Его рождественский подарок
Шрифт:
Я провожу рукой вверх по внутренней стороне ее бедра, заставляя ее ахнуть и разорвать наш поцелуй. Но в то же время наши глаза встречаются, и она смотрит на меня с выражением, которое проникает мне в душу. Похоть, невинность, желание, ожидание — все это здесь. Но самое главное — доверие.
Она ждет моего следующего шага и достаточно доверяет мне, чтобы отдаться, несмотря на историю между нами. И в моем сердце загорается искра, какую я никогда раньше не чувствовал.
Я позволяю своим губам нежно коснуться ее губ, продолжая пальцами подниматься по ее бедру. Затем я чувствую это: тепло, влажность, ее женственность, приятная и готовая для меня. Я не сомневаюсь.
Я просовываю средний палец внутрь. Делаю это осторожно, давая ей время привыкнуть к этому ощущению, но от выражения ее лица, когда мой палец входит, достаточно, чтобы я чуть не взорвался в штанах.
Ее губки распахиваются, с них срывается стон, и она шепчет мое имя.
— Крейг…
Я разрабатываю ее пальцем, согнув его во втором суставе, нащупав то приятное место, которое сведет ее с ума, когда начинаю другой рукой стягивать с себя штаны. Мне тоже пора раздеться.
Дейзи начинает слегка покачивать бедрами и тянет меня за рубашку.
— Хочу всего тебя, — говорит она мне.
Ей не придется просить меня дважды.
Я срываю с себя рубашку и отбрасываю ее в сторону. Я полностью тверд, мой член торчит прямо, как копье, готовый ворваться в нее.
— Ты такая сексуальная, — рычу я, глядя вниз, осматривая каждый дюйм ее тела. — Я знал, что скучал по тебе последние пять лет, но не осознавал, как много мне не хватало.
Щеки Дейзи краснеют, когда я опускаюсь на нее сверху. Я обнимаю ее за шею и притягиваю к себе, нажимая бедрами вперед и медленно вхожу. Мы оба вздыхаем в унисон. Я чувствую, как она растягивается, когда принимает мой член, и ее тепло и влажность вызывают глубокий рык, который рвется из меня.
— Ох, черт, детка, — стону я ей в ухо, притягивая ее еще ближе к себе.
— Боже мой, Крейг, — хнычет она, когда я медленно двигаюсь глубже, отдавая ей все, что могу, пока не оказываюсь внутри, вплоть до самого основания. — Ты такой большой. Я чувствую тебя всем естеством.
— Тебе хорошо? — спрашиваю я, начиная медленно толкаться.
— Очень, — отвечает она с очаровательным вздохом, когда я откидываю назад прядь волос, упавшую ей на лицо.
Теперь я ускоряю темп, когда она, кажется, уже привыкла к этому. Она для меня как абсолютный рай. Я сдерживаюсь, чтобы не кончить раньше времени. Наши губы снова сплетаются, мы целуемся. Мой пульс учащается, а сердце так сильно стучит в груди, что мне интересно, чувствует ли она его своей грудью.
Это своего рода блаженство, которого я никогда раньше не испытывал. Сначала я воссоединился с девушкой, с которой думал, что никогда не увижусь снова, а затем починил то, что, как я когда-то думал, невозможно исправить между нами. Я настолько тверд внутри нее, что могу срубить дерево членом, и то, как Дейзи продолжает проводить своими маленькими нежными ручками по моей спине, пока я ее трахаю, меня возбуждает еще больше.
Она богиня. Мечта. Когда мы снова вместе, я чувствую, что возможно то, о чем я даже не подозревал.
На этот раз она никуда не уйдет. Теперь я никогда не оставлю ее. Когда я стал тем человеком, которым являюсь сейчас, то усвоил одно: никогда не повторяй одну и ту же ошибку дважды. Так и будет. Особенно с Дейзи.
Мои руки скользят по ее груди, и я чувствую, как она сжимает мой член. Я знаю, что это будет скоро, и это хорошо, потому что я тоже почти у цели.
— Ты кончишь ради меня, не так ли, детка?
Она стонет и кивает в ответ, ее губы прижимаются к моей шее, и она держится за мои плечи обеими руками.
— Хорошо. Я тоже на пределе.
Я трахаю ее быстрее, оседлав похоть, которая вот-вот доведет меня до крайности. Я так близок. Я просто не могу больше сдерживаться. Она слишком сексуальна и по ощущениям это слишком хорошо.
Мой член напрягается и извергается внутри нее. Я кончаю, когда мои яйца начинают пустеть, выгружая теплое, липкое семя, тогда как остальная часть моего тела напрягается. Дейзи вскрикивает, и я чувствую, как она присоединяется ко мне в экстазе, ее тело дрожит, и она цепляется за меня изо всех сил.
— Я кончаю, — кричит она. — О, Боже мой, Крейг, я чувствую тебя! Так хорошо!
Мы дошли до пика вместе, восторгаясь друг другом, теряясь в оргазмической радости, пока, наконец, не опускаемся вместе с небес на грешную землю, сжимая друг друга в объятиях, глубоко вдыхая воздух, как будто оба только что вернулись с пробежки.
Наконец я откидываю ее волосы назад и целую в щеку.
— Ух ты, это было невероятно.
Дейзи улыбается, закрыв глаза, потягивается и улыбается, целуя мой подбородок и обхватив ногами мою талию. Я мог бы остаться в такой позе навсегда.
— Представь, если бы мы занимались этим пять лет.
— Я уже чувствую себя виноватым, — стону я, щекоча ее бок. — Не делай хуже.
Она хихикает и натягивает на нас одеяло, которое я оставил на спинке дивана.
— Ты не будешь возражать, если я потеряю сознание прямо сейчас?
— Нет, — усмехаюсь я. — На самом деле, это звучит как фантастическая идея.
Я беру одеяло и натягиваю его на нас, а затем притягиваю Дейзи в свои объятия. Она кладет щеку на мой бицепс, как на подушку, и я не могу сдержать улыбку, нежно проводя пальцами по ее волосам.
Не могу поверить, что нашел ее снова.
Я был одет как Санта. Именно я должен был спрашивать людей, чего они хотят на Рождество, и вот я с величайшим подарком, который только мог себе представить.
Я ПРОСЫПАЮСЬ от солнечного света, проникающего в окно и бьющего лучами меня прямо в лицо. Это тот зимний солнечный свет, который отражается от снега и кажется, будто его увеличили в тысячу раз, и он вызывает желание просто залезть обратно под одеяло и спрятаться.
Но потом я вспоминаю, что не в постели, а на диване под одеялом. Улыбка расползается по лицу, когда я вспоминаю события прошлой ночи, и я переворачиваюсь, ожидая увидеть Дейзи, спящую рядом со мной, как ангел, которым она и является, но вместо этого я обнаруживаю, что смотрю на пустые подушки.
Я улавливаю движение позади и оборачиваюсь, чтобы увидеть, как Дейзи, полностью одетая, смотрит в телефон и надевает туфли. Она замечает, что я смотрю на нее, и дарит мне одну из тех улыбок, которые вы дарите кому-то, когда вас поймали с поличным.