Чтение онлайн

1. Конотопов М. В., Котова А. А., Сметанин С. И., Сметанина С. И. История отечественной текстильной промышленности. М., 1992.

2. Конотопов М. ВСметанин С. И. История экономики России. М., 2001.

3. Ключевский В. О. Курс русской истории. Соч. Т. 5. М.,

4. Лященко П. И. История народного хозяйства СССР. М., 1952. Т. 1.

5. Очерки экономической истории России первой половины XIX в. М., 1959.

6. Рындзюнский И. Т. Утверждение капитализма в России. М., 1978.

7. Сметанин С. И., Конотопов М. В. Развитие промышленности в крепостной России. М., 2000.

8. Сметанин С. И., Конотопов М. В. История черной металлургии России. М., 2002.

9. Сметанин С. И. История предпринимательства в России. М., 2002.

Крестьянство – класс, а точнее, сословие феодального общества. Поэтому переход крестьянства к капитализму выражается в ликвидации его как класса, в разделении на два класса, соответствующих капиталистическому способу производства, – сельскую буржуазию, фермеров, или, как у нас их называли, кулаков, и сельский пролетариат – батраков. Этот процесс расслоения крестьянства рассмотрен В. И. Лениным в работе «Развитие капитализма в России».

Казалось бы, подобное теоретическое построение не вполне верно. Действительно, расслоение крестьян – закономерный процесс для всех европейских стран. Но разорение крестьян в Западной Европе составляло одну из сторон первоначального накопления: разорившиеся крестьяне уходили в город, чтобы стать рабочими, они выталкивались из сферы сельского хозяйства.

Но в России этот процесс тормозила сельская община («мир», «общество»), которая привязывала разорившегося крестьянина к земле, а также сословный строй, при котором даже разорившейся крестьянин считался крестьянином. Поэтому применительно к России ленинская теория в определенной степени соответствовала действительности, потому что все же часть разорившихся крестьян вопреки общинно-сословным препонам превращалась в промышленных рабочих.

Русский крестьянин никогда не имел земли в собственности, она принадлежала всей общине. Для обработки земля делилась между членами общины по принципу уравнительного землепользования, по числу душ мужского пола в семье. «Мир» бдительно следил, чтобы все имели одинаковые наделы не только по количеству, но и по качеству земли. Поэтому каждое поле делилось на полоски, и каждый крестьянин по жребию получал свою долю. К тому же в соответствии с трехпольной системой вся пашня делилась на три части: одна засевалась яровым хлебом, другая – озимым, третья оставалась под паром. Естественно, все были обязаны подчиняться этому традиционному севообороту. Агротехнический прогресс на надельной земле был невозможен. Община замораживала земледелие на примитивном традиционном уровне.

Земля – основное средство производства в земледелии. Но в общине самый богатый имел столько же земли, сколько и самый бедный, если у них были одинаковые семьи. Поэтому народники считали общину основой русского социализма: если земля делится поровну, то не может быть расслоения крестьян на бедняков и богачей, а тем более – капиталистических отношений.

Община действительно тормозила расслоение, но остановить его не могла, зато искажала процесс расслоения. Часть крестьян внутри общины беднела и разорялась. Но эти бедняки были не безземельными, а безлошадными. В. И. Ленин их называл «наемными рабочими с наделом». Земля у такого крестьянина была, но он не мог ее обрабатывать, если у него не было рабочего скота, поэтому основой его существования являлся заработок на стороне.

Следует заметить, что Ленин делает определенную политическую натяжку, причисляя к сельскому пролетариату и часть однолошадных крестьян: вспахать надел можно было и на одной лошади. Но важно было доказать, что сельский пролетариат был достаточно многочисленным, чтобы составить базу социалистической революции в деревне.

Сельский пролетарий, «батрак с наделом», не мог продать надел и переселиться в город, стать рабочим. Не мог продать надел, потому что земля принадлежала не ему, а общине. Не мог уйти, потому что община его не отпустит: он должен вносить свою долю налогов и выкупных платежей за землю, даже если он этой землей и не пользуется. Он может уйти в город лишь на время, на заработки, с тем, чтобы из заработанных денег внести свою долю платежей в казну.

Согласно расчетам В. И. Ленина сельский пролетариат составлял «не менее половины всего числа крестьянских дворов, что соответствует приблизительно 4/10 населения». Очевидно, семьи бедняков были сравнительно небольшими. Причиной было не столько то, что малая семья получала соответственно малый надел, но и недостаточная обеспеченность хозяйства рабочими руками. Крестьянская семья являлась трудовым коллективом, в котором каждому находилось дело, и если в этом коллективе не хватало людей, вести полноценное хозяйство было трудно.

Конец ознакомительного фрагмента.