Эхо грядущего. Часть 1
Шрифт:
– Вот тут история моей жизни, - Катя стряхнула пыль с крышки одного из ящиков и открыла его.
Тетради, альбомы, кассеты... Чего там только не было. Конечно же наше внимание привлекли альбомы с фотографиями. Бесконечная череда черно-белых и цветных фотографий той эпохи, когда еще не было цифровых снимков и когда каждое фото отражало действительное значимое событие, а не все подряд, как это было в современном мире. И даже фотографии легендарного Полароида, которые получались мгновенно, тоже хранили в себе отпечатки чего-то существенного и важного, ведь пленка к нему была очень дорогой и расходовать ее на всякую дребедень было нельзя.
Неожиданно Катю позвала мать и я остался в комнате один, продолжая путешествие по бездонному ящику ее детства. За пластом бесчисленных фотографий, которые мне в какой-то момент просто надоело рассматривать, лежали тетрадки, альбомы с рисунками и прочие призраки дней давно минувших. Я не то, чтобы горел все это рассматривать, но заняться больше действительно было нечем, поэтому старательно перебирал все это пока не наткнулся минут через 5 на то, что просто-напросто заставило мое сердце биться сильнее. Эта вещь не просто удивила меня, она меня поразила. На какой-то момент я спросил сам у себя не сон ли это?
На пожелтевшем клочке альбомного листа была нарисована девушка. Молодая девушка очень похожая на Катю. То, что это Катя подтверждала и подпись рядом "Катя". Но самое интересное было рядышком в скобках, где было написано "Девочка-Алиса". Именно так "Алиса". Я был просто ошарашен. Второй раз за три дня я натыкаюсь на это имя в самых неожиданных ситуациях. В этот момент в комнату вошла Катя.
– Ну что ты тут еще интересного нашел?
– спросила она и подошла ко мне.
– О, мой портрет! Как же давно это было!
– А почему девочка-Алиса?
– спросил я с едва скрываемым огромным интересом.
– Да так. Это было что-то вроде моего прозвища. Мне просто нравилось это имя.
– И, наверное, книга про нее?
– Нет, книгу я даже не читала, только мультик смотрела. Мне просто очень нравилось это имя.
– Ты про это никогда не рассказывала, - я отложил листок в сторону.
– Да это давно было. Тут и рассказывать-то нечего.
Катя посмотрела на меня и уловила тень удивления или даже изумления на моем лице.
– Ты чем-то поражен?
– Да нет, не особо, - откровенно соврал я, - просто совсем недавно сталкивался с этим именем.
– Где?
– По работе. В одном деле.
– Каком?
– у Кати проснулся интерес.
– Неважно.
Катя явно расстроилась ответом.
– Пойми, мне нельзя рассказывать.
– Я же не пойду всем кричать направо и налево. Ладно, я все понимаю.
– Сколько мы еще тут пробудим?
– спросил я, пытаясь скрыть надежду на то, что она ответит "недолго".
– Скоро поедем уже, не переживай, - она улыбнулась.
Она понимала, что мне тут неуютно. И не пыталась пилить меня за это и читать нотации.
Мы продолжили рассматривать вещи в ящике и занимались этим еще минут 40. После чего последовало еще одно чаепитие с Натальей Валерьевной и мы отправились обратно в путь на Катиной машине.
Конец марта выдался на удивление теплым, теплее, чем обычно было в это время года. Мы вернулись в Москву часам к трем. Катя поехала к себе домой, а я попытался использовать оставшуюся часть воскресенья для того, чтобы отдохнуть перед длинной неделей.
Эта неделя ничем не отличалась от предыдущих. В навалившейся рутине дел я почти забыл о поездке в Солнцегорск, об Алисе и об воплощении этого имени в прошлом Кати. Именно так и встретил новую пятницу: в бодром расположении духа, с полноценным ночным сном и почти абсолютном отсутсвием негативных эмоций и мыслей. Это было очень нетипично для меня и я старался насладиться этим отрезком времени максимально выгодно для себя. Чем больше отсутствовали проблемы, тем сильнее я ждал их появления. И они не заставили себя долго ждать.
В пятницу я освободился от работы уже в половину четвертого и с легкой душой отправился забирать Катю из ее фирмы, дабы провести последний будний недели по традиции где-нибудь. Именно где-нибудь. Мы никогда не планировали заранее, куда мы пойдем, выбирая место и способ развлечения наугад. Это было сопряжено с рядом трудностей, так как в пятницу вечером было очень проблематично найти где-нибудь свободное место. Будь то кино или ресторан, или что-то еще. Но несмотря на это мы упорно не желали изменять этой привычки, которую по дурости можно было сравнить разве что с курением.
Вот и в этот раз мы сунулись в ресторан Ти-бон, когда там было все забито. Уже было собравшись уходить нас окликнул администратор, оказалось, что один бронированный столик свободен - никто не пришел и уже прошло 20 минут. Довольные мы разместились вдвоем за столиком для четверых.
– Что нового на работе?
– спросил я.
– Ничего особо. Пока и работы-то нет особо. У тебя что?
– Ты действительно хочешь поговорить про мою работу?
– я улыбнулся.
Катя засмеялась.
– Нет, нет конечно.
На ней было одето черное платье, которое было вроде как бы и не вечерним, но и не повседневным.
– У тебя новое платье? Не видел раньше.
– Да я его уже одевала как-то.
– Я действительно не помню, - мне очень повезло, что в отличие от подавляющего большинства женщин Катерине было наплевать на такие вещи и на подобную забывчивость она не обижалась.
Нам принесли меню и мы быстро сделали заказ. Мы всегда делали это быстро, особо не выбирая. Меня всегда раздражало то, как люди умудряются изучать меню по пол часа, а то и больше, донимая официантов расспросами относительно блюд и их содержания.
– Ты хоть читала из чего состоит то, что мы заказали?
– А зачем?
Мы засмеялись.
– Черт, - сказал я , - я даже ценник не посмотрел. Сейчас принесут 50 гр. деликатеса по цене пяти килограмм мяса.
Но я так и не узнал, что нам принесут. Неожиданно мне позвонил Павел.
– Ты где?
– начал разговор он.
– Мы с Катей в ресторане.
– Неудобно было бы вас отвлекать, но... У меня тут дело срочное к тебе.
Катерина видела как я изменился в лице и поняла, что после того, как я прекращу говорить по телефону, ей не понравится то, что я скажу. Дабы не нагнетать обстановку я встал из-за стола и прошел к коридорчику, в котором располагались уборные. Там было тихо.