Чтение онлайн

Дед быстро собрал каркас походной лаборатории, натянул полотно, перенес туда несколько книг, обе умки, приборы, химреактивы и тяжелую сумку-кофр, закрылся, и больше из стоявшей недалеко освещенной палатки не доносилось ни звука.

Проснувшись утром, Иан долго лежал, вспоминая рассказанные вчера дедом события. Вспомнив о посылке, он повернулся к дедову ложу и никого там не обнаружил. Иан ухмыльнулся. Видно, дед до сих пор в лаборатории. Иан знал про его увлеченность делом и не удивился, что дед проработал всю ночь. Выпив стакан сублимированного молока из дедовых запасов, он вышел наружу.

Солнце согревало нагромождение валунов у обрыва, и лужайка, находясь в тени лиственниц, полная птичьим щебетанием, уже просыпалась. Невдалеке белела палатка лаборатории. Иан умылся в ручейке, удивляясь отсутствию собаки, и поспешил к палатке. Уже подходя, он вдруг понял, что в палатке никого нет. Посмотрев по сторонам, надеясь увидеть собаку, он расстегнул вход и вошел. Деда не было, а на столе среди прочих вещей стояла дедова умка, и на экране горела надпись: «Иан». Присев на складной стул, Иан коснулся экрана и вчитался в строки. Дед писал:

«Иан. Мои выводы подтвердились и, мне кажется, работа близится к завершению. Моему другу в столице удалось понять принцип сохранения энергии ливита, и новые данные значительно ускорили нашу работу. Я отправляюсь на восток, к Курильским островам. Мне нужны мощности лаборатории нашего центра по изучению минерала. От этого зависит многое. Не волнуйся, мне помогут. Я улечу сегодня, с порта рудника. А к тебе у меня большая просьба и, если хочешь, поручение. Ты должен добраться до Магнита, главного нашего города, и найти Артема Ивановича Чибисова, он мой добрый друг и в курсе всех событий. Найди НИИ минералов, там Чибисова все знают. Я уверен, ты доберешься. На рудник тебя не пустят, отправляйся по реке, тут в хижине две лодки. Тщательно соберись, домик поставь в режим сна. Мой лук я дарю тебе, ты уже взрослый, только будь осторожен. Удачи тебе, Иан. Попроси Святую Мать помочь тебе, я надеюсь, мы скоро свидимся».

Иан посидел, переваривая прочитанное, потом резко встал и направился в хижину. Вскипятив воды и заварив желудевого кофе, Иан снял со стены лук и колчан со стрелами. Лук был почти ровен, без изгибов, и легок, но, отдавая иссиня-стальным цветом, казался мощным и тяжелым. Концы были окованы белым металлом, а в середине к нему крепился ремень для переноски через плечо, в обмотанном вокруг виде представляя ручку, на ремне кармашек с тетивами. Иан был рад такому взрослому оружию и только тоска от расставания с дедом мешала радоваться всерьез. Попив кофе, Иан собрал лабораторию, обнаружив отсутствие корфа. Перенося вещи в домик, Иан заметил в тамбуре и отсутствие парашюта. У входа стояла неполная собачья кормушка, но шлейка и поводок исчезли.

Иан тщательно собрал рюкзак, положив в него продукты из дедовых запасов, фляжку с чаем, термобелье, свой арбалет в чехле, стрелы, аптечку и дедову умку. Выложив из маленького корфа пробирки, оставил две синего цвета с ядом. Спальное ложе Иан разобрал и, сложив, получил небольшой продолговатый корф, который пристроил снизу к рюкзаку. Достал из сундука свой старый небольшой палмтоп с функциями пеленгатора и тепловизора и положил вместе с наушниками в карман анорака. Свою понягу Иан оставил, а надел дедову, отрегулировав ее под себя. Она имела на себе набор снаряжения, нужно было только перенести несколько деталей, и главное, была «дедовой». Оставалось только надеть лук и колчан со стрелами.

Иан проверил печь и генератор, отключил в домике систему обслуживания и закрыл дверь, защелкнув полотно входа.

Дойдя через лужайку до лестницы, ведущей вниз в долину, Иан обернулся. Хижина среди лиственниц, большой валун на лужайке и ручеек. Дедово логово было живым, оно спокойно спало в ожидании хозяев. Иан посмотрел вдаль на горы, попросил Святую Мать и духов горы помочь ему и полез вниз.

* * *

Лодка-каяк плыла по течению реки под берегом, скрываясь в ветвях спускавшихся до воды темных кустов. Иан осторожно греб одним веслом, оглядывая окрестности. Полость, натянутая сверху лодки, Иану вокруг пояса, была пробита в двух местах. Из одного отверстия торчала короткая стрела с перьевым оперением. Визор на руке не показывал меток, эфир был чист. Река в этом месте до тридцати метров шириной ровно влекла свои воды вниз, не тратя время, чтобы огибать огромные валуны и каменистый берег.

Пятнадцать минут назад, выходя из очередного поворота порожистой части реки, пиликнул палмтоп, и Иан обратил внимание на точку на экране визора, на предплечье. В трехстах метрах впереди, у самого берега реки, кто-то принял сигнал радиопередачи. Иан посмотрел на стоящую правее, в полукилометре, скалу, которая высоко вздымала верхушки каменных пик, а снизу поросла лесом. Сигнал мог быть послан оттуда, каяк Иана было хорошо видно среди валунов, разбросанных там и тут по реке.

Порожистый путь не позволял пользоваться луком, и Иан, сложив все внутрь каяка и затянув полость, остался с небольшим арбалетом за спиной и веслом в руках. Передвинув рычажок, Иан увидел, как голограмма над экраном рассыпалась вереницей точек. До возможного противника оставалось не более ста метров. Понимая, что его все равно видно, а на берегу он будет просто окружен, Иан решил плыть. Огибая очередной валун, он увидел близко впереди ровный и узкий участок реки, а перед ним среди валунов несколько темно-зеленоватых тел. Река здесь была не более десяти метров шириной, и носители стояли по пояс в воде у берега, держа в руках короткие копья. Двое, с небольшими луками, ждали на возвышении на камнях. Засада, видимо, была организована спонтанно, по сигналу наблюдателя, о чем говорило оружие засадников и отсутствие телесной защиты. Решив использовать это, Иан, отпустив весло, которое повисло на запястье, достал из-за спины арбалет. Стрела поразила колено одного их лучников, он с плеском свалился в воду.

Носители, услышав шум, встрепенулись и придвинулись ближе к середине реки, надеясь достать путника. Иан не удивился спокойствию на лицах противника. Он знал, что отсутствие выраженных эмоций почти у всех носителей является естественной чертой. Носители, преимущественно мутанты, с генетически измененной наследственностью, часто были переносчиками вирусов и сильно страдали от болезней и боли. Возможно, отсутствие эмоций стало защитной реакцией организма на невыносимое существование. Носители были на всех территориях планеты, и отсутствие выраженных эмоций было не только своеобразной защитой, но и идеологией пострадавших людей.

На следующий выстрел просто не было времени, и Иан, активно работая веслом, бросился вперед. Ему удалось увернуться от ближайшего копья, носитель, промахнувшись, поплыл рядом. Направив нос каяка на второго, Иан сбил его с ног и, бросившись в освобожденный проход, вырвался из засады. Держа в поле зрения стрелка, который держал наготове лук, но не стрелял, боясь задеть своих, Иан петлял под берегом, не давая ему прицелиться. Стрелок спустил тетиву, стрела, мелькнув, пробила покрышку каяка. Иан сосредоточенно работал веслом, крутясь между камней и, наконец, вырвался на ровный участок реки с сильным течением. Сзади снова тренькнула тетива, но Иан, скрывшись за рядом камней, ушел в поворот. Река расширилась, и он под берегом быстро поплыл вниз, уходя от засады.

Отплыв достаточно, он выключил палмтоп, проверив отсутствие точек. Надо было пристать к берегу. Найдя закрытый участок и вытащив каяк на берег, Иан осмотрелся на предмет ранений. На стрелах мог быть яд, и опасны были даже небольшие царапины. Не найдя на себе повреждений, он облегченно вздохнул и занялся осмотром каяка. Все было хорошо, кроме пробитой полости. Стрелы Иан выбросил и, заклеив дырки липкой лентой и столкнув лодку в воду, отправился дальше.

Он находился в пути третий день, сначала обогнув по реке поселок, два раза пересекая периметр охраны. На вышках его узнали, и никто не подумал препятствовать сумасшедшему, отправившемуся вниз по реке. В поселке давно привыкли к тому, что Иан много времени проводил вокруг поселка, охотясь и, вообще, живя своей жизнью. Знали, что и дед у него такой же отшельник, и не удивлялись. В поселке Иан быстро закончил сетевое общее образование и, не пытаясь продолжать учебу, занялся починкой бытовой техники. Для жизни нужны были ресурсы, нужно было быть полезным обществу, не став изгоем, и Иан нашел себе дело. Техники, бытовой и рабочей, было много, мастеров не хватало, особенно в сезон работ на руднике, и Иан, обладая глубокими знаниями по физике и электронике, был нарасхват. Зимой он занимался починкой приборов, дронов, нужного инструмента, не отказывая сельчанам в просьбе починить что-нибудь, а летом был предоставлен сам себе, больше времени проводя за периметром.

Рудник, в 20-ти километрах за поселком, куда вела добротно сделанная дорога, остался справа, и теперь он плыл по дикой территории. До первого крупного поселения по реке оставалось несколько дней пути. Тогда, спустившись с гор в начало реки и собрав каяк, Иан только дедовой поговоркой «Глаза боятся, руки делают» смог собраться и отправиться в путь. Теперь стало легче, неизведанное так не пугало. Иана захватила жажда познания, исследования. А после случившегося у засады носителей он, уже не боясь никого и ничего, смело двигался к цели. Река стала шире. Уже спокойные воды плавно катились вниз и наискось. Лодка-каяк хорошо слушалась весла, Иан ловко обходил плывший по реке мусор.