Чтение онлайн

— Переспала с Сергеем, — я уже смеялась. Наверное, это было нервное.

— А ей какое дело до этого?

Я рассказала Маришке правду об отношениях Сергея и Натальи Александровны. Также попросила не говорить ему о моем увольнении.

— Афигеть, — Маришка аж присвистнула. — Знаешь, у каждого хорошего плана имеются побочные эффекты. Вот ты под защитой, личную жизнь построила — это же уже хорошо. А то, что без работы осталось, так это ерунда. Найдешь другую. Ты девка настырная, да еще и с мозгами. Нам бы так.

— Не нужно было мне с Сергеем связываться…

— Э, подруга! Ты еще скажи, что жалеешь! Ну-ка брось подобные мысли!

Я закусила губу. Подумала, как бы лучше объяснить Маришке свое состояние.

— Я его подвергаю опасности. Если с ним что случиться, никогда себе этого не прощу.

— Ничего с ним не случится! И с тобой тоже! — чеканила Маришка. — Будете жить долго и счастливо! Еще и детей родите.

— Ты думаешь, я смогу?

— Маш! Сможешь! Сейчас медицина развивается стремительно. По любому что-нибудь да придумают, что делать с тобой в случае чего. Но хочу напомнить, что ты еще и не пробовала быть беременной! А уже сникла.

— Но врачи же говорили, что вряд ли смогу выносить…

— Ты была только у одного врача! — Маришка задумалась. — Хорошо, не у одного. Но тебе же не сказали категоричное «нет»! Сказали, что вряд ли. Но попробовать-то стоит! Так ведь? И вообще, Машунь, я тебя не узнаю. Где та храбрая девчонка, которая была десять лет назад. Которая не побоялась, которая отстояла свои права, которая в суде все рассказывала без смущения! Я до сих пор помню твое лицо тогда. Полная решимости, вся такая гордая. А сейчас что?

— Я завещание написала, — добила подругу так, что та руками всплеснула и пролила глинтвейн.

— Отлично… — сморщившись, пробормотала Маришка.

— Но ты обрадуешься, когда узнаешь, что моя квартира и машина достаются вашему фонду!

— Вау! Не знаю, куда и в какие щели это счастье распихивать! — подруга продолжала возмущаться.

— Ну, вообще-то, я думала, что часть оставлю Валентине Петровне. Но она неплохо живет. Тьфу-тьфу-тьфу. Все у нее хорошо с этим депутатом. Поэтому я ей только кулончик оставлю, — потрогала я подвеску, висящую на цепочке. — Это ее подарок на мое совершеннолетие. Вот пусть вспоминает меня.

— Маш. Ты сейчас серьезно? — подруга совсем отчаялась меня переубеждать.

— Как это ни прискорбно, но да. И знаешь, Мариш. Я боюсь. Боюсь умирать. У меня только все складываться начало. Мне Валентина Петровна сегодня сказала, что нужно наслаждаться счастьем, даже если тебе отведено мало времени на это.

— О да, наш «мохнач» умеет успокаивать! Кстати, почему она не поменяла фамилию?

— Не знаю. Мохова и Мохова. Мохнач, — мы засмеялись, вспоминая, как мохнач гоняла нас, когда мы в столовку пробирались.

— Даа, что не говори, а детство у нас было классное, — задумчиво пробормотала Маришка, откидываясь на шезлонг.

— А я еще и бурную юность вкусила, — грустно улыбнулась подруге и отпила глинтвейн.

В октябре было уже холодно, поэтому мы решили сегодня поработать над вкусом вина, совмещая приятное с полезным. Напиток помогал расслабиться, согреться. Не только физически, но и душевно. Несмотря на все мои переживания, именно сейчас я чувствовала себя спокойно.

— Как у вас с Сергеем? А хотя можешь не отвечать. По глазам все вижу. Круто, — ухмыльнулась Маришка.

— Даже очень. Я подобного не заслуживаю…

— Маш, когда ты уже поймешь, что ты не виновата в том, что с тобой творили эти звери?! Ты не грязная. Ты не порочная. Ты жертва, мать ее!

Я лишь покачала головой, согласившись. На душе же лежал не просто камень, а каменище. Эти люди забили меня, забили мою душу. Но я упорно живу и стараюсь не сломаться. Хотя сейчас я все же ломаюсь…

— Кажется, твой подъехал, — вдруг сказала подруга, вытягивая шею в надежде увидеть, кто подъехал к воротам.

Я же подскочила. Как? Зачем? Я же не просила. Сергей, конечно, знал, что я у Маришки с Генкой в гостях. Что я без машины, поскольку оставила ее на парковке дома и поехала с Маришкой, которая меня забрала. Но мы не договаривались, что он заберет меня. Да и время было позднее. Я бы сама добралась. Но увидев знакомую машину, я выбралась из пледа и просто понеслась навстречу. Навстречу своему счастью. Я была рада, что он приехал. Что он после тяжелого рабочего дня поехал за город. Забрать меня?!

— Привет, — прошептала я, подбежав и обняв Сергея за шею.

— Машенька, как же я соскучился, — мужчина слегка улыбнулся и прижал меня к себе.

Да так сильно, что я почувствовала, как ребра ударились друг о друга.

— Зачем ты приехал? Я бы сама добралась.

— Как я мог оставить свою девочку? Я абы кому не доверяю, — Сергей отстранился, посмотрел мне в глаза, а потом поцеловал. Нежно и одновременно чувственно. Коленки затряслись. От его рук и прикосновений. От его заботы.

— Ой, ну ладно там миловаться! А то мы начнем завидовать! — крикнула Маришка с веранды.

— Мне тебя не хватало, — глядя ему в глаза, честно пробормотала я.

За это время Сергей действительно стал для меня самым родным. Я привыкла к нему. К его объятиям. К его голосу и улыбке. Мне его не хватало. Всегда было мало. Даже когда он был рядом, хотелось обнять покрепче, целовать подольше. Сейчас же Сергей просто поцеловал меня в нос и повел в сторону дома.

— Привет всем! — крикнул он, идя по дорожке, Маришке и Генке, который тоже выглянул на веранду.

— Ох, Сергей, что же вы делаете с нашей подругой, — начала бормотать Маришка, смотря на него с укором. — Совсем девчонка голову потеряла. Вы уж берегите ее. А то она же уже соображать трезво перестала.

— Соображать вы трезво перестали после того, как зашли в дом варить вторую бутылку на глинтвейн, — ухмыльнулся Генка.

Я смутилась и украдкой посмотрела на Сергея. Как он отнесется к тому, что сейчас я уже не совсем трезвая? Но мужчина лишь посмеялся и крепче прижал меня к себе, обнимая за талию. Чмокнул меня в висок и обратился к ребятам: