Эх, Люба, Любонька!
Шрифт:
Да и надо ли доказывать? Дело в том, что календарь в фотокамере можно поставить на какое угодно число и время. Плюс-минус минута, час, день, неделя, месяц... Но даже если это фото двухгодичной давности, то не факт, что под Фимом выгибается она. Интерьер комнаты совершено незнакомый. Да и не было на ней тогда сережек в форме капель... А сережки эти подарил ей Булат. И в кадре они есть. Но ведь это могла быть дешевая подделка, которую от подлинника на фотографии не отличит никакой эксперт. Все продумала Леська. Мразь!..
– Ну чего замолчала? – подстегнул ее Булат.
– Я только одно могу сказать, не было ничего. Не было!.. Это фальсификация, фотомонтаж...
– По дороге я в фотостудию заезжал. Специалист эти снимки смотрел. Это не фотомонтаж!..
– Тогда я не знаю, что это! – в отчаянии схватилась за голову Люба.
– Зато я знаю. Блуд это! Натуральный блуд!.. Люба, мы же договаривались с тобой. Если ты хочешь уйти к другому мужчине, ты должна сказать мне об этом. Ты освобождаешь эту квартиру, возвращаешь мне деньги, которые я вложил в твою раскрутку, и мы расходимся, как в море корабли...
– Но... – начала было Люба.
Но Булат ее перебил:
– Что, ты не можешь вернуть мне деньги? Зачем ты тогда спала с этим идиотом? Надо было найти себе мужика побогаче...
– Не искала я никого... Я ждала тебя. Я хотела рассказать тебе, что меня хотят смешать с грязью...
– Ты могла бы позвонить.
– Я не думала, что все случится так быстро...
– Но ведь случилось. Ты встретила свою любовь, тряхнула стариной, так сказать...
– Булат, но ты же сам не веришь, что я могла тебе изменить?
– Раньше не верил, сейчас верю... Сколько времени тебе нужно, чтобы освободить жилплощадь?
– Булат!
– Деньги пока можешь не возвращать. Но через полгода будь добра отдать все до последнего цента. Так уж и быть, проценты с тебя брать не буду...
– Булат, ну давай разберемся! – взвыла Люба. Но с тем же успехом она могла обращаться к глухому слепцу.
– Давай разберемся, – кивнул он. – Так сейчас... Ладно, мелочиться не будем. Отдашь всего триста тысяч долларов. И свой джип тоже отдашь...
– Булат, ты меня унижаешь!
– Была бы ты моей женой, тебя бы забросали камнями, как подлую тварь!
– Ты меня унизил, Булат... Рано или поздно ты узнаешь, что я тебе не изменяла. Даже если это случится рано, то все равно будет поздно. Ты уже ничего не изменишь. Ты не сможешь вернуть меня обратно. Так было с Фимом. Так будет и с тобой... А деньги я тебе верну, можешь не сомневаться!
У Булата еще было время на раздумье. Пока она собирала вещи, у него еще была возможность остановить ее, вернуть обратно. Но он не сделал этого. И вместо прощания молча сунул ей в руку конверт с компрометирующими фотографиями...
Она ушла, хлопнув дверью. Обратного пути нет...
2
К хорошему привыкаешь быстро. Но можно привыкнуть и к плохому. Так и Люба уже привыкла к ударам судьбы. Сколько раз фортуна поворачивалась к ней лицом, и столько же раз Леська разворачивала ее к ней другим местом. Но Люба уже привыкла и к тому, что за черной полосой в жизни обязательно должна последовать светлая. И на этот раз она не собиралась ждать у моря погоды. На Бога надейся, но сам не плошай. Именно поэтому сегодня она надела откровенно соблазнительное платье, отчего у Макеева замаслились глазки.
– Герман Альбертович, помните, вы как-то сказали, что сами готовы вкладывать в меня свой талант, если вдруг Булат Анзорович откажется от меня...
Она нарочно заменила слово «деньги» «талантом». И не только потому, что эти слова иногда бывают синонимами. Лесть в таких случаях лишней не бывает.
– А он что, отказался? – обеспокоился продюсер.
– Да, но не по своей воле. Его заставили...
– Кто?
– Скажем так, я стала жертвой интриг... Говорили мне, что в музыкальном мире это случается. Я не очень верила, но...
– Так, с этого места, пожалуйста, поподробней...
– Если можно, сначала вопрос... Есть такой товарищ, Фим Речной. Он сказал, что вы собираетесь его продюсировать...
– Фим Речной?!.. Да, в этом парне что-то есть. Хотя до совершенства далеко. Но кто мне скажет, где в этом мире совершенство... Даже не знаю, браться за него или нет. Есть много «за» в его пользу. Но еще больше «против»... А чего он это тебя интересует? Что, нравится?..
– Нравился. Когда-то. Даже любовь была... Мы же из одного города... Когда-то он был музыкантом, а я была его поклонницей. Теперь я восходящая звезда, а он пока никто. Мне-то все равно, но ему это не нравится... В общем...
Люба выложила на стол самую скромную фотографию из коллекции двухгодичной давности. Но Макееву хватило и этого, чтобы возбудиться. Женская интуиция подсказывала ей, что этот снимок содержит скорее «плюс» для нее, нежели «минус».
– Оу! – воскликнул Макеев. – Что это такое?
– Что-то вроде домашнего архива. Но Фим, я так поняла, решил сделать это фото достоянием общественности... Короче говоря, эта фотография попала в руки Булата. А вы же знаете, кровь у него горячая. Ему все равно, что это все было до него...
– Но ведь было.
– А я что, похожа на девственницу? – кокетливо повела бровью Люба.
– Я бы не сказал... Женщина вправе выбирать, с кем и как ей быть... Но как же так, ты и этот Фим Речной?.. Знаешь, я не очень верю в совпадения. Но ты у меня, и он до меня почти достучался...
– Так он и не стал бы к вам стучаться, если бы мной занимался другой продюсер. Он по моему следу на вас вышел...
– Теперь ясно... И что же, он отдал эту фотографию Булату Анзоровичу?
– Не берусь утверждать, что именно он передал снимок, но больше некому...
Про Лесю Люба рассказывать не стала. Долгая история, да и неправдоподобная какая-то. Безумная одноклассница мстит ей на каждом шагу. Мексиканские страсти какие-то... Но Фима она сдала без всякого зазрения совести. Око за око... Хотя еще не известно, чем это все обернется. Но Люба почему-то была уверена, что Макеев примет ее сторону.
– И зачем это ему нужно?
– А чтобы лишить меня финансирования.
По ее мнению, эта версия была самой убедительной.
– Меня задвинуть, а самому взлететь. Видимо, на его взгляд, в этом заключено торжество справедливости. К тому же меньше народу – больше кислороду. Говоря иначе, чем меньше у вас проектов, тем у него больше шансов попасть к вам в обойму...