И давай, колись. Что это за тип вечно рядом с тобой ошивается?

— Вадим, — отозвалась я, глядя в окно.

— Я имя слышала. Я спрашиваю, кто он для тебя.

— Никто, — слишком быстро.

Кира приподняла бровь.

— Никто обычно не ходит за тобой, как тень, и не смотрит так, будто держит под прицелом.

Я захлопнула учебник, встретила её взгляд.

— Он просто мой надзиратель. Отпугивает всех, кто решает приблизиться.

— Хочешь, я помогу от него избавиться? — её глаза сверкнули так, что я знала: она и правда могла бы что-то выкинуть.

Я усмехнулась безрадостно.

— Уже пробовала. Не работает.

— В смысле? — Кира подалась вперёд, глаза горят, как будто я рассказываю ей лучший сериал.

— Неделю он за мной ходит, — я откинулась на спинку стула, сложив руки на груди. — Семь дней, Кира. И все семь я делаю всё, чтобы хоть раз он сорвался. Хоть на секунду перестал быть каменной статуей.

— И? — она не отводит взгляда.

— И ни хрена, — сквозь зубы. — Я носила платья, которые скорее тряпки для пыли. Ходила без белья. Поднимала книги так, чтобы спина тянулась, подол поднимался, а воздух за спиной густел. Ноль. Даже моргнуть не удостоил.

Кира прыснула.

— Ты сумасшедшая.

— Ага, — я скривила губы. — Но я не только соблазняла. Я делала всё, чтобы его выбесить. Уходила, когда он говорил «ждать». Специально терялась в толпе, чтобы он метался. Флиртовала с каждым идиотом в коридоре, даже с тем, кого терпеть не могу.

— И что?

— А он… ничего. Никаких криков, никаких эмоций. Только взгляд. Тяжёлый, цепкий.

Кира выгнула бровь.

— Может, ты не настолько хороша, как думаешь?

Я усмехнулась, но пальцы вцепились в край стола так, что побелели костяшки.

— Знаешь, что самое мерзкое? Я уже не уверена, кого я пытаюсь довести — его или себя. Потому что каждый раз, когда он молчит, я чувствую себя так, будто это я проиграла.

Я вспомнила: как специально уронила телефон, чтобы он наклонился и поднял, а он даже не дотронулся — только посмотрел так, что я сама схватила его в спешке. Как оставила дверь открытой, надеясь, что он войдёт — а он встал в проёме и просто ждал, пока я закрою её перед ним. Как нарочно смеялась слишком громко с Кирой по телефону, чтобы проверить его реакцию — а он даже не моргнул.

— Он как сталь, Кира, — выдохнула я. — Я ломаю ногти, пока стучу по этой стене, а он стоит.

Кира наклонилась ко мне, поставила банку на стол и сузила глаза.

— Может, тебе его не провоцировать, а найти на него что-то?

Я моргнула.

— В смысле?

— Ну, покопай, — она пожала плечами так легко, будто говорит о новой помаде. — У каждого есть слабое место. Даже у твоего робота. Может, у него баба есть. Или тайна. Или хотя бы пачка презервативов в тумбочке.

Я фыркнула, но внутри что-то дернулось.

— Ты предлагаешь мне устроить обыск в его комнате?

— А почему нет? — Кира склонила голову набок, её глаза блеснули. — Ты сама говорила, он живёт рядом. Значит, у него где-то вещи. А где вещи — там и ключи к человеку. Даже к такому каменному, как он.

Я закатила глаза, но сердце билось быстрее.

— Отлично. Завтра меня ещё и на обысках поймают.

— Так это же весело, — Кира хищно улыбнулась. — Ты хочешь сломать его стену? Иногда проще найти трещину, чем долбить лбом бетон.

— Ну не знаю, — протянула я, кусая губу.

— Ладно, — Кира взмахнула рукой, как будто отмахнулась от ерунды. — Не хочешь играть в Шерлока — так пошли хотя бы в клуб. Повеселимся, развеемся.

Я фыркнула и покачала головой.

— Кира, ты иногда такая умная, что я тебя боюсь. А иногда такая тупая, что удивляюсь, как ты вообще дожила до этого возраста. Ты забыла, что у меня надзиратель?

— Твой робот, ага, — ухмыльнулась она.

— И вообще, — продолжила я, — отец лишил меня денег. Так что твоя блестящая идея заканчивается на слове «клуб».

Кира медленно улыбнулась, глаза у неё сверкнули хищно.

— Не волнуйся. У меня есть план, как сбежать из-под присмотра твоего Вадима.

— Ага, — я скрестила руки на груди. — Ты слышишь сама себя? «Сбежать от Морозова». Звучит как диагноз.

— А ещё, — она сделала глоток энергетика и ткнула в меня банкой, — сегодня всё за мой счёт. Так что или ты перестаёшь ныть, или я тебя тащу силой.

Я закатила глаза, но внутри уже дрожало предвкушение. Если Кира сказала «у неё есть план», значит, вечер точно не закончится тихо.