Чтение онлайн

— Звучит нелогично, — возразил парень, — зачем сражаться, за тот то, что тебе вредит?

На долгую минуту Стаб погрузился в свои мысли.

— Мы никогда об этом не говорили, — наконец сказал он, — но я не всегда был затворником, раньше у меня была девушка, служила здесь же, но в другом подразделении. Потом случились Трояны, у нас как-раз были совместные учения с земным постимерским десантом, демы хотели их сорвать, но перестарались. Потом политики представили это как теракт, но на деле это был локальный военный конфликт, где демы, как обычно прикрывались заложниками. Наших много пострадало, и персов, и постимперцев. Мы брали станцию на абордаж, от нас было два взвода, мой и взвод, где служила Лань, это позывной моей девушки. От имперцев также был один взвод, нормальные ребята, отработали на другом фланге не хуже нас. При высадке командира второго взвода контузило, я взял на себя общее командование, связь с флотом была слабая, приходилось действовать по обстановке. — Стаб всматривался в свои руки будто читал с них текст, — В общем развернулись мы нормально, я отослал Лань и пару бойцов в сектор с гражданскими, где было поспокойнее, как лучше хотел, а получилось… Наша разведка пробилась сквозь глушилки, доложила, мол ректоры заминированы, а кожухи ректоров сняты, если сейчас ничего не предпринять, то всем кранты. Реакторы в гражданском секторе, а там только Лань с инженерно-сапёрной подготовкой…

Стаб замолк.

— Понимаешь, боевой командир, это два страшных слова, — наконец продолжил он, — боевой, это значит что твой долг убивать, а командир, это значит, что ради цели ты должен убивать своих бойцов. Лань справилась, спасла нас всех, но её броня фонила, так, что пришлось пригонять отдельный корабль с антирад-стазис камерой. Ей дали героя, а мы даже не смогли отдать ей почести, принять её меру. Есть такой астероид Главк, туда свозят всякую дрянь, которую нужно подальше держать, её даже на Солнце нельзя сбрасывать, настолько она опасна. Вот на этом астероиде возвели монумент, где захоронили Лань, я раз в год её там навещаю, ради этого мне дали допуск на Главк. Ох, непросто его было заполучить — во всей системе туда допущено всего три человека: инспектор ООН, какой-то инженер и я — скорбящий. Вот ты говоришь, боишься последствий. Ерунда это, сложнее их принять. Мне за Трояны орден дали, задумайся! Орден за то, что убил любимую! Я этот орден, погорячился, выбросил в вакуум. Наказали меня за это нестрого, а я хотел чтобы строго! Пошёл к командующему, мол разжалуйте меня в рядовые, не могу быть командиром! Он нормальный, ситуацию понял, не стал возражать, — меня временно понизили до старшего сержанта. Вот такие вот дела, а ты говоришь — последствия! Вторую капсулу будешь ставить?

Сглотнув комок подступивший к горлу, Ник кивнул утвердительно. Согласие далось непросто, ведь первую капсулу он лихо поставил, не догадываясь от том аду, что его поджидает, теперь же он сам согласился вновь вывернуть своё сознание наизнанку. Очень хотелось отказаться, но после откровения Стаба, такое малодушие представлялось недопустимым.

Взятие на проходе. Бой

«Ничто так не портит цель, как попадание».

Фольклор канониров.

? — «Аз»

Назначив «Аз» Ник ничего не почувствовал, вот, вроде он в шаге от возможного боя, но ни сомнений, ни сожалений не возникло, у него даже не встал — сержант-наставник наврал. Наверное, когда сам назначаешь высшую готовность, это воспринимается иначе, не так остро. Услужливый страх прошептал, что для капитана боевого крейсера бой это нормально, это часть нормальной жизни, вроде как строить станции для строителя или планировать для руководителя. Что же, будем строить оборону и планировать атаку!

В планах боя тавры были обозначены врагами, корабли врагов неумолимо приближались, агрессивно и молча, их орбиты даже не пытались выглядеть прилично.

Рядом с Ником незримо присутствовали менторы Лётной Академии, наставник по механике уже сделал свою работу, подготовил корабль к сражению, теперь его крупная фигура отошла немного в тень, взамен, на передний фланг выдвинулся изящный силуэт наставницы по дипломатии — Ти·Сс·Аи или просто Ти·Сс. Благодаря тому, что Та·Та была любимой ученицей Ти·Сс, то и парень фаворитки не был обделён особым вниманием наставницы, Ник временами даже подозревал, что его девушка на нём оттачивает уроки коварства в изобилии взятые у мэтра, так что парень тоже успел нахвататься хитростей.

«Оказавшись в окружении незнакомцев, прикладывайте к своим действиям молчание, — учила Ти·Сс, — тишину гораздо сложнее трактовать, нежели выроненные слова. Молча, вы не расскажите о себе ничего лишнего, однако важно отличать тупое молчание от молчания. Когда вы роняете вежливые фразы, дежурные слова, вы тоже молчите, напротив, изображая безмолвного истукана вы о себе расскажите многое! Настоящее молчание, это вакуум информации, это тонкое искусство, доступное немногим! Сейчас вошло в моду нападать молча, без обмена приветствиями, озвучивания намерений, как дикари, — продолжала она, — многие из них полагают, что это акт устрашения, однако это не так, чаше всего это вопль. Дикари бояться раскрыть себя, свои страхи, выглядеть некомпетентно, поэтому предпочитают красноречиво молчать в эфире. Ваша задача научится отличать глупое молчание от молчания, отличать наивного дикаря от опытного противника. Настоящий бой начинается задолго до первого выстрела и может быть закончен не открывая огня, ваша первейшая задача, изучить молчание противника».

Итак, раз молчание — это вакуум, изучим вакруг. Открыв торпедный порт по борту скрытому от противника, капитан Нау выпустил «автобус» с десятью зондами. Небольшая скрытная торпеда устремилась чуть в сторону от врагов, незаметно расставляя крохотные зонды. Скорее всего тавры сейчас проделывают тоже самое, что же касается «Космоярска», то форту таиться нечего, два фиксирующих зонда уже приближались к зоне вероятного инцидента, транспондеры зондов открыто оповещали всех о своём присутствии, ведь атака такого зонда, это прямая агрессия по отношению к форту, а оттуда может прилететь стая линейных ТЯН и незатейливо отработать по объёму.

Благодаря дальнему сканированию и высланным зондам капитану открылся хороший вид на врага, крейсер и эсминец шли в спарке, не стали разделяться, хотя уже наступило оптимальное время выставляться для атаки. По мнению Ника раздельная атака с флангов была опаснее, но согласно статистике подобных стычек, тавры предпочитали идти вместе, прикрывая друг друга, поэтому для фланговой атаки капитан предусмотрел лишь пять сценариев боя, которые теперь можно вычеркнуть. Из оставшихся десяти планов сражения больше всего надежд Ник возлагал на седьмой, с композитными торпедами, к счастью этот сценарий оставался актуальным.

Примитивное сближение плотной группой, должно было продемонстрировать уверенность в своих силах, мол, смотрите, мы идём как по учебнику, нам не нужны тактические хитрости чтобы одолеть вас! Часто этот приём срабатывал, противник тавров уклонялся от боя и выполнял их требования. Сейчас же такой подход озадачил Ника, подобное хрестоматийное построение, разобранное в сотнях учебных примеров, означало либо полное отсутствие тактической фантазии у противника, либо, наоборот — чертовски умный враг мог лишь притворяться новичком, а за внешне простой атакой скрывал некий сложный план. В глубине офицерской души, Ник иррационально надеялся, что ему достался коварный соперник и его атака будет интересной тактической комбинацией, а не скучной двухходовкой, разобранной в первых главах флотских учебников по тактике вакуумного боя. Тем не менее, любая неопределенность, это слабость, поэтому следует тщательно прощупать врага.

Придерживаясь прежней траектории, капитан едва заметно сместил нос корабля, сейчас это значило, что при линейном залпе, снаряды Нау приблизятся к таврам со стороны их нижних килей, где находятся линейные пушки, которые сравнительно легко повредить. Довольно скоро эсминец поддержки «Калмык» среагировал, слегка скорректировав крен, чтобы прикрыть уязвимый киль, одновременно он на долю градуса отдал тангаж, тем самым создавая потенциальную угрозу для Нау. Вполне разумный маневр. В свою очередь, Нау подвернул киль и выставил бок, что позволяло работать по противнику сразу с нескольких огневых точек и с бака, и с кормы. Следующим маневром эсминец ужал силуэт, делая себя сложной мишенью для огневых точек. Каждая подобная итерация означала разное начало и развитие боя, Нику было приятно вести этот диалог, капитан эсминца показал себя опытным тактиком и достойным соперником. Однако крейсер «Тунгус», если и замечал все эти едва уловимые эволюции, то виду не подавал, вёл себя словно новичок, не понимающий важность исходной стойки при первом выпаде, либо напротив, капитан крейсера — опытный стратег, намеренно скрывающий свои навыки и почерк боя. Неопределённость лишь усилилась, Ника охватили сомнения, он подумывал сменить изящный седьмой сценарий, на третий, предполагающий долгую изматывающую оборону и массовые повреждения с обеих сторон.

Озадаченно размышляя, Ник машинально немного отвёл нос Нау в сторону от целей, как бы обозначая паузу для размышлений, эсминец расслабился, «Тунгус» же сближался с прежней топорной прямотой. Действуя скорее интуитивно, чем осмысленно, Ник резко навёл свой корабль на тяжёлый крейсер и открыл створ линейной пушки, при этом по катушкам пушки прошёл тестовый импульс, если перевести этот маневр на язык людских жестов, то это как резко вскинуть руки и сказать: «Бу!». Крейсер качнулся! Опытный боец даже не моргнул бы на такой ложный выпад, но «Тунгус» моргнул, такую реакцию невозможно подделать! «Тунгус» дёрнулся как новичок! Напряжение Ника сразу спало, внезапно за спиной раздался радостный возглас Ли.