Эхо смерти
Шрифт:
Ева закрыла дверь и пошла по следам убийцы. Знал ли он, где находится спальня хозяев, или бродил из комнаты в комнату, пока не нашел? Так или иначе наверняка он осторожно походил по дому, присматриваясь к ценным вещам, подумала Ева.
Если бы он услышал чьи-то шаги, у него было предостаточно времени и мест, чтобы спрятаться, ведь представление должно было начаться только тогда, когда в доме не останется никого, кроме супругов Страцца.
Много времени, мысленно повторила Ева. Значит, у него хватило терпения, чтобы ждать почти три часа. Ему нужно было подготовить сцену, думала она, входя в спальню и стараясь не замечать пятен крови, порошок, который использовали чистильщики, следы борьбы. Попробовала представить комнату такой, какой ее увидел убийца.
Богатая, роскошная спальня.
«Держу пари, ты заглянул в гардеробные». Ева подошла к гардеробной Дафны. «Уверена, что ты так и поступил. Выбрал платье, чтобы забрать с собой, благо здесь есть из чего выбирать.
Он подготовил сцену, но пришлось подождать. На всякий случай, вдруг кто-то поднялся бы до начала представления. Ему было достаточно ждать с открытой дверью, чтобы услышать, как гости разговаривают за десертом, потом прощаются.
Волнение нарастает.
Проверить грим, надеть маску. Разложить инструменты, установить свет. Спрятаться за дверью, когда послышатся шаги хозяев на лестнице. Сосредоточиться.
Занавес поднимается.
Они входят вместе. Нейтрализовать более серьёзную угрозу. Оглушить дубинкой мужчину, ударить женщину. Пластиковые стяжки.
Привязать мужчину к заранее выбранному стулу (вот тут выбор оказался неудачным). Мужчина крупнее тебя, значит, ты довольно мускулистый. Связать, затянуть стяжки, для надежности обмотать клейкой лентой.
Включить стробоскопический свет.
Женщина должна все видеть: как он ждет, пока мужчина придет в себя, потом приставляет к его горлу нож и требует, чтобы она разделась. Унижение для обоих. Приказать ей лечь на кровать, если откажется – стукнуть пару раз мужчину. Впрочем, даже если она не откажется, врезать ему как следует.
Привязать ее к кровати, чтобы не вцепилась ногтями, иначе под ними останется кожа. Изнасиловать, сильно избить, придушить. Вернуться к мужчине, пустить в ход кулаки и дубинку. Скорее всего, и нож, ведь нужно узнать коды от сейфов.
Ева словно воочию видела все, что здесь произошло: несколько часов жестокости, развлечений и корысти.
Оставил ли он своих жертв израненных, возможно, без сознания, – да, похоже, что так, – чтобы очистить сейфы, сломать домашних дроидов, демонтировать систему безопасности. Или…
Перед этим Страцца ломает стул, бросается на обидчика. Убийца вырубает его вазой. Возможно, думает, что тот мертв. И только потом идет опустошать сейфы и отключать технику. Это объяснило бы временной промежуток.
Но зачем возвращаться, почему бы просто не уйти с добычей? Захотел еще один раунд с Дафной повторить, так сказать, на бис? Обнаруживает, что Страцца жив и пытается встать на ноги, чтобы снова дать отпор.
Возможно, ему нужно было убедиться, что на этот раз Страцца точно мертв. Новое, возбуждающее ощущение. Убийство. В последний раз насилует Дафну, оставляет ее голой, оглушенной или даже без сознания. Снимает стяжки и веревки. Собирает вещи и удаляется.
Ева словно увидела всю сцену. Если Мира и Нобл преуспеют, то Дафна сможет подтвердить ее догадки, заполнить лакуны и ответить на возникшие вопросы.
Ева вышла из спальни и еще раз прошлась по дому, пытаясь представить, куда заходил преступник.
В отличие от него, она аккуратно заперла входную дверь и снова опечатала.
Ей страшно хотелось домой, хотелось поспать на новой, роскошной кровати, однако пришлось ехать в больницу.
Ева спокойно прошла мимо поста дежурной сестры к палате Дафны, где дежурила женщина-полицейский, и постучала по своему жетону, который заранее прикрепила к пальто на случай, если кто-нибудь попытается ее остановить.
– Там сейчас доктор, лейтенант.
– Кто-нибудь еще входил?
– Только персонал больницы.
Кивнув, Ева вошла в палату. Доктор Нобл сидел на краю кровати и что-то тихо говорил Дафне, которая вцепилась в его руку. Увидев Еву, Дафна вздрогнула. Дел повернул голову.
– Вы вернулись.
– А вы все еще здесь… Вы живете в больнице?
– Порой мне кажется, что так оно и есть. Впрочем, я ненадолго уходил домой, чуток поспал. А вы?
– Собираюсь. Как вы себя чувствуете, миссис Страцца?
– По-моему, уже лучше. Зовите меня Дафной. Я больше ничего так и не вспомнила. Извините.
– Ничего страшного, я просто хочу кое-что проверить, если вы не против.
– Я… да, хорошо? – Она посмотрела на Дела, словно ожидая разрешения.
– Поможет все, что вы вспомните, – сказал он. – Любая мелочь, даже то, что, на ваш взгляд, не имеет значения.
– Совершенно верно, – согласилась Ева. – Вы с мужем зашли в спальню вместе, правильно?
– Да, мы поднялись наверх вместе. Собирались сразу лечь спать. Энтони нужно было утром проводить обход, а прием затянулся дольше, чем он предполагал.
– И на вас напали. В одно и то же время?
– Я… – Глаза Дафны на миг затуманились. – Это произошло так быстро, так ошеломляюще…
– Не торопитесь, – успокоила Ева, глядя как Дафна цепляется за руку Дела. – Итак, вы поднялись наверх и зашли в спальню.
– Я шла, наверное, на шаг позади мужа. Он держал меня за руку. Да, кажется, муж держал меня за руку и шел чуть впереди. Вдруг он упал. Я так думаю. Я подумала, что он упал, и тут что-то ударило меня в лицо. Перед глазами все померкло, я упала. Меня ударили в живот. Или пнули?
Дафна инстинктивно прижала руку к талии.
– Думаю, он сказал: «Не двигайся! Оставайся там, куда я тебя уложил, сука!» Наверное, он так и сказал. Я послушалась. Не шевелилась и закрыла глаза.
Сейчас она тоже закрыла глаза, на ее ресницах повисли слезинки.
– Донеслось бормотание, у меня все болело, поэтому я закрыла глаза и тихо лежала на полу.
– А когда вы открыли глаза, что увидели?
– Дьявола! – Дафна задергалась. – Это был дьявол! Я клянусь, клянусь!
– Успокойтесь. – Дел ласково обнял Дафну за плечи. – Дышите. Посмотрите на меня, Дафна, и дышите глубже. Никто не сомневается в ваших словах.
– Конечно. – Ева подошла ближе. – Это был человек, Дафна, но в гриме и маске он выглядел как дьявол. Он переоделся дьяволом, чтобы вас испугать и помешать вам дать его описание.
– Грим?
– Да, театральный грим.
– Но… У него были рога, маленькие рожки, и красно-желтый свет. А еще я почувствовала запах серы.
– Серы?
– Вроде бы… «Это преисподняя. Я заберу тебя в ад» – вот что он сказал. Я не уверена. И его… пенис. Его красный пенис пылал огнем. И обжигал изнутри. Господи, как же он жег внутри меня!