Экономист на диване. Экономическая наука и повседневная жизнь
Шрифт:
Теория случайного блуждания подразумевает, что вы никогда не сможете улучшить свои перспективы при помощи стратегии, основанной на поведении курсов акций в прошлом. Но она ничего не говорит о том, что можно получить с помощью изучения других переменных.
В принципе, одно «колесо рулетки» может определять как погоду, так и курс акций производителей зонтов с некоторым временным лагом между ними. Вначале небо темнеет; затем спустя 24 часа в ответ на это начинает расти курс акций производителей зонтов. Разумный инвестор, заметивший такую закономерность, может сколотить состояние. Наблюдая другие переменные, помимо истории прошлых курсов, вам, возможно, удастся совладать со случайным блужданием.
Обнадежив инвесторов возможностью достичь безграничного богатства с помощью рассмотрения простых корреляций, вынужден извиниться и сообщить, что экономисты оценивают такую перспективу как маловероятную. Разумно ожидать, что не только один инвестор обратит внимание на связь между погодой и ценой на акции производителей зонтов. Как только погода начнет меняться, эти инвесторы ринутся скупать акции и, конкурируя друг с другом, почти мгновенно взвинтят стоимость акций. Предсказанный будущий рост курса произойдет в настоящем, а не в будущем, и рядовой инвестор не сможет приобрести сколько-нибудь акций, хотя возможность получения прибыли сохраняется.
Не нужно, чтобы все или большинство инвесторов разгадали эту тайну. Достаточно лишь, чтобы небольшое число инвесторов оказалось более проницательным, чтобы увидеть возможность получения прибыли и воспользоваться ею в полной мере.
Гипотеза о том, что рынки ведут себя именно так, называется гипотезой эффективных рынков. Согласно этой гипотезе, не существует инвестиционной стратегии, основанной на использовании общедоступной информации и способной успешно переиграть рынок.
Гипотеза эффективных рынков и гипотеза случайных блужданий тесно связаны, поэтому их часто путают друг с другом. Но эти гипотезы имеют четкие различия. Гипотеза случайных блужданий гласит лишь, что вы не можете разбогатеть, наблюдая историю курсов; гипотеза эффективных рынков гласит, что вы не можете разбогатеть, наблюдая что-то, что является общедоступным.
Имеются веские эмпирические свидетельства в пользу гипотезы случайного блуждания как описания большей части поведения курсов акций на протяжении большей части времени. За последнюю четверть века экономические и финансовые журналы были буквально заполонены статьями о неудачных попытках отвергнуть гипотезу случайных блужданий. Подавляющее большинство экономистов считают эти свидетельства более чем достаточными, и среди этого подавляющего большинства есть весьма проницательные, скептичные и не поддающиеся чужому влиянию люди.
Гипотезу эффективных рынков, напротив, проверить гораздо сложнее, поскольку она говорит обо всей общедоступной информации. Однако в ряде случаев она нашла свое подтверждение. Например, существует обширная литература в подтверждение гипотезы, что информация о прошлых объемах торгов не позволяет предсказывать будущие курсы. В качестве другого примера экономист Лорен Фейнстоун (она также является моей женой) исследовала статистические закономерности изменений стоимости активов и пришла к выводу, что вся новая информация об активе оказывается полностью учтенной в стоимости в течение 30 секунд после ее поступления.
Но в финансовых новостях об этом почти не говорят. Когда цена акций начинает падать после недавнего роста, радиокомментаторы сообщают, что падение вызвано «фиксацией прибыли». Когда индекс Dow-Jones начинает приближаться к предыдущему максимуму, нам говорят, что он пытается «пробить потолок» и что, если он его пробьет, рост продолжится, правда, лишь до тех пор, пока не начнется «фиксация прибыли».
Колонка в Wall Street Journal, посвященная фондовому рынку, — самый наглядный источник подобного рода анализа. Читая ее, экономисты испытывают чувства, подобные тем, что испытывают многие люди, читающие гороскопы. Воспринимая это как своего рода развлечение, они говорят себе, что к этому нельзя относиться всерьез. Но в глубине души они удивляются тому, как много читателей воспринимают подобные вещи всерьез, и содрогаются от одной мысли об этом.
Глава 20. Размышления о процентах: прогноз с дивана
В каждой профессии есть свои недостатки. Врачи получают срочные звонки посреди ночи. Математики месяцами не могут найти решения сложных задач. Поэты переживают, откуда поступит следующий гонорар. А экономистов просят предсказать процентные ставки.
У меня есть коллега, который отвечает на этот самый докучливый вопрос, вставая в позу мудреца, выдерживая для пущего эффекта паузу, а затем произнося: «Думаю, что, скорее всего, они будут колебаться».
Если бы я мог предвидеть будущие процентные ставки, я бы не стал делиться этим в книге. Но я действительно знаю кое-что о том, как будут определяться будущие процентные ставки, и готов поделиться тем, что мне известно.
Сначала я должен прояснить некую двусмысленность термина «процентная ставка». Когда экономисты говорят о процентных ставках, они автоматически вводят поправку на инфляцию. Если вы даете взаймы по ставке 8% в условиях 3%-ной инфляции, то ваша покупательская способность возрастет пусть и не на 8% в год, а на 5%; первые три цента, которые вы зарабатываете с каждого доллара, идут только на поддержание реальной стоимости вашей основной суммы. Объявленная ставка в 8% — это номинальная процентная ставка; ставка с учетом поправки на инфляцию в 5% — это реальная процентная ставка. Реальная процентная ставка — номинальная процентная ставка минус темп инфляции. Во время дебатов 1980 года против Уолтера Мондейла Джордж Буш-старший, как самый экономически безграмотный из всех современных президентов, горделиво провозгласил собственную неспособность понять это различие.
Напрашивается каламбур: только реальная процентная ставка представляет реальный интерес. Инвестиция, которая приносит 10% при 7%-ной инфляции, не более и не менее желательна, чем та, что приносит 3% при инфляции в 0%. В каждом случае реальная ставка составляет 3%. Люди, которые не в состоянии сосредоточиться на реальной ставке, совершают ошибку, полагая, что они делают большие сбережения. Я когда-то знавал женщину, которая эффективно увеличила свои сбережения, подсчитав, что доллар, превращенный в сбережения при номинальной ставке в 10%, вырастет за 30 лет до 20 долларов. Она не понимала, что при реальной ставке в 3% эти 20 долларов будут стоить всего около двух с половиной сегодняшних долларов. Выбор между текущим и будущим потреблением — дело личного вкуса, но лучше понимать, что именно ты выбираешь.
Когда я говорю о процентной ставке, я подразумеваю реальную процентную ставку. После этих оговорок я, наконец, могу вернуться к вопросу о том, как определяется процентная ставка. Начнем избавляться от сбивающих с толку ложных утверждений. Что бы вы ни слышали по этому поводу, но процентная ставка — это не цена денег. Почти никто не занимает деньги, чтобы сохранить их. Люди занимают, .чтобы купить автомобили, дома, обучение в колледже и оплатить свой дорогостоящий образ жизни. Банковские кредиты могут выдаваться в виде долларов, но доллары обычно тратятся и возвращаются в банковскую систему в течение нескольких часов. Автомобиль, приобретенный вами на банковский кредит, будет с вами годами.
Процентная ставка — это цена потребления, а потребление относится к реальным материальным товарам и услугам, а не к каким-то абстрактным сущностям, вроде денег. Точнее, процентная ставка — это цена текущего потребления в противоположность будущему потреблению. Если вы ожидаете получить в следующем году наследство, вы можете отложить покупку нового автомобиля за 20,000 долларов или взять кредит под 10% на покупку автомобиля сегодня и через год выплатить 22,000 долларов. Дополнительные 2,000 долларов — это цена того, что вы приобретаете автомобиль именно сейчас, а не позже.