Екатерина. Цена слова
Шрифт:
Неожиданно в комнате раздается детский крик. Не спрашивая разрешения у Джафри Мали, я ищу глазами источник звука. Естественно, находится он у Кеми, а рядом с ней уже стоит моя мама.
— У тебя сын! — восклицает она, смеясь и плача одновременно. Видимо, под наплывом чувств у нее из головы вылетело, что второй вариант невозможен в принципе!
Я на несколько мгновений прикрываю глаза. Когда открываю их вновь, сразу же нахожу взглядом мое чудо, с которым уже возится лекарь. Странно, кажется, он вот только что стоял возле меня! Но Кеми отходит в сторонку с какой-то миской в руках, и мне даже думать не хочется о ее содержимом.
Иджар… Он выглядит таким маленьким в руках взрослого сайри! На глаза наворачиваются слезы, а губы сами растягиваются в улыбке. Наверное, я все еще связана с Джафри Мали, и мои чувства касаются его сознания. Мужчина как будто напрягается внутренне. Один долгий, внимательный взгляд — и его плечи расслабляются.
— Ваш сын здоров. С вами тоже все в порядке. Кеми сейчас вернется, омоет вас и поможет переодеться. Потом придет черед амулетов.
Я бездумно киваю каждому слову. В моем сознании остается только первое предложение. Мой сын здоров. Остальное уже не важно.
— Просыпайтесь!
Кеми настойчиво и довольно бесцеремонно тормошит меня за плечо. Я с трудом разлепляю веки.
— Наконец-то!
Прямо перед моим носом угрожающе щелкает шкатулка. Я непонимающе смотрю на девушку. Она очень бледна, но настроена решительно.
— Благородный Джафри Мали отправился показывать наследника вашему супругу. Ваша мать ушла вместе с ним. Она предупредила, что попытается задержать вашего мужа подольше, но на успех не рассчитывает, поэтому у нас мало времени! — речитативом доложив обстановку, Кеми кивает на мою грудь.
Я опускаю взгляд. Поверх сорочки рассыпаны украшения. Мелкие плоские камешки хищно поблескивают белым в золотистом свете ламп.
— Вы сами должны их надеть, — извиняющимся тоном произносит девушка.
— Я помню.
Приподнявшись на локтях, принимаю сидячее положение. Браслеты и ожерелье цепляются за ткань и словно нехотя сползают вниз.
Вздохнув, берусь за первый попавшийся предмет. Им оказывается ожерелье. Кеми буквально сносит с кровати. Девушка замирает возле резного изножья, впившись в дерево пальцами. Она только что не шипит на камни в моих руках.
— Что с тобой? — удивляюсь я.
— Старая магия, — шепчет девушка, не отводя глаз от белых камней, — страшная магия.
— Страшная? — переспрашиваю, уверенная, что ошиблась.
— Да, — кивает Кеми. — В этих камнях слишком много силы, это и пугает.
Я растягиваю ожерелье, взявшись за оба конца. Теперь, когда освещено каждое звено, опасный блеск усиливается.
— Я должна это сделать. Ты ведь это понимаешь?
Я поднимаю глаза на девушку, но она тут же опускает ресницы, пряча взгляд.
— Понимаю, но… — Кеми краснеет.
— Что? — вздыхаю я.
— Вы человек. Вы кажетесь такой хрупкой, — запинаясь на каждом слове «объясняет» девушка.
— Кеми, от них не умирают, — возражаю со смешком.
— Да, вы останетесь живы, но до того… вы тысячу раз успеете об этом пожалеть.
Жесть! Именно это я сейчас желаю услышать!
— Знаешь, хорошо, что ты стала служанкой, — ворчу я, — лечащая души из тебя получилась бы так себе!
Слова Кеми подстегивают мою решимость. Каменные замочки щелкают с максимально короткими временными интервалами. Я опасалась, что эта мелочь начнет цепляться за все подряд, но, видимо, амулет «почувствовал» добычу.
Наконец, каждый предмет гарнитура оказывается на своем месте. Первые несколько секунд ничего не происходит, но потом я ощущаю, как прохладные камни нагреваются. Затем они приходят в движение. Я с интересом наблюдаю за поведением браслета на правой руке: плоско лежащие камешки медленно поворачиваются и встают на ребро. Оказывается, их соединяет тонкая, толщиной с волосок, светящаяся нить. До поворота, она должна была проходить вдоль каменных звеньев, а сейчас она проходит поперек. Интересно, как такое может быть?
Долго думать над этой загадкой не приходится. Украшения, всего мгновение назад достаточно свободно охватывавшие мою шею, кисти и щиколотки, начинают постепенно сжиматься, усиливая давление на кожу, врезаясь в нее. Я раскрываю рот, намереваясь закричать, но мое сознание проявляет милосердие — лицо Кеми превращается в невнятное серое пятно, а после меня накрывает темнота.
Моя ладонь сжата в кулак, и капелька пота скользит между пальцами внутрь. Лис. Кроме него никто не имеет права прикасаться ко мне. Джафри Мали не в счет. Только вряд ли ему придет в голову держать меня за руку так долго.
— Зачем ты это сделала? — хриплым шепотом спрашивает Лис.
Я притворяюсь, будто это риторический вопрос, а сама я все еще сплю.
— Я чувствую, что ты проснулась, — вздыхает муж и отпускает мою руку.
— А я чувствую твое раздражение, — хватаюсь за ладонь Лиса.
— Это не раздражение, — он устало проводит свободной рукой по своему лицу. — Я так боюсь за тебя! Я уже не раз объяснял, насколько Асис опасен для человека. Я не раз обещал, что сделаю все возможное, дабы уберечь тебя от всех неприятных сюрпризов, на которые так щедр мой мир.
— Как реальных, так и выдуманных, — вставляю свое словечко. — Последних, на мой взгляд, больше.
— Это не важно! Я так надеялся, что в вопросе с этими амулетами в тебе все же восторжествует здравый смысл.
— Так он и восторжествовал! — упираюсь я.
— Правда? — Лис иронично поднимает брови.
Кажется, срочно необходимо немного разрядить обстановку.
— Конечно! Во-первых, — загибаю один палец, — я не воспользовалась ими во время беременности. Во-вторых, — загибаю второй, — я не упустила возможность продлить свою жизнь и сохранить молодость на долгие годы!
По лицу Лиса вижу, что он не настроен шутить и мои аргументы воспринимает скептически.
— И, в-третьих, — посерьезнев, добавляю я, — у меня нет никакого желания прожить всю жизнь в страхе. Опытным путем я уже установила, что сильные сайри и демоны меня пугают. Ты единственно исключение из этого правила, но так будет ровно до тех пор, пока какая-нибудь Тень не облюбует тебя в качестве постоянного пристанища. И не факт, что она станет относиться ко мне столь же дружелюбно, как и Тень Баисара.