Чтение онлайн

Это открытие уже доставило и Николаю и Владимиру неприятные минуты, когда оказалось, что лишенные своих браслетов трое пленников спустя час после захвата просто-напросто умерли в изоляторе, куда их поместил Владимир. С одной стороны для друзей снялась одна из проблем, а именно, что же делать и как с ними поступить в дальнейшем, если бы они оставались в живых. С другой стороны, вопреки логике, друзьям их было жаль — на пленных у них руки не поднимались. Можно было считать, что неясная ситуации разрешилась сама собой, хотя и не совсем без участия Николая и Владимира и, тем не менее, это происшествие оставило на душе неприятный осадок.

В ожидании, пока вода в чайнике подогреется, Николаю впервые за последнее время выдалось свободное время, когда можно было в спокойной обстановке поразмыслить о возможностях и функциях «чудо-браслетов», оказавшихся в его распоряжении. Сведения о них по мере возникновения интереса полились потоком из своей собственной полной, пока в достаточной мере неосознанными знаниями, головы. Контакт обогатил Николая дополнительной памятью, разбудил какие-то мозговые центры, ранее не задействованные, наделившие его способностью и ускорившие процесс мышления в экстремальных ситуациях в десятки раз по сравнению с обычным человеком. Николай заплатил за это слепком своей личности, создав тем самым машинную копию самого себя. Но до конца понять равноценным ли был этот обмен, он еще осознать был не в состоянии. Он получил хорошего помощника, но едино-мышленник этот, носивший теперь имя НАВИГАТОР, отдельной личностью стать не мог, но, тем не менее, полученный своеобразный эрзац личности, обогатил сам компьютерный мозг несказанно большим богатством, изменив саму логику его мышления. Логика рассуждений, которая оставалась теперь в глубоких кладовых памяти, оставшаяся от того полусумасшедшего инопланетного диктатора по мере требования Николая могла быть использована для разработки планов противодействия против обосновавшихся на Тефии агрессивных непрошенных «гостей». Сама личность диктатора, до определенного момента главенствующая в недрах супермозга хотя и не обладала инициативой в силу природы машинного интеллекта, была во время ментальной схватки Николаем отторгнута и затем стерта из электронных, или еще каких-то там других аналогов внутренностей машины. И все же мимолетный симбиоз придал биологической составляющей человека дополнительную остроту и четкость мышления. Сверхчеловеком от этого Николай не стал благодаря своему не такому уж низкому, как он сам считал, моральному облику, если уж и не «строителя коммунизма», но вполне порядочному с общечеловеческой точки зрения. И это вселяло в него определенные надежды. Но Николай до сих пор не мог до конца понять самого процесса выуживания информации, и не до конца понимал, благо это для него или вред. Или крест, который он теперь был обязан носить в себе, как намекнул ему Владимир. Того с Мариной кибермозг одарил существенно меньшим пакетом знаний, только той информацией, которая была необходима на тот период времени. Так же нерешенной оставалась дилемма, касающаяся «браслетов» — благо они несут или зло? Наряду с поддержанием оптимального физического состояния организма носителя, они являлись средством, позволяющим левитировать на небольших высотах, телепортировать в недра космического дисколета или на расстояние в зону действия обладателя другого комплекта браслетов. Вот только этот процесс можно было осуществить только с согласия принимающей стороны, так как браслеты являлись также и средством коммуникации, давая возможность своеобразной, похожей на телевизионную, связь между носителями. Экстренная телепортация в медицинский отсек корабля осуществлялась в автоматическом режиме, если носитель был подвержен смертельному ранению, где за его восстановление принималась уже стационарная аппаратура корабля. Почерпнув эти знания из своей «памяти», Николай понял, как повезло ему, да и всей его команде в поединке с клонами. Те в процессе боев уничтожались так качественно, что и реанимационному блоку медицинского отсека уже, по сути, было нечего восстанавливать — главному разрушению подвергался в первую очередь мозг пришельцев, иначе при проникновении в «тарелку» Николаю так просто не удалось бы справиться с ее живыми обитателями. Теперь Николай осмысленно понимал, что интуитивно принятое им решение вернуть все браслеты, оказавшиеся вне борта корабля в хранилище, было правильным. Совсем ни к чему было, чтобы хотя бы один такой браслетик попал в руки непосвященных в ситуацию соотечественников Николая, особенно в руки власть предержащих и их многочисленных специальных служб.

Перед тем как покинуть дисколет, Николай поручил НАВИГАТОРу просчитать оптимальный вариант функционирования «браслетов» на телах и организмах землян и ввести соответствующие коррективы в их настройку. Николаю, да и любому другому совсем не улыбалось, чтобы его организм работал в том же режиме, что и у бесполых клонов, которые без этих изумрудного цвета побрякушек были попросту нежизнеспособны.

Пока по одному браслету получила команда Дымогарева, перед тем как разойтись по домам, но без пары браслет мог служить в основном только средством связи, да и чуть поддерживать здоровый тонус организма, но вот прочих «чудес» он уже совершать не мог. А вот что связываться и с ними, и с Дымогаревым придется, Николай не сомневался. В свете ситуации, которую они обговорили с Владимиром, это становилось необходимым. Сам Дымогарев стал обладателем полного комплекта, ибо он подвергался опасности даже большей, чем остальные — уж его-то майор Словин прекрасно запомнил и, без сомнений уже объявил в розыск, как «опасного врага народа». Эта стихийно сложившаяся команда оставалась его единственным боевым костяком, на который можно было опереться на первых порах в реализации задумок в подготовке планеты к обороне, планов, которые еще предстояло придумать и разработать.

Чайник тоненько засвистел, и из носика потянулась струйка пара. Чаю Николаю по-прежнему не хотелось, но теплая вода пригодилась обмыться обтереться хотя бы до пояса. После умывания Николай ощутил себя чуть бодрее, но спать все равно хотелось. Прежде чем, почти не раздевшись, плюхнуться в постель, он подошел к окну, взглянуть, как над городом сгущаются сумерки, на сей раз естественные. Силовой купол был убран несколько часов назад, а сам дисколет в режиме невидимости под управлением НАВИГАТОРА был перемещен в рощу на одной из окраин города, где и завис, невидимый и неслышный никакими приборами обнаружения земного происхождения. НАВИГАТОР же ожидал команд своего Командора, который сейчас собирался выспаться в своей постели.

Веронике Сенявиной вновь приснился сон, оставивший тягостное впечатление. Что послужило его причиной, она так и не разобралась. Все в последнее время вроде складывалось более или менее нормально. Только вот в столичный университет она в этом году пока не попадала. И причиной была блокада города. В этом даже отец, руководитель городской безопасности не мог ей помочь. Он, также как и все остальные обитатели города не мог его покинуть, даже, по сути, став сейчас вторым человеком во властных военных структурах. Единственно, что он смог для нее сделать, это выхлопотать ночной пропуск, чтобы она не очень уж чувствовала себя заключенной в собственной квартире. Так что она теперь временами могла позволить себе в ночное время пройтись по городу, если у нее для этого появится желание. Приближение осени хотя и чувствовалось, но погода пока еще была скорее характерной для позднего лета, чем для ранней осени, и ночи стояли довольно теплые.

Но воспользовалась она этой привилегией только один раз, и эта прогулка оставила у нее на душе неприятный осадок. Вначале она вполне спокойно шествовала по тротуару, никуда не торопясь. Но время уже приближалось к полуночи, когда начинался уже комендантский час второго уровня. До полуночи автовладельцам еще разрешалось на своих автомобилях разъезжать по городу по своим нуждам. А вот после двенадцати ночи город замирал до утра. И теперь Вероника получила возможность наблюдать, как эти автолюбители спешили уложиться в разрешенное время и на предельно дозволенной скорости мелькали по проезжей части.

Но вот, когда до полуночи остался какой-то десяток минут, навстречу Веронике, по осевой линии с легким, но в то же время зловещим гулом, на приличной скорости показалась коробочка бронетранспортера на колесном ходу. При движении башенка с крупнокалиберным пулеметом слегка поворачивалась из стороны в сторону, по-хозяйски нацеливаясь на темные окна домов.

Веронике при появлении бронетехники на ум пришли ассоциации с военным переворотом в Чили, почерпнутые из многих телепередач и фильмов, отражавших те события. Теперь Вероника вживую испытала те тревожные чувства, которым были подвержены участники тех событий. Появлением бронетранспортеров нагне-талась и так психически тяжелая обстановка, от которой население города еще в полной мере не отошло. Вероника теперь смогла лучше понять, что в схожей остановке должны были чувствовать Николай и его друзья при недавней оккупации города «братьями по разуму». Тем более что ночь тогда была абсолютной, и уличное освещение не работало. А сейчас еще утешало то, что войска в городе свои, а не чужие, но для самой Вероники и это было слабым утешением. Ей и сейчас все увиденное казалось зловещим. Гулять в ночное время ей сразу же расхотелось, и она поспешила вернуться домой, к мягкому дивану и к уютному свету настольной лампы.

Возможно, именно эта несостоявшаяся прогулка инициировала этот ее кош-марный сон, который, что удивительно, приснился ей лишь спустя три дня после неудачного ночного променада.

Лишь только закрыв глаза, и еще не совсем осознав, что засыпает, она оказа-лась в узком коридоре с бетонными стенами. На невысоком потолке светили редкие, забранные защитной сеткой плафоны потолочных ламп. Ее что-то тревожило, она откуда-то знала, что находится в подземном бункере. Знала, что наверху произошла какая-то катастрофа, еще более худшая, чем недавнее инопланетное вторжение. Ибо вторжение уже закончилось, а то, что было на поверхности, продлится еще долгие годы. Так как радиоактивная пустыня не исчезает в одночасье. Как и почему все это произошло, и как она оказалась в этом бункере, Веронике было неизвестно. Изредка справа и слева попадались на глаза массивные металлические двери-сейфы, со штурвальными запорами. Но то ли у Вероники не получалось открыть их из-за незнания действия этих запоров, то ли у нее не хватало для этого сил — все ее попытки повернуть колеса запоров оказались тщетными.

Сначала она не осознавала, что все действо происходит во сне, и она была очень напугана. Никого из людей, кроме нее, в коридоре не было. Из-за толстых дверей не доносилось ни звука, она медленно, словно привидение продвигалась по коридору, и тот никак не кончался. Ей очень хотелось добраться хоть куда-нибудь, где есть люди, одиночество ее угнетало.

Потом, когда на пути стали попадаться перекрестки, под черепом появился шелестящий жутковатый шепот, подсказывающий ей дорогу: «Направо!», «Прямо!» или «Налево!». Шепот не носил полового признака говорившего, отчего казался еще более страшным, и в то же время, Вероника не имела сил противостоять этим приказам.

Наконец, следуя странным указаниям голоса, войдя в одну приоткрытую тол-стую, сантиметров в сорок, металлическую дверь, она оказалась в круглом помещении со столами, на которых размещалось несколько компьютеров с выключенными экранами дисплеев. В центре комнаты из потолка свисало странное устройство, которое Вероника идентифицировала, как перископ. Отважившись заглянуть в окуляры, она увидела мрачную картину разрушения. Обвалившиеся остовы домов и груды обломков. На стального оттенка небосводе, темнели свинцовые тучи, сквозь которые не пробивалось ни одного, даже самого слабого луча солнца.

Оказавшись в этом, так сказать, наблюдательном пункте, Вероника не сразу ощутила, что «голос», который привел ее сюда, исчез. Но когда она это осознала, то испытала понятное облегчение и в то же время опасение, оттого, что ей дальше делать и как быть в такой ситуации.

И в этот момент она услышала шаги. Шаги доносились из коридора. Шаги тя-желые, размеренные и в то же время уверенные. В первый миг Вероника обрадовалась, что она здесь не одна, но потом, прислушавшись внимательнее к этим шагам, засомневалась, мужчине ли эти шаги принадлежат, как она вначале подумала? Кто это? Обладатель того «голоса», который возникал в ее голове?