Чтение онлайн

Глянула то как сейчас. Как будто сердце моё вырезать хочет. Правда не стала. Вместо этого вынесла две объёмистые металлические миски.

Ну да — ей по-хорошему надо настояться. Как борщу. Но тут вопрос не пары часов, а суток. К тому же она и так хороша. Я после первой ложки аж глаза прикрыл. Знаете, как оно бывает, когда давным давно что-то не ел из любимых блюд, а потом пробуешь, да ещё и мастерски приготовленное? Вот именно так всё и было. Реально «страхотна», как бы там это слово с болгарского не переводилось.

Что забавно — объём она нам с Гошей принесла одинаковый. Для желудка дарга, в самый раз. Но не для гоблина, в котором килограмм сорок, наверное максимум. А может и тридцать — хрен так разберёшь, визуально.

Зелёный коротышка старался. Оно и понятно — жалко такую солянку оставлять. Но эту битву ушастик проиграл. В конце концов, печально отложив ложку в сторону.

— Всё, — тоскливо протянул он. — Ещё немного и лопну, япь. Сденанирую. Япь… Сдеразирую. Ну вы меня поняли…

У него даже язык заплетался — настолько обожрался и хотел спать. А когда попробовал пойти к лестнице, выяснилось, что ноги тоже норовят одна за другую зацепиться.

Пришлось тащить гоблина на себе. А когда я затолкнул его в номер, где тот зигзагами побрёл к кровати, сбоку послышался женский голос.

— Мога да предложа отделна комната, — хрипло проговорила орчанка, не отрывая от меня взгляда. — Бонус от хотела.

Волнуется что-ли? На болгарский почти полностью перешла.

Что за бонус — очевидно. Да и организм у меня отреагировал моментально. Вроде только что спать хотелось. А вот теперь, желания совсем иные. Не, в Царьграде Элина, конечно. Но мы с ней одну ночь вместе провели и всё. Обещаний хранить верность не давали. Да и вообще почти не говорили — тут ещё вопрос, кто из нас кого использовал.

Знаете, что я вам скажу? Орчанки абсолютно безбашенные. И без комплексов. А упругие зелёные сиськи — это красиво.

Бургас мы покинули уже после трёх часов дня. Перед этим я под недовольным взглядом Гоши навернул ещё одну порцию солянки, а потом подвергся настоящему моральному прессингу со стороны Орины. И если вы думаете, что это был формат «ты ведь ещё приедешь», вы плохо знаете орчанок.

Сначала она мне рассказала, как метко стреляет и хорошо метает топор. Потом вспомнила историю своей тёти, которая как-то не дождалась своего орка, надолго пропавшего на другом краю континента и отправилась на его поиски. Что интересно — вроде как найдя. И вправив мозги обухом топора.

В общем — много я наслушался изумительных зарисовок из жизни орчанок. Перемежаемых попытками забраться ко мне в штаны. Странно даже. Хотя, с другой стороны — приятно.

Но в конце концов мы взгромоздились на отдохнувшую Кью, которая только недавно сожрала третью головку сыра и двинулись к выезду. Оставив за спиной Орину, которая задумчиво пялилась вслед, сложив руки под грудью. Специально наверное, чтобы я оглядывался. Майка-то на ней была прежней. А нижнее бельё, орчанка похоже игнорировала принципиально.

Что забавно — нами никто не заинтересовался. Ни тебе полиции, ни мстителей от Бориса. Последний-то ещё ладно. Он мог и на пару суток в депрессию впасть. Но вот стражи порядка, заглянуть точно были должны. Ан нет — не появились. Выходит, так и не узнали? Нам-то оно к лучшему, конечно. Но если подумать — в отчуждённых зонах Царства Болгарского должен твориться полный беспредел. Хотя, может она у них одна? Это в империи, как минимум сто тридцать две — судя по номеру Константинопольской. У болгар земли поменьше.

До конца отдохнувшим я себя не чувствовал. Но от идеи заглянуть в Резово не отказался. Хотелось краем глаза глянуть на это бывшее поселение цвергов.

— А мы куда скачем, Тони? — подозрительно поинтересовался гоблин. — Я ваще-то не тупой. Вон там знак на Царьград висел. За какой мошонкой тролля, мы от него влево свернули?

— В Резово заскочим, — слегка повернул я к нему голову. — Я ведь говорил.

— Тебе призраков мало было? — тут же заворчал ушастик. — Оттуда поручик едва жопу свою подстреленную утащил, а ты хочешь «заскочить». Мы назад потом ваще выскочим? Япнут нас там и крематорить некому будет.

Ну, положим Латов шёл пешком. Приличное такое расстояние. Будь в Резово кто-то настолько сильный, чтобы порвать нас с Кью, от поручика мокрого места бы не осталось. А он и живым оттуда ушёл, и потом под Мглой еще до самого Константинополя пёхал.

— Мы быстро, — попробовал я успокоить коротышку, которого идея заехать к цвергам отчаянно не нравилась. — Осмотримся и назад.

Ну а что? Может хотя бы пойму, что к чему. Интересно же. Да и Царьград теперь мой дом, получается. Вроде бы как. К тому же, была у меня ещё одна теория — у Латова могла просто крыша поехать. Хрен его знает, сколько он под Мглой пробыл и насколько у него мозги поплавились.

Препятствий по дороге почти не встретилось. Ну, затоптала Кью кого-то. Гоша пару раз из револьвера пальнул. И я разок диск в дело пустил. Мелочи.

А вот и знак с названием анклава. Вот уже и холмы пошли. Пожалуй, сверну я с дороги. На всякий случай.

Так, а это что там в тумане такое? Серьёзно? Один из тех самых столбов, которые поручик фотографировал?

— Не нравится мне это всё, — заявил Гоша. — Смердит тут чем-то. Как в жопе кита.

Вопрос о том, откуда он знает, как воняет специфическая часть тела кита, я задавать не стал. Вместо этого чуть надавил пятками на бока Кью, заставив её двинуться вперёд.

Косуля вдруг замерла. Тихо засвистела, крутя головой. Чего это она? В режим концентрации-медитации я уже вошёл. И рядом никаких источников вибраций, кроме всякой мелочи не было. Людей я тоже не чувствовал.

— Валим, Тони, — зашептал Гоша. — Пятками чую, чё-то тут не так.

Под Мглой вообще всё не так. На то она и Мгла. Вот только Кью по-прежнему косила глазами по сторонам и тихо свистела. А потом сзади ударил револьверный выстрел.

— Сдохни, шмагл! — заорал гоблин, выпуская ещё одну пулю. — Закрематорься, паскуда!

Он ещё и третий раз пальнул. Правда я не совсем понял, в кого — повернув голову, обнаружил лишь туман, да очертания склона холма.

— Я осьминог, я осьминог, — послышался в стороне тонкий голос. — Три новых дырки и я промок.

Вот же япь! Почему я его не чувствую-то? И что это нахрен вообще такое? Или кто?

— Я осьминог, я осьминог, — снова пропел неизвестный. — Меня убить никто не смог.

— Слышь стихоплёт? — заорал ушастик, вглядывающийся в туман. — Я тоже так могу! Сегодня твой последний переплёт!