Чтение онлайн

Она неодобрительно посмотрела на монитор с фотографиями собак и поджала губы.

– Напоминаю тебе, что у нас тут офис, а не богадельня.

Адам не ответил, наблюдая за тем, как калитка распахивается и появляется его дочь – она бдительно вертела головой во все стороны, готовая спрятаться под новую кровать в случае очередной опасности.

Ася тащила за ней огромную коробку.

Онлайн Адама уже начался, и он приветствовал свою аудиторию. Из дома выскочил программист Серега и забрал у Аси ее ношу. Она с удовольствием спихнула на него этот груз и немедленно подхватила Еву на руки. Девочка доверчивой мартышкой повисла на своей няне. Кажется, она снова не доверяла этому дому, из которого пришлось сбегать по пожарной лестнице.

– И тема нашей беседы, – сказал Адам в камеру, – это работа над лояльностью аудитории.

Когда Адам, уже вечером, поднялся на второй этаж, то застыл на лестнице, вслушиваясь в голос Евы.

– Надо двигать руками и ногами, – говорила она, – как лягушечка-квакушечка. Я тебя держу, ничего не бойся. Ты же знаешь, что я самая сильная няня в мире.

Сделав шаг вперед, он увидел, как его дочь купает резинового пупса в тазике с водой. Ася, задрав футболку, разглядывала в зеркале свой живот. Она тоже была похожа на пупса со своими круглыми щеками и плечами и мягкими боками.

– Не растет, – сказала Ася, увидев Адама в зеркале, и скорчила забавную мордашку. Он так и не понял, досада это или простая констатация факта.

Ева торопливо накрыла ладошкой лужу на полу и настороженно следила за выражением отцовского лица.

Ася скосила на нее глаза, но ничего не сказала. Взяла с дивана подушку и засунула ее себе под футболку.

Оглядела себя так и этак. Вздохнула.

– Какой толк быть беременной, – пробормотала она, – если никто не помчится тебе ночью за персиками. Ева, оставь свою лужу, твоему папе нет до нее никакого дела.

– Меня очень даже волнует эта лужа, – заявил Адам, присаживаясь на пол рядом с Евой. – Она меня просто бесит. Знаешь почему? – он осторожно сдвинул детскую ладошку и шлепнул по воде. – Потому что у меня не было самой сильной в мире няни, и я не умею плавать.

Ева фыркнула с нескрываемым превосходством.

Ася, все еще с подушкой под футболкой, села по другую руку от своей подопечной.

– Самые сильные в мире няни, – наставительно сказала она, – появляются у самых лучших в мире детей.

– Как это у вас получается, что мужчины вам и вовсе не нужны, а за персиками мне бегать все равно придется? – спросил ее Адам.

Склонив голову, Ася смотрела на него смешливыми блестящими глазами.

– Надо признать, – шепнула она на ухо Еве, – что самым лучшим в мире детям достаются хорошие папы.

– Папа! Папа!

Адаму примерно шесть. Сквозь прозрачно чистое окно он смотрит, как отец идет к калитке.

Он снова пришел с подарками, а мама снова его прогнала, и теперь красный блестящий паровозик будет валяться во дворе, пока не придет домработница и не заберет его для своего ребенка.

Адаму нельзя будет его оставить себе – иначе у мамы снова все заболит: голова, желудок, сердце.

– Папа же!

Сквозь сон он попытался понять, почему столько отчаяния в детском голосе.

Папа? Кто папа?

Адам открыл глаза. Ева трясла его за плечи, но ее сил не хватало, чтобы полноценно встряхнуть его.

Он, Адам, папа, и, кажется, его впервые в жизни так назвала собственная дочь.

Однако радость быстро сменилась испугом.

– Что случилось?

– Ася! – воскликнула Ева и потянула его за руку, пытаясь стащить с кровати. – Заболела!

Адам послушно встал с кровати и последовал за девочкой.

Из ванной комнаты сквозь дверь слышался звук текущей воды и рвоты.

– Ася, – крикнул Адам, – мне вызвать врача?

– Ничего… не делайте! Отстаньте! – крикнула она в ответ.

Ева заплакала, и он подхватил ее на руки.

– Все будет хорошо, – сказал он как можно спокойнее. – Это ребенок внутри твоей няни капризничает.

Дочь смотрела на него круглыми серьезными глазами, засунув палец в рот. Потом икнула. Крупные слезы текли по ее щекам.

– Ей нужно… мы сделаем чаю, да? – решил Адам и направился на кухню.

– Ребенок капризничает? – переспросила Ева недоверчиво. – Из-за этого Ася болеет?

– Ага, – ответил Адам, включая чайник.

Его дочь нахмурилась.

– Я никогда не буду капризничать, – решила она.

– Молодец, – Адам посадил ее на высокий стул, – с другой стороны, ты уже самостоятельная личность, имеющая право на самовыражение… – что он несет! – Ладно. Ася тебе потом все сама объяснит.

Она наблюдала за ним с недоверчивостью.

В холодильнике были мята и лайм. Почесав в затылке, Адам залил их кипятком. Обернувшись, он обнаружил, что Ева исчезла.

Разумеется, она сидела под дверью ванной комнаты и громко икала.

– Не переживай так, – сказал Адам, досадуя, что ему, великому гуру коучинга, никак не найти нужных слов, чтобы успокоить одну маленькую девочку. – С твоей няней все будет в порядке.

– Ничего не будет, – сердитая Ася распахнула дверь. Она была бледной, с мокрыми волосами и лицом. Ворот футболки тоже был влажным. – Посмотрите, до чего вы довели ребенка! Что это такое – икота?

Как будто Адам силой заставил свою дочь икать!

Ева поспешно обхватила руками ноги своей няни, запрокидывая голову вверх.

– Я абсолютно здорова, – объявила ей Ася, однако не взяла, по обыкновению, на руки.

– Твой ребенок капризничает, – воскликнула Ева сердито. – Почему он такой капризный! Плохой ребенок!

Ася окинула Адама уничижительным взглядом.

– Он не капризничает, а просто растет. Представь, что ты проглотила целую планету.

– Никто не может проглотить целую планету, – возмутилась Ева.

– Я заварил лимон с мятой, – вмешался Адам, – возвращайтесь в кровать, я принесу кружку туда.

– Вот еще, – Ася осторожно отцепила от себя руки Евы и, держа ее ладошки в своих, направилась к кухне. – Я умираю от голода. Хочу бутерброд с колбасой.

– В этом доме нет… колбасы, – содрогнулся Адам. – Но есть холодная отварная говядина.