Чтение онлайн

– Ты вовсе не плох!
– заверила его Нина.
– Хоть, конечно, тебе и не следовало обманывать меня... но я-то уже занята!

– Хорошо, - терпеливо ответил Антон, - давай разберем твои утверждения по порядку. Мне не следовало тебя обманывать. А как поступить? Признаться тебе в любви прямо во Владивостоке? И что бы ты мне ответила? Дала бы от ворот поворот. Ты верная и постоянная женщина - мне это очень нравится, но пока это твое положительное качество поворачивается ко мне только боком.

– Мне кажется, ты хочешь заставить меня думать, что я обязана принять твои ухаживания и стать твоей только потому, что в твоей картине мира я уникальный человек.

– А мне кажется, что ты все усложняешь, а я просто боролся за свое счастье, как мог.

Нина вздохнула и закусила губу.

– Хочешь есть?
– вдруг спросил ее Антон.

– Что?
– встрепенулась она.
– Нет, кажется, нет, хотя я не уверена...

– У меня остались наши с тобой вчерашние бедра... или, если хочешь, закажем что-нибудь из ресторана.

– Нет-нет, - запротестовала Нина, - бедер вполне достаточно!

Антон улыбнулся и вдруг наклонился к ней и положил голову к ней на бедра и обнял ее руками за талию. В первый момент она вздрогнула от неожиданности, но потом положила руку на его голову, слегка погладила модно подстриженные темные волосы, так ничего и не сказав.

– Богатые, бедные - все стремятся потреблять, - пробормотал Антон, горячо дыша ей в живот.
– Что же с тобой такое, почему ты не стремишься?

– Может быть, я психически нездорова?
– предположила Нина.

Антон поднялся и пристально посмотрел на нее.

– Не похоже.

Он встал, подошел к холодильнику, достал оттуда блюдо с курицей и засунул его в микроволновку. Та тихонько, уютно заурчала.

– Еще кофе или чай?
– спросил Антон у Нины.

– Чай, - быстро ответила она и встала с дивана.
– Я могу тебе чем-нибудь помочь?

– Да, - кивнул Антон, включая электрический чайник.
– Загляни, пожалуйста, в холодильник и достань оттуда все, что тебе понравится. А я пока хлеб нарежу.

Нина поборола свою скромность и последовала просьбе Антона. Она выбрала кетчуп, соус тар-тар, пару помидор, огурец, а еще - какой-то творожный десерт совершенно незнакомой ей марки, наверно, баснословно дорогой. Увидев его на столе, Антон улыбнулся.

– Я купил его для тебя, - сказал он, перекладывая хлеб с доски на тарелку.
– Подумал, что тебе понравится... сам я такое, конечно, не ем.

– Ты... рассчитывал, что я сегодня приду?
– удивленно спросила Нина.

Антон пожал плечами:

– Может, и не сегодня. И не то чтобы рассчитывал... просто мне захотелось купить это для тебя.

Это был уже совсем другой разговор, у Нины сладко защемило в груди. Она помыла и нарезала овощи, и они сели за стол. Антон ел мало, больше наблюдал за Ниной, она смущалась и потому тоже съела совсем немного.

– Скажи, - попросил он ее, когда они уже пили чай с очень вкусным и воздушным печеньем, - неужели ты в самом деле ни разу не заподозрила моих истинных намерений?

– Конечно, подозревала, - кивнула Нина после короткого раздумья, - но я не хотела этому верить и постоянно разубеждала себя.

– Почему?

– Сама не знаю, - пожала плечами Нина и покраснела. Не знает она, как же! Просто хотела продолжать общаться с ним, хоть и боялась, но хотела...

– Я до последнего момента была уверена, - усмехнулась она, - что мужчины вроде тебя встречаются только с моделями и прочими красотками.

– Меня от них тошнит, - поморщился Антон, встал из-за стола и направился снова к дивану.

– Я помою посуду, - машинально сказала Нина.

– Оставь, завтра придет горничная и все уберет.

– Вот еще не хватало! У меня пока еще есть руки...

– Только не вздумай мыть руками, там слева от раковины - посудомойка.

– Да что тут мыть? Пара кружек и тарелок...

– Нина, - устало сказал Антон, - пожалуйста, оставь в покое посуду и подойди ко мне.

Немного подумав, она повиновалась. Антон взял ее за руки и поцеловал их по очереди, потом обнял ее за талию и зарылся лицом в ее живот.

– Хочу спорить с тобой вот так каждый день, - пробормотал он.
– Хочу смотреть с тобой сериал до поздней ночи, а потом проспать на работу. Хочу перестать ненавидеть выходные, потому что у нас с тобой столько дел, что даже если год подряд будут выходные, мы не успеем их все переделать. Мы можем даже летать в Монако на выходные, или еще куда-то, куда хочешь. Ты же у меня необыкновенная девушка, может быть, ты хочешь посмотреть Монголию или Пакистан... мне все равно, где быть с тобой вдвоем...

Нина отчаянно старалась сморгать накипевшие слезы. Ну что ей с ним делать?

– Ты устала, - констатировал Антон, внимательно посмотрев на нее.
– Пойдем, я положу тебя спать.

– Куда?

– На кровать, в моей спальне.

– А ты?

– Я лягу на диван, он очень удобный.

– Нет, лучше я на диван.

– Я полюбил тебя именно за эти качества, - пробормотал Антон.
– Но сдается мне, однажды я некоторые из них возненавижу. Чтобы этого не случилось, пожалуйста, просто слушайся меня...

Нина последовала за ним в спальню, опустив голову; позволила ему снять с себя кофту и даже спортивные штаны. Антон не удержался и поцеловал ее левое бедро. Нина задрожала. Ее тело и душа были измучены до последней степени этим нескончаемым днем.

– Может быть, ты отвезешь меня домой?
– робко спросила она.

– Ни в коем случае!
– резко ответил Антон, сразу оставив в покое ее обнаженные ноги, усадил Нину на кровать, заставил лечь и укрыл одеялом.
– Мы еще не договорили. Спокойной ночи, любовь моя.

Он выключил свет и ушел, притворив дверь.

Нина проснулась очень рано - около восьми, но Антон все же успел опередить ее: он встал в семь, пробежался на дорожке, стоявшей на балконе, и принял душ. Во время выполнения этих действий, занимавших только тело, он смог немного привести в порядок свои мысли. Похоже, что пока все идет успешно, хотя поначалу он допустил некоторые ошибки. Например, сделал ставку на телесный контакт, понадеявшись на тот восхищенный блеск, который видел в глазах Нины позавчера. Однако, она была не из таких женщин, подобным способом ее не собьешь с пути - это уж ему надо было знать. Но потом он смог выправить ситуацию, нащупав верную дорожку: надо быть трогательным и сентиментальным, а еще - давить на жалость, ведь Нина - очень сострадательный человек. И в его словах практически не было лжи - он говорил почти одну только правду, просто эти разговоры были ему несвойственны: он предпочитал словам дело, но ради своей цели вполне мог поступиться этим принципом. Антон видел, что Нина поддается его убеждению - надо только больше не ошибиться и аккуратно дожать ее. Надо, чтобы она определенно отказалась от Кости - и тогда путь к ее сердцу будет свободен. Оно и сейчас уже не вполне занято тощим программистом.