Чтение онлайн

Ронины, теснимые превосходящими силами противника, потеряли присутствие духа и начали беспорядочно отступать. Когда на гребне горы появилась армия, ведомая генералом Соджиро, уцелевшие ронины в своем большинстве уже обратились в бегство, и лишь единицы из них, отчаянно надеясь на спасительное чудо, продолжали сражаться.

— Не позвольте никому уйти! — выкрикнул генерал, взмахнув мечом. — Убить всех! Всех!

Армия ринулась в атаку. Больше двух тысяч окрыленных близкой победой, свежих бойцов против шестнадцати деморализованных, усталых и израненных ронинов.

Но самураи вдруг замерли и испуганно попятились. Ужас, смертный, рвущий душу когтями беспощадного льда, обуял их.

Опустошитель поднимался на ноги. Здоровенная туша невероятного монстра, залитая кровью, избитая и истерзанная, все еще продолжала двигаться.

— Лучники! — заорал с визгливыми нотками в голосе генерал Соджиро. — Лучники, сбейте его!!!

Грохот хлестнул по ушам самураев, и огненный шар, порожденный штурмовой печатью на кирасе великана, вонзился в самую гущу врагов. Шары поменьше очередями хлестнули фланги, струя огня, вылетевшая из ладони Новы, обрушилась на «Особый» отряд. Ударные волны рвали людей, пламя сжигало тела в пепел.

— Отступаем! — Соджиро дернул поводья своего коня. — Общее отступление! Бегите! Бегите!!!

Из черного дыма, словно видение кошмарного сна, возникла громада идущего в атаку гиганта. Столбообразная нога пинком опрокинула боевого коня набок, и многотонный латный сапог опустился на истошно заоравшего человека. Останки генерала и его коня смешались с каменистой землей, сыреющей от крови и тающего снега. Нова продолжил движение, топча и сжигая бестолково мечущуюся, абсолютно беспомощную мелочь.

— Отступаем! — у кого-то из капитанов оставленной в резерве армии хватило ума понять, чем грозит им грохот по ту сторону горы. — Быстрее! Уходим отсюда!

— Но наши войска и генерал Соджиро по ту сторону…

Над гребнем горы появилась фигура опустошителя, и, забыв о сомнениях, полторы тысячи самураев обратились в паническое бегство.

— Не толпой! — орали капитаны в микрофоны радиопередатчиков. — В разные стороны! Врассыпную!

Нова собрал остатки сил и нанес один за другим еще четыре удара. Можно было бы продолжать, врагов все еще предостаточно в поле зрения, но запасы энергии в печатях на броне полностью истощены. Великан обреченно склонил голову, понимая, что теперь представляет собой просто большую, почти неподвижную мишень.

Но враги этого не знали. Обуреваемые паникой разрозненные группы их удирали с максимальной быстротой, на которую были способны. Убегут, скроются. Все-таки Нова убил не всех. Снова не смог сдержать свою клятву…

— Нова… — прозвучал у его ног жалобный голос маленькой боевой биоформы. — У тебя кровь течет…

— Да, — отозвался великан. — Они нанесли мне несколько довольно глубоких ран. Хорошо, что из-за онемения тела боли почти не чувствую. Пойдем. Пойдем…

С трудом переставляя ноги, Нова повернулся и поплелся восток. Сам не зная почему. Может быть, потому, что там — Другая Страна? Не важно, что дойти не получится. Почти бессознательно он стремился туда, где вообразил себе воплощение всех его мечтаний. Другой мир, где нет льда и бесконечной череды мертвых каменных пиков. Где живут другие люди. Где нет зловредной, презренной мелочи, жгущей его своей злобой. Где ему уже никогда не придется убивать.

Он никогда не увидит ее. Слишком тяжелы повреждения. Слишком большая потеря крови.

Но идти надо. Только по одной разумной причине.

Враги опомнятся и вернутся. Их еще осталось около семи сотен, и убить маленькую боевую биоформу для них не составит ни малейшего труда. Надо выиграть для нее время. Враги вернутся сюда, но отважиться на погоню им будет непросто. Час? Два? Десять минут? Даже ради крошечного преимущества стоило постараться, ведь в нем была жизнь, пусть не Новы, но другого… человека.

— Нова… Нова… — Кицунэ давилась слезами, спотыкалась при каждом шаге и едва могла говорить из-за горьких рыданий. — Надо перевязать спину… у тебя же кровь течет! Сильно течет, Нова!

В глазах темнело. Ноги подкашивались, но великан шел, пока силы не оставили его совершенно.

— Все, — сказал штурмовой самурай, остановившись у края отвесного обрыва. — Прости, мелкая… иди дальше без меня…

Закрыв глаза и не обращая внимания на испуганный крик Кицунэ, он подался вперед. Край обрыва обвалился под его ногами, и великан, сорвавшись вниз, после недолгого полета рухнул на острые обломки скал, лежащие ниже по склону.

— Нова!!! — Кицунэ ринулась вниз и, прыгая по уступам, быстро добралась до упавшего. — Нова! Нова!!!

Тяжелое дыхание сказало ей о том, что великан еще жив. Нова не двигался, не пытался подняться, но сердце его гулко ухало в груди, вырабатывая Ци и увеличивая заряд последней неповрежденной силовой схемы, нанесенной даже не на доспех, а на сердце и легкие самого великана. Схема самоликвидации, предназначенная для уничтожения боевой биоформы в случае бунта. Обезвреженная генералом… отцом, перед попыткой прорвать периметр научной базы и спастись. Теперь Нова активировал ее по своей воле.

— Уходи, мелкая… — прошептал умирающий воин, собрав остатки сил. — Я больше… не смогу тебя защищать.

— Я не брошу тебя, Нова! Нет! Никогда не брошу, слышишь?

— Это приказ… Я активирую печать, которая заставит детонировать всю оставшуюся Ци в моем теле. Сразу, как только… остановится мое сердце. Это будет не взрыв… а костер, в котором сгорит мое тело. Не останется ничего… но я уже тогда буду мертв. Не умирай со мной…

— Нова…

— Уходи. Не жди врагов здесь, не погибай бессмысленной смертью. Кицунэ… очень жаль… что я никогда не смогу… вместе с тобой… увидеть Другую Страну…

Девочка, глотая слезы, сделала пару шагов вперед и прижала свои дрожащие ладошки к шлему великана, покрытому слоем сажи и грязи. Защитные схемы уже не работают. Гендзюцу пройдет…

Ци оборотницы мягко окутала голову штурмового самурая, и Нова погрузился в видения, гораздо более яркие, чем самые удивительные сны.

Боль и дурнота отступили, растаяли, как тени другого мира. Исчезли холод и страх.

Нова с изумлением любовался чередой пологих холмов, покрытых зеленым ковром мягких трав и полевых цветов. Рощицы цветущих деревьев и домики небольшого городка виднелись в отдалении, а над всем этим великолепием бескрайнего простора сиял синевой купол из ясного, безоблачного неба.

Впервые в жизни он видел мир в цвете. Впервые в жизни чувствовал запахи. Аромат зеленой травы и множества цветов. Никогда прежде Нова не вдыхал такого упоительно сладкого воздуха.

Значит, вот как она выглядит, Другая Страна? Вот он каков, мир, если смотреть на него человеческими глазами?

— Нова… — прозвучал робкий, полный тоски и боли голос позади мальчишки.

Юный самурай, обернувшись, увидел перед собой златовласую девочку в ярком кимоно. Невероятно красивого человека… того же роста, что и он.