Чтение онлайн

С. БУНТМАН: Вы знаете, проверяют. Диана, это иногда бывает даже эффективнее, чем в эфир. Потому, что мы не всегда сразу из эфира можем сразу. Мы передадим тем же референтам или в службу информации. Мы не можем выбежать отсюда и сразу сказать, что вы нас о чем-то предупреждаете с помощью смс.

М. МОРОЗОВА: Распечатываете сразу, как правило. Пока с вами свяжутся.

С. БУНТМАН: Нам говорят, что где-то там сообщили или что-то случилось, я вижу дым где-то у нас. Мы сразу звоним туда, или тому человеку, или туда, где это происходит. Смотрим.

М. МОРОЗОВА: Как правило, если нам сообщают, что видят дым где-то – это значит, что по агентствам это прошло. А вот если видят открытый огонь напротив, то это другое дело.

С. БУНТМАН: Конечно. Да. «Мне 21, но я не из Москвы. К вам можно?» – Максим из Казани.

М. МОРОЗОВА: А мы из Казани вещаем? Может там…

С. БУНТМАН: Нет, почему?

М. МОРОЗОВА: А жить где?

С. БУНТМАН: Вот если у вас есть, где жить, например. Если вы решаете работать у нас, может быть, вам окажется трудно или у вас что-то не получится, или разонравится, если вы решаетесь на это…

М. МОРОЗОВА: Общежития в «Эхо Москвы» нет.

С. БУНТМАН: И служебных квартир, подъемных и т. д. Если вы решаетесь, у вас есть, где жить, то никаких противопоказаний нет. Абсолютно нет. У нас есть и журналисты, и корреспонденты, и референты были из других городов.

М. МОРОЗОВА: Да. Из Тулы.

С. БУНТМАН: «Какой срок давности для рекламаций? Года 2,5 назад выиграл соломенную шляпку, но так и не получил», – Дмитрий из Ижевска.

М. МОРОЗОВА: Честно говоря, я не помню, чтобы у нас была соломенная шляпка. Наверняка шляпку отправили как раз 2,5 года назад.

С. БУНТМАН: Где она, бедняга?

М. МОРОЗОВА: Пишите, чем мы можем заменить? Книжка, диски… Обращайтесь.

С. БУНТМАН: Шляпку хочется.

М. МОРОЗОВА: А шляпки нет.

С. БУНТМАН: Или дождемся шляпки, когда будет шляпка.

М. МОРОЗОВА: Они бывают от Центрального агентства путешествий. Сейчас разыграли, а люди не идут за своими шляпками. Они стоят в больших пакетах. Вот не придет кто-нибудь два месяца, отправим Дмитрию в Ижевск.

С. БУНТМАН: Говорят: «Используйте ю-пи-эс, три дня, игру в штатах», – Митек, руководитель вашего профсоюза. «Ваш референт гораздо адекватнее некоторых эфирных», – Ян говорит. Конечно! Знаете, как не бывает поколений, так же и ни в какой работе не бывает разделения по способностям, талантам, трудолюбию между службами. У нас одна служба трудолюбивая, а другая нет. Так не бывает никогда! Это как со странами, то же самое.

М. МОРОЗОВА: И потом, эфирный сотрудник, журналист – это творчество, это творческий человек!

С. БУНТМАН: У него всякое случается. Референт не имеет право на то, на что мы имеем право. «Христос в 33 свою секту организовал, – пишет Леля, – которая до сих пор существует, а вы говорите, что поздно». Вообще-то он с 12 лет начал проповедовать, если мне не изменяет память. С 12 лет. В 33 уже все…

М. МОРОЗОВА: А до этого вкалывал у папы в мастерской.

С. БУНТМАН: Да. У приемного папы, скажем так. Саратов. Почта России… Почта России…

М. МОРОЗОВА: Как людей почта задела!

С. БУНТМАН: Естественно!

М. МОРОЗОВА: Понимаете, наболело! Не только у нас проблемы!

С. БУНТМАН: Но все надеются на Козьмина, что он организует Почту России.

М. МОРОЗОВА: Мы тоже надеемся. Козьмин – наш добрый друг. Может, по блату нам организует.

С. БУНТМАН: Нам не надо по блату. Надо, чтобы во всей стране почта работала. В разных странах существует термин с возвратом почты. Когда быстро пишут ответ, бывает, и возврат почты. Практически в тот же день, на другой конец страны, бывают и такие места.

М. МОРОЗОВА: Кстати, у нас и возвраты бывают. Вот так люди и не получают свои призы, все приходит обратно.

С. БУНТМАН: Это Борис Житков такой…

М. МОРОЗОВА: Нет, не выбыл. Если бы выбыл. Просто не приходят на почту за призом. Им извещение одно, потом вторичное, как это обычно у них бывает.

С. БУНТМАН: Так что ответственней, товарищи, относитесь. «Какое у Маши образование?» – спрашивает Наташа.

М. МОРОЗОВА: Средняя школа.

С. БУНТМАН: Общеобразовательная?

М. МОРОЗОВА: Да. Лесная, как говорили в детстве. Обычная школа.

С. БУНТМАН: Обычная, нормальная школа. «Если человек из США…» Понятно…

М. МОРОЗОВА: Хочет работать у нас человек из США?

С. БУНТМАН: Нет! Приз получить хочет. «Какие технические достижения используются в работе?»

М. МОРОЗОВА: Компьютеры, процессоры, принтеры, даже шредер у нас есть.

С. БУНТМАН: Что это?

М. МОРОЗОВА: Уничтожитель бумаги.

С. БУНТМАН: А! Да, да, да! Есть такая страшная машина.

М. МОРОЗОВА: Один, правда, уже сломался.

С. БУНТМАН: А чем вы его сломали?

М. МОРОЗОВА: Не знаю даже, чем сломали.

С. БУНТМАН: Нераскрепленными скрепками?

М. МОРОЗОВА: Как в «Крахе инженера Гарина»: «Сломался или сломан?» Сам сломался.

С. БУНТМАН: Не пробовали туда какие-нибудь доски для разрезания?

М. МОРОЗОВА: Нет.

С. БУНТМАН: «Референтам всем почем. Всем спасибо и зачет», – Александр из Чапаевска. «Купите одноразовые чашки», – тот же Митек.

М. МОРОЗОВА: Пластмассовые?

С. БУНТМАН: Нет.

М. МОРОЗОВА: А как вы себе это представляете?

С. БУНТМАН: Правда, у нас шайтан-машина появилась. А она вам облегчила работу? Которая кофе, какао, молоко выдает. Автомат облегчил?

М. МОРОЗОВА: Возможно. Но не намного.

С. БУНТМАН: «А я люблю мыть посуду», – Сергей из Тюмени.

М. МОРОЗОВА: Я тоже люблю мыть посуду.

С. БУНТМАН: Приезжайте!

М. МОРОЗОВА: Только не в мою смену, потому что я сама посуду помою.

С. БУНТМАН: «По поводу Новостей. Звонила Людмила Васильевна. И ей кто-то нагрубил».

М. МОРОЗОВА: Случается. Плохо. Всякое бывает. Отрицать не буду.

С. БУНТМАН: Виновные будут наказаны?

М. МОРОЗОВА: Расстреливаем их в туалете. У нас кафель там, с него смывать кровь удобно.

С. БУНТМАН: В другом. В нашем я не видел никогда.

М. МОРОЗОВА: Крови? Конечно! Потому, что мы все смыли.

С. БУНТМАН: Так… Так… Так… «А я пыталась устроиться на саратовское «Эхо» звукорежиссером. Мне сказали, что я дезорганизатор», – Диана.

М. МОРОЗОВА: Интересно, как они это поняли?

С. БУНТМАН: Не знаю.

М. МОРОЗОВА: В результате работы в испытательный срок или просто посмотрели на человека: «Ооооо! Да Вы, матушка, дезорганизатор! Ступайте-ка Вы отсюда!»