Чтение онлайн

Еще во второй половине XII века во Франции началось вовлечение в хозяйственный оборот новых земель (пустошей, залежей), проводилась расчистка лесов, – в стране происходила так называемая внутренняя колонизация. Освоение новых земель осуществляли крестьяне-госпиты, сохранявшие статус свободных людей, поскольку они не несли барщину, выплачивали относительно небольшой натуральный и денежный оброк, хотя и находились в поземельной и судебной зависимости от сеньоров.

В этот период во Франции, несмотря на политическую раздробленность, стали развиваться ремесла и торговля. В городах на севере Франции в XII веке зародилось производство суконных и льняных тканей. Это привело к формированию слоя зажиточных ремесленников, которые возглавили борьбу горожан против духовных и светских сеньоров, требовавших от городов выплаты больших налогов. В результате города получили относительную самостоятельность.

Хозяйственная специализация (особенно на севере Франции) привела к укреплению внутренних экономических связей. В стране сформировался устойчивый спрос на железную руду, соль, сукно, полотняные ткани и другие ремесленные изделия. В начале XIII века было создано купеческое объединение «Ганза речных купцов», которое ставило своей целью защищать интересы французских торговцев. Туда входили руанские и парижские купцы, доставлявшие товары по реке Сене. Позже к ним присоединились торговцы с Верхней Соны и других рек.

В XIII веке при Людовике IX была утверждена единая денежная система страны. Сначала королевские монеты чеканились параллельно с деньгами сеньоров (таких денежных систем насчитывалось около 40), но постепенно окончательно вытеснили их. Развитие городов и торговли вело к разрушению хозяйственной замкнутости отдельных регионов. Это способствовало формированию политического и экономического союза городов и короля, поскольку города искали защиты своих вольностей у королевской власти, а королю требовались денежные средства, которые можно было получить через налоги с зажиточных горожан. С другой стороны, феодалы (особенно мелкие и средние) также были заинтересованы в твердой государственной власти, чтобы законодательно закрепить надвигающиеся перемены в отношениях с крестьянами (переход к оброчной системе).

Социально-экономическая ситуация в XIV–XV веках. На рубеже XIII–XIV веков в феодальных отношениях начали ощущаться заметные перемены. В этот период во Франции обострились кризисные явления, связанные с тем, что экономика, основанная на барщине и натуральном оброке, зашла в тупик. Повсеместно возрастали потребности сеньорий в сырье, соли и железе, к тому же ремесленные изделия крепостных умельцев перестали удовлетворять запросам феодалов, нуждавшихся в оружии высокого качества, предметах роскоши, тканях, обуви и пр. Сеньорам уже были знакомы заморские товары, привозившиеся с Востока, но на их приобретение требовалось много денег. В сеньориях накапливались излишки сельскохозяйственной продукции, которые негде было реализовывать за деньги, поскольку внутренний рынок был чрезвычайно ограниченным. А потому увеличивать и дальше сельскохозяйственное производство не имело смысла.

Тупиковость ситуации усугублялась еще и тем, что принудительный труд на барщине становился все менее производительным, он требовал все более громоздкого и дорогого аппарата надзора. В стране нарастало сопротивление крестьян растущему внеэкономическому давлению со стороны феодалов. Все чаще происходили стычки крестьян с феодалами и их управляющими, приводившие к людским и материальным потерям. Сервы убегали в города, которые в этот период стали более независимыми от феодалов. Тем самым города бросали вызов феодализму, подрывая его хозяйственную монополию.

Изменение статуса городов привело в XIII–XIV веках к возрастанию спроса на продукцию сельского хозяйства, что повлекло за собой установление устойчивых экономических связей между городами и аграрным сектором. Крестьяне стали все чаще продавать свою продукцию на городских рынках. Это уже был не простой товарообмен, а настоящая торговля, которая приносила сервам и их хозяевам деньги.

Преимущества таких экономических отношений сразу оценили феодалы, испытывавшие в этот период резко возросшую потребность в деньгах. Крестьян-держателей, работавших на своих участках, чаще стали переводить с барщины на натуральный и денежный оброк, что, в свою очередь, заставляло их реализовывать все больше продукции на рынке, чтобы заплатить денежную ренту.

Перевод крестьян на натуральный и денежный оброк получил название коммутации ренты. Это стало возможным в условиях роста продуктивности сельского хозяйства, развития городов и торговли и свидетельствовало о более высоком уровне, достигнутом экономикой страны. Крестьянам разрешали выкупать личную свободу, переводя их на оброк-ценз. Они могли стать наследными держателями ценза (чинша) и получить право распоряжаться своей землей. Их стали называть цензитариями, а всю систему, ставшую в XIV–XV веках основной формой крестьянского землепользования, – цензивой.

Одновременно шел процесс ликвидации домениального хозяйства. Земли, входившие в домен, французские сеньоры предпочитали отдавать мелкими частями крестьянам за плату или часть урожая. Договоры об аренде, как правило, заключались на один – три года или на девять лет, т. е. на три срока трехпольного севооборота. Позже сеньоры стали продлевать сроки аренды. Если арендаторы своевременно платили налоги и прочие платежи, эти участки оставались в их владении пожизненно с правом передачи наследникам. Таким образом, в сельском хозяйстве Франции сохранялись два вида мелких самостоятельных производителей – крестьяне-цензитарии и крестьяне-арендаторы.

Французские сеньоры, опасаясь социальных потрясений, шли на некоторые уступки по отношению к крестьянам, освобождая их от наиболее одиозных элементов личной зависимости. Постепенно крестьянам удалось добиться отмены таких повинностей, как шеваж, формарьяж и мэнморт, а произвольная талья стала заменяться фиксированными платежами.

Но, несмотря на то что крестьяне (за исключением небольшего числа жителей севера и востока страны) признавались юридически свободными, все же сохранялась их сословная неполноправность, а также различные виды поземельной и личной зависимости, присущие феодализму. Крестьяне, уже будучи лично свободными, не могли обращаться в Королевский суд, их дела по-прежнему решались в сеньориальных судах. Как и прежде, крестьяне должны были выплачивать «большую» и «малую» десятину в пользу церкви. Одновременно увеличивались всевозможные государственные налоги, и прежде всего прямой налог – королевская талья.

Можно сказать, что цензива создавала условия для социально-экономического расслоения французской деревни. Не все крестьяне выдерживали такой коренной переворот в аграрных отношениях, и многие хозяйства просто разорялись. Страну сотрясали бесконечные неурожаи, эпидемии. В XIII–XIV веках по Франции прокатилась волна мощных крестьянских восстаний. В 1251 году в Северной Франции и Фландрии крестьяне подняли стихийное восстание «пастушков», направленное против непосильных налогов в пользу монастырей и церкви. Самое крупное из восстаний – Жакерия (по презрительному прозвищу французского крестьянина – Жак-простак)  – вспыхнуло в 1358 году. Однако и эти, и другие восстания вскоре были подавлены.

Подобные социально-экономические процессы, происходившие во Франции, объективно привели к централизации государства и возвышению роли короля. В XIII веке была отменена процедура выборов короля – его власть окончательно стала наследуемой. Король больше не рассматривался как частное лицо, как один из сеньоров; в обществе возобладало понятие о священной природе королевской власти.

На рубеже XIII–XIV веков французские короли начали разрушать устоявшиеся нормы вассального права, и прежде всего вассальную иерархию, чтобы покончить с феодальной раздробленностью. Особенно большой вклад в этот процесс внес король Филипп IV Красивый, который осуществил многочисленные реформы, направленные на формирование единого государства. Он способствовал созданию основ государственной налоговой системы, расширению компетенции и повышению статуса Королевского суда (по сравнению с сеньориальными судами), установлению прямых связей между королевским двором и феодалами, не являвшимися его непосредственными вассалами (арьер-вассалами).

Была проведена военная реформа, в соответствии с которой взамен феодального ополчения было создано королевское войско из числа французских дворян и иностранных наемников. Дворяне, не желавшие служить в армии, могли заплатить выкуп; это позволяло укреплять дисциплину в армии и полностью подчинять ее королю.

В то же время Филипп IV весьма своеобразно подходил к экономическим проблемам страны. За ним закрепилась слава фальшивомонетчика, поскольку он постоянно менял содержание драгоценных металлов в монетах. Король неоднократно изгонял из страны евреев-ростовщиков, конфискуя их имущество и пополняя таким образом казну. Для того чтобы получить разрешение вернуться во Францию, ростовщики должны были заплатить немалые суммы. Филипп IV регулярно требовал денежные средства у городов якобы взаймы, но, как правило, их не возвращал. Такие шаги, конечно же, не способствовали подъему городов, которые все больше подпадали под власть королевских чиновников.

Одновременно с усилением королевской власти в стране шел процесс оформления сословий и рост их политической активности, особенно в среде горожан. Поскольку короли постоянно нуждались в деньгах, то им приходилось уступать свои полномочия сословным группам горожан, которые могли субсидировать королей в обмен на возможность участвовать в представительных органах. Так, Филипп IV согласился на образование выборного сословного собрания, но при этом города теряли свои вольности, записанные в свое время в хартиях. Таким собранием стали Генеральные штаты (1302 г.), состоявшие из трех палат, где заседали представители духовенства, дворянства и городского населения (в конце XV века третья палата так и стала называться палатой «третьего сословия»). Крестьяне вовсе не были представлены в этом собрании.

Генеральные штаты не являлись регулярно действующим органом, они собирались при определенных обстоятельствах, когда надо было решать наиболее важные вопросы внутренней и внешней политики, и прежде всего налоговые проблемы. Следует отметить, что король не был подотчетен Генеральным штатам.

Большое влияние на экономическое развитие средневековой Франции оказала Столетняя война (1337–1453 гг.), которая разгорелась из-за претензий Англии на французский престол и часть французской территории. Победа далась Франции нелегко: потребовалось почти 30 послевоенных лет, чтобы в конце XV века вернуться к уровню развития экономики 1330-х годов. За годы войны Франция понесла большой хозяйственный урон: помимо того что погибло большое количество людей, повсеместно стояли разрушенные деревни, много лет не обрабатывались пашни, было уничтожено поголовье скота и т. д.

К концу XV века в основном завершился процесс политического объединения страны. При Людовике XI к Франции были присоединены Бургундия, Прованс и другие территории. К этому времени сложился единый французский язык на основе парижского диалекта. Во второй половине XV века постепенно стало уменьшаться влияние сословного представительства на жизнь страны. Генеральные штаты собирались от случая к случаю. Дворянство в большинстве своем оказалось на военной службе у государства и почти перестало заниматься хозяйством. На политической арене появилась новая форма государственного устройства – абсолютная монархия, которая окончательно лишила суверенитета все исторические провинции. Королевская власть полностью подчинила себе экономическую, политическую и военную сферы жизнедеятельности страны.

Зарождение английского феодализма. Во второй половине I тысячелетия до н. э. Британские острова заселили древние кельтские племена: бритты, валлийцы, пикты, скотты. В I веке н. э. на эти острова устремились римские колонизаторы. И хотя они действовали решительно, им не удалось покорить всю Британию. Римляне жили преимущественно в военных лагерях, на основе которых позже возникали английские города (в названиях многих из них сохранилось слово «честер» — от видоизмененного латинского «лагерь»). Для более успешной колонизации Британских островов римляне строили хорошие дороги, мосты, укрепленные поселения. Но следует признать, что древнеримское влияние коснулось лишь Альбиона, т. е. небольшой части Британии на юге и юго-востоке страны. Основные же поселения кельтских племен оставались такими же, как и в древние времена.

Начиная с III века Британские острова стали подвергаться частым нападениям со стороны германских племен (ютов, англов, саксов, фризов), живших на полуострове Ютландия, в Южной Скандинавии и по нижнему течению Рейна и Эльбы. Римским легионерам было все труднее сдерживать эти нападения, тем более что войска были нужны в метрополии для защиты от варваров. В середине V века легионеры покинули Британские острова , оставив их беззащитными перед лицом англов и саксов, которые стали теснить кельтские племена на север, в Шотландию и Уэльс. На протяжении V–VII веков в Британии возникло несколько англосаксонских королевств , в том числе Кент, Уэссекс, Суссекс, Нортумбрия, Восточная Англия, Мерсия.

Следует отметить, что эти королевства напоминали скорее крупные племенные союзы, а короли по сути являлись племенными вождями. В государственной власти присутствовали архаичные черты военной демократии, когда главные вопросы, и прежде всего выборы короля, решались на народных собраниях округа, включавшего несколько поселений. Постепенно округа стали объединяться, а в начале IX века в королевствах были образованы крупные территориальные единицы – графства (скиры, ширы). Между племенными союзами шла длительная и упорная борьба за титул верховного короля. В 829 году победу в этой борьбе одержал король наиболее сильного королевства Уэссекс Экберт, которому удалось собрать все королевства в единое государство.

Но это объединение не было особенно прочным. Вскоре на Британские острова устремились датчане, которые оказались сильнее объединенного войска англосаксов и стали постепенно завоевывать территории на восточном побережье. В конце IX века английский король Альфред Великий, опасаясь потерять всю страну, вступил в переговоры с датским королем Гутрумом. В результате государство было поделено: восточная часть страны досталась датчанам, а западная осталась за англосаксами. В течение нескольких десятилетий происходило постепенное объединение этих двух частей, и во второй половине X века появилось государство под названием Англия.

В начале XI века начались новые нашествия датчан, в результате чего на английском престоле оказался датчанин Кнут (Кнуд, Канут) Великий, который одновременно являлся королем Дании и Норвегии. Он не стал ничего менять в государственном устройстве и управлял страной как английский король на основе английских законов. После смерти Кнута англичане призвали на престол представителя прежней династии Эдуарда, прозванного Исповедником. Новый король стал оказывать предпочтение выходцам из Нормандии, поскольку сам он долгое время жил там в изгнании. В последние годы своего правления Эдуард пообещал оставить английский престол герцогу нормандскому Вильгельму, так как прямых наследников у него не было. Английская знать была недовольна этим решением, и после смерти Эдуарда королем Англии был избран его родственник Гарольд. Но герцог Вильгельм стал требовать обещанную корону, и с этой целью в Англию было направлено огромное войско, которое разгромило английскую армию под Гастингсом в 1066 году. Гарольд был убит, а Вильгельм (Вильям, Уильям), названный Завоевателем, был провозглашен английским королем. Так была открыта новая страница в истории Англии.