Чтение онлайн

Спустя пару минут с противоположной стороны здания раздался крик на немецком. Язык девушка знала в совершенстве и без труда смогла разобрать, что кричавший предупреждал о совершенном побеге.

— Всем лечь! — рявкнул молодой унтерштурмфюрер, и, как цепные псы, спущенные с поводков, охранники накинулись на заключенных, заставляя их исполнять приказ. К сожалению, основной массой прибывших были русские военнопленные и польские граждане, и немецкую речь мало кто понимал. В нескольких метрах от девушки немецкий солдат орал поляку:

— Быстро лечь на землю!

Поляк, не понимающий языка, поднял руки над головой и, смотря на немца с испугом и непониманием, повторял:

— Я не понимаю.

В следующее мгновение терпение охранника закончилось, и, вскинув винтовку, он выстрелил в грудь заключенному. Винтовочная пуля, обладающая огромной убойной силой, пробила беднягу навылет и угодила в стоявшую за его спиной женщину. Оба упали на землю замертво.

Пораженная открывшейся трагедией, Ксения, запинаясь от испуга и волнения, перевела команду офицера на русский для членов группы:

— Быстро ложитесь все на землю и дальше по цепочке передайте, пока еще кого-нибудь не убили.

Подавая пример своему окружению, девушка первая легла на асфальт перрона. Ее примеру последовали сначала члены туристической группы, а за ними и остальные заключенные. Через минуту все прибывшие лежали, уткнув взгляд в мокрый асфальт.

Закончив с заключенными, трое охранников по указанию офицера бросились к проходу между складами. Появляться в просвете между зданиями немцы явно опасались, со своего места девушке было хорошо видно, как эти трое заняли позицию и ожидают команду возле угла центрального склада. Со стороны соседнего здания еще одна группа в составе трех человек готовилась к штурму позиции беглеца. Спустя минуту раздался взрыв, и девушка увидела фонтан земли, взметнувшийся к небу над крышей склада с противоположной стороны строения. Сразу после взрыва немцы не мешкая перешли к активным действиям и пошли в атаку. Обе группы бросились вперед, но, видимо, к этому моменту беглец уже скрылся или перешел на другую позицию, так как звуки перестрелки так и не последовали.

Дальнейшие действия немцев девушка наблюдать уже не могла, ее обзор был ограничен, но, судя по приглушенным звукам стрельбы и вспышкам выстрелов в маленьких окошках здания, бой переместился внутрь центрального склада.

Беспорядочная стрельба продолжалась уже около часа. Несколько раз из здания на носилках выносили корчащихся раненых или покрытых с головой убитых.

Девушка прекрасно помнила еще по ознакомительному туру, что в реальном ходе истории ничего подобного не было. Вывод напрашивался сам: этот бой — следствие их вмешательства в прошлое. Чьего именно вмешательства, догадаться также не составило труда, из ее группы рядом не было только Алексея и Светланы.

На короткое время выстрелы стихли, затем грохнули все разом в десяток стволов и так же резко смолкли, на этот раз окончательно.

Минут через десять стали возвращаться солдаты. Видимо, результаты боя с беглецом их не удовлетворили, и от них исходила прямо-таки осязаемая волна дикой агрессии.

Все тот же молодой унтерштурмфюрер скомандовал:

— Поднимайте их, стройте в четыре колонны, и идем в лагерь!

Солдаты с удвоенной яростью накинулись на узников, активно помогая себе прикладами, кулаками и плетьми. Уже через десять минут под командованием все того же молодого эсэсовца (гауптштурмфюрер, ранее командовавший охраной, куда-то исчез), колонну погнали из города.

Во всем этом кошмаре произошло только одно хорошее событие: Андрей пришел в себя и мог перемещаться самостоятельно.

Вынырнув из темноты забытья, Андрей долго не мог понять: где он и кто эти люди, окружающие его. А вот когда память полностью восстановилась, очень сильно захотелось оказаться в любом другом месте.

— Андрей, как ты себя чувствуешь? — участливо спросила Ксения, лежавшая рядом с ним.

— Бывало и лучше! — с трудом выговорил молодой человек, пытаясь побороть навалившийся приступ тошноты.

Когда отпустило, парень огляделся. Вокруг него на перроне лежали и другие члены их туристической группы вместе со всеми вновь прибывшими.

Долго отлежаться Андрею не дали, офицер дал команду строиться.

С помощью девушки (Андрея довольно сильно шатало) ему удалось занять место в колонне, в одном ряду с Ксенией, Колей и одним из скинхедов. Андрей и девушка при этом оказались рядом во внутренних колоннах.

Железнодорожная станция находилась на окраине города, поэтому за его пределы они выбрались быстро. Дорогу через город Андрей не запомнил, все внимание уходило на то, чтобы не упасть и держать темп колонны. Его состояние окончательно нормализовалось уже на выходе из города, осталась только головная боль. На выходе из города по обеим сторонам дороги потянулись маленькие аккуратные домики на фоне живописных предгорьев австрийских Альп. «Как с картинки, — подумал Андрей. — Что ж людям-то спокойно не живется? Живи да жизнью наслаждайся, такая красотища вокруг. Нет, зачем-то к нам полезли!»

Колонну заключенных сопровождали охранники. Они шли параллельно, на расстоянии пятнадцати-двадцати метров друг от друга. Впереди на малой скорости шел мотоцикл «Z"undapp KS-750», в коляске которого сидел офицер. Второй точно такой же мотоцикл замыкал колонну. Обе машины были вооружены пулеметами MG-38, закрепленными таким образом, чтобы пулеметчик мог вести огонь, не покидая своего места.

Офицер повернулся и крикнул:

— Сойти с дороги.

Исполняя приказание офицера, солдаты быстро согнали узников на обочину. Последние дни температура поднялась выше нуля, и снег начал таять, превращая землю в топь. Идти по обочине стало ужасно трудно. Кроссовки, в которых был Андрей, очень быстро намокли, и на них налипла грязь, добавляя пудовый вес каждой ноге.

Через час такого марша наиболее слабые из заключенных стали сдаваться. Первым не выдержал немолодой мужчина лет шестидесяти, идущий перед Андреем. Видимо, он имел проблемы с ногой, так как во время движения было заметно, что он ее подволакивает. Темп его движения становился все медленнее, его все чаще подгонял идущий следом. В какой-то момент мужчина сделал неудачный шаг, поскользнулся и упал в грязь. В следующее мгновение идущий рядом солдат вскинул винтовку и выстрелил хромому в спину.

Все произошло так быстро и обыденно, что Андрей был просто обескуражен. Узнику не пытались помочь, не предупреждали, его просто пристрелили, как падшую лошадь.

Андрей тихо проговорил:

— Эй, ребят, спасибо!

— За что? — спросил Коля, идущий слева от Андрея.

— За то, что не бросили, когда мне немец по башке врезал. А то бы меня, как этого мужика, в вагоне добили.

— Не нас благодари, вон ее, — Санек махнул головой на Ксению. — Она немца уговорила.

— Всем вам спасибо! А тебе, Ксюш, отдельное.

— Да ладно, в конце концов, это моя работа — приглядывать за вами во время тура, — грустно пошутила девушка. — А теперь, ребята, послушайте меня и запоминайте, боюсь, возможности поговорить у нас больше не будет, — голос девушки изменился и стал жестким, — третьего февраля в час ночи в двадцатом бараке будет совершен побег. В результате побега узникам удастся обесточить колючую проволоку по периметру лагеря. С целью пресечения побега из других блоков охрана заставит лечь находящихся в них на пол и им будет объявлено, что каждого, кто подойдет к окну, застрелят без предупреждения. Бараки снаружи запрут на железные засовы. В результате побега в общей сложности около пятисот заключенных двадцатого блока окажется на свободе, хотя пулеметы на вышках соберут кровавую дань, и около сотни человек погибнет прежде, чем их удастся заставить замолчать. Еще сотня узников не сможет бежать по причине своего физического истощения, все они будут уничтожены взбесившимися эсэсовцами на следующий день. Несмотря на удачный побег, все заключенные, за единичным исключением, будут пойманы и казнены. Постарайтесь распорядиться этой информацией с максимальной пользой для себя.