Чтение онлайн

– Потому что она упала с края света, мисс Бриттл.

– Вот именно, и поэтому, чтобы защитить жителей Локфорта, король Тибальт, дед доброго короля Альфонса, приказал запереть городские ворота, чтобы их больше никогда не открыли. Люди продолжали любопытствовать, падали и разбивались насмерть. Не стоит быть слишком любопытным, – сказала мисс Бриттл, пристально глядя на Эхо.

– Нет, мисс Бриттл. – Эхо на мгновение задумалась. – Но разве в пророчестве не сказано, что однажды ворота снова откроются?

Мисс Бриттл снова раздула ноздри и раздражённо покачала головой:

– Послушайте внимательно, что говорится на Церемонии Открытия Врат, и вы поймёте, что пророчество невозможно исполнить. А теперь возьмите перо, и я начну диктовать. В Локфорте развитая система улиц, для навигации по которой не требуются карты…

У Эхо едва хватало времени подумать до конца урока – она была слишком занята, записывая рассказ мисс Бриттл. Но всякий раз, когда повисала пауза, её мысли возвращались к одному и тому же. Могла ли карта профессора быть реальной? Он действительно пришёл снаружи? Его появление было самым интересным событием в жизни Эхо за долгое время. На самом деле, единственным интересным событием, если не считать того момента, когда мисс Бриттл переставила парты и разрешила Эхо сидеть у окна, а Горацию – у двери. Сама мысль о том, что где-то есть другие города, была слишком захватывающей, чтобы оказаться правдой. Эхо отчаянно хотела, чтобы профессор был прав. Она была чужой в Локфорте, и профессор тоже. Она просто обязана была пробраться в подземелья и помочь ему.

Как только Эхо сбежала от мисс Бриттл, высидела долгий, утомительный обед с маркизой Борегар и вытерпела час истории с Мартой, она отправилась искать Горация, который начал неохотно вставать с постели и возвращаться к урокам. Конечно, Горацию не нужно было учиться ничему скучному вроде рукоделия. Вместо этого принц занимался фехтованием с жилистым седовласым мужчиной по имени Альфред. Эхо слонялась по двору с Гилбертом на шее, наблюдая, как Гораций рубит воздух деревянным мечом, а Альфред ловко уклоняется в сторону. Как бы ей хотелось присоединиться к ним! Эхо вдруг задалась вопросом, зачем Горацию вообще нужно было учиться сражениям, если ему тоже не разрешалось выходить за пределы замка. И, по словам мисс Бриттл, у Локфорта не осталось врагов, с которыми нужно воевать. Если, конечно, карта профессора не была настоящей.

Альфред заметил, что Эхо наблюдает за ними, и ухмыльнулся, когда та нырнула обратно в коридор.

– Я думаю, на сегодня достаточно, ваше высочество, – сказал мужчина запыхавшемуся и раскрасневшемуся Горацию.

– Слава Локфорту, это закончилось. – Гораций бросил меч и вздохнул с облегчением. – Я имею в виду, спасибо тебе, Альфред.

Когда Гораций вернулся в замок, Эхо схватила его за руку и затащила в пыльную нишу.

– Ты её достал? – спросила она. Гораций оглянулся через плечо, затем неохотно кивнул и вынул потемневший от времени свиток пергамента.

– Спасибо. – Эхо взяла план у Горация и сунула в один из пышных рукавов. – Увидимся позже.

– Подожди! А как же моя книга?

– Я отдам её потом.

– Когда?

Эхо махнула на него рукавом:

– После того, как я побываю в подземельях.

Гораций разинул рот.

– Но, Эхо, тебе нельзя туда ходить.

– Я не знаю слова «нельзя».

– Но у тебя будут неприятности!

Эхо напряглась, но скрыла свою нервозность за пожатием плеч.

– У меня всё равно проблемы из-за того, что ты на меня донёс. Ещё немного хуже не сделают. – Она достала карту из рукава и рассмотрела её. – Где здесь вход?

Гораций с несчастным видом пожал плечами:

– На плане показано только расположение комнат подземелья. Тут не показано, как туда попасть.

Эхо вздохнула.

– У тебя нет никаких идей?

– Отец проходит туда через главный вход в катакомбы. Но ты никогда не пойдёшь этим путём. Он только для церемониального изгнания.

– Что?

– Когда людей изгоняют из города. Отец отправляет их погибать в Пустошь.

Погибать? Эхо разинула рот от ужаса.

– Умирать? Он действительно так делает?

– Только иногда, – продолжил Гораций. – Но это только для худших преступников. Вроде Микермуса Бритча, когда тот спросил, не слишком ли много денег из казны отец тратит на столовые приборы.

– Его изгнали только за то, что он задал вопрос?

Гораций пожал плечами:

– Это была измена. Отец – король. И он заслуживает хороших ложек. В любом случае, он уже много лет никого не изгонял. Обычно он просто оставляет преступников сидеть в подземельях.

Мысли Эхо вернулись к профессору. Быть пленником в подземельях, наверное, было в десять раз хуже, чем быть запертой в замке. Она положила руку на плечо, чтобы погладить чешуйки Гилберта, и маленькая ящерица ткнулась мордочкой в её щёку.

– Как туда добираются слуги? – подумала Эхо вслух.

Гораций нахмурился.

– Это не может быть домашним заданием. Что ты задумала?

– Кто-то должен кормить заключённых, – сказала Эхо. – И они не проходят через церемониальный вход.

Гилберт запрыгал с лапки на лапку и запищал.

– Точно! – Предвкушение вспыхнуло в груди Эхо. – Кухни, вот и ответ! – Она хлопнула озадаченного Горация по плечу. – Мне пора бежать!

Эхо пронеслась по бесконечным коридорам, нырнув в нишу за бронзовой статуей медведя, чтобы избежать встречи с Гринграссом, одним из самых раздражительных лакеев замка. Она успела дойти до западного крыла, когда её догнал Гораций.

Он подбежал, тяжело дыша, и схватил Эхо за руку.

– Ты не можешь туда пойти, Эхо. Я тебе не позволю.

– Это не тебе решать. – Она отмахнулась от принца, едва не опрокинув вазу с портретом короля Вальберта Третьего. Все ли предки Горация были такими самовлюблёнными? Похоже, так и было.

– Я – наследный принц, а ты – всего лишь воспитанница короля. Ты должна делать, что я говорю.

Эхо закатила глаза и снова двинулась дальше.

– О, правда, что ли?

Гораций поспешил за ней.

– Ну, тогда я пойду с тобой.

Эхо обернулась на него:

– Ты? Зачем?

– Это план моего отца. Если он потеряется, отец поймёт, что это я его взял. Я не так хорош во лжи, как ты.

Эхо упёрла руки в бёдра, неуверенная, оскорбление это или похвала. Она не хотела, чтобы принц увязался за ней после недавнего происшествия в библиотеке. Но Гораций знал о жизни в замке многое из того, чему не учили Эхо, и мог подсказать что-нибудь полезное.

– Хорошо, я думаю, ты можешь пойти со мной. Но если ты ещё раз донесёшь на меня, я выброшу твою книгу в ров.

– Я больше не буду, – сказал Гораций с мрачным лицом. – Клянусь честью принца.

– Тогда идём.

Они дошли до бального зала, и Эхо осторожно толкнула дверь, открывая взору огромное сверкающее пространство с колоннами из розового и белого мрамора, панелями из светлого дерева и невероятно высоким потолком, увешанным сотнями зеркальных люстр. Солнечный свет, проникавший сквозь высокие арочные окна, отражался от стеклянных капелек, отбрасывая на пол танцующие, мерцающие тени.