Чтение онлайн

Теперь, когда англичане ушли, террор был скорее вреден, чем полезен; между тем Маккавеи отнюдь не были склонны подчиниться дисциплине, без которой невозможна настоящая армия. Их значение как боевой силы очень упало. Единственная одержанная ими победа была в Яффе, городе, где боевой дух был и без того не слишком высок. В других местах они потерпели поражение. Резня, устроенная ими в селе Неве-Садж, лежала несмываемым пятном на евреях. Маккавеи были отважные бойцы, но они по самой своей природе не признавали никакой власти. После случая с "Акивой" они превратились в озлобленную политическую группировку, главный принцип которой заключался в том, что все проблемы надо решать силой.

Переговоры с обеими сторонами длились уже целый месяц. Граф Бернадот и его американский помощник Ральф Банч, представлявшие Организацию Объединенных Наций, так и не смогли посадить стороны за один стол. Нельзя было ликвидировать за один месяц то, что создавалось в продолжение трех десятилетий. Кавуки в центральной Галилее то и дело нарушал соглашение о прекращении огня. Египтяне тоже не стали дожидаться, пока истечет срок соглашения о прекращении огня, и возобновили военные действия.

Это была большая ошибка, так как это дало повод евреям развернуть новое наступление. Если военные эксперты всего мира были ошеломлены стойкостью, с которой евреи отражали нападения, то теперь наступление израильской армии совершенно сбило их с толку.

Новая фаза войны началась с того, что израильские самолеты подвергли бомбежке Каир, Дамаск и Амман с тем, чтобы арабы не смели впредь бомбить Тель-Авив и Иерусалим. И действительно: с этих пор арабы не бомбили больше израильских городов. Израильские корветы перенесли войну на неприятельскую территорию, подвергнув бомбардировке ливанский город Тир, один из главных портов, куда арабы доставляли оружие.

Кибуц Эйн-Гев, расположенный на восточном берегу Генисаретского моря, долгие месяцы подвергался осаде. Жители кибуца дважды отражали атаки сирийцев. Теперь они сами перешли в наступление. Отважной ночной атакой они взобрались на гору Суситу и сбросили оттуда сирийцев.

В центральной Галилее Ари Бен Канаан пошел на штурм Назарета, где окопался Кавуки. Войска Ари напрягая усилия до предела и выжав из боевой техники все, что можно было выжать, нанесли арабам сокрушительное поражение. Личный генерал иерусалимского муфтия получил звонкую пощечину и потерял Назарет. После падения Назарета пали и все остальные неприятельские деревни в центральной Галилее, а сам муфтий в панике сбежал во главе своей армии в Ливан. Теперь вся Галилея и все дороги находились в руках евреев.

В Баб эль-Ваде и в иерусалимском коридоре Горная бригада все больше раздвигала проход и двинулась на Бет-Лехем.

В Негеве евреи мертвой хваткой держали египтян за горло. Когда-то Самсон поджег хвосты тысячи лисиц и напустил их на филистимлян. Теперь моторизованные части, состоящие из джипов, вооруженных пулеметами - их так и называли: "Самсоновские лисицы" - молниеносно обрушивались на египетские тылы и арабские деревни. Осаде Негбы положили конец.

Но самую блестящую победу израильтяне одержали в Саронской долине, лежащей прямо против Треугольника. Все на тех же джипах, с бывшей бригадой "Ханита" во главе, они ворвались в Лидду и Рамле, арабские города, которые блокировали дорогу в Иерусалим. Они захватили аэродром в Лидде (совр. Лод), самый крупный во всей Палестине, а затем повернули на север, с целью окружить Латрун. По пути они наголову разбили иракские части и прорвали осаду вокруг другого молодежного села, Бейт-Шемен. Как раз в тот момент, когда окружение Латруна должно было завершиться, арабы в один голос взмолились о новом прекращении огня.

Все израильские победы были одержаны всего за каких-нибудь десять дней.

Пока Бернадот и Банч вели переговоры о втором прекращении огня, арабский мир охватила паника. Абдалла, правитель Трансиордании, первый заметил надпись на стене. Он вступил в секретные переговоры с Временным правительством и обещал удержать Арабский легион от военных действий. Это позволило бы евреям сосредоточить все внимание на египтянах. Взамен евреям пришлось обещать не наступать на Старый Иерусалим и на Треугольник.

Кавуки снова нарушил соглашение о прекращении огня, развязав наступление из Ливана. Когда срок прекращения огня истек, евреи провели "Операцию Хирам", названную так по библейскому царю Ливана, и навсегда превратили в дым честолюбивые мечты Кавуки и иерусалимского муфтия. Израильская армия разбила диверсантов наголову и преследовала их по пятам до ливанской территории. Ливанские деревни напоминали море простыней, вывешенных в знак того, что они сдаются. Покончив с Кавуки, израильские части вернулись на свою территорию, хотя ничто им теперь не мешало пойти на Бейрут или на Дамаск.

Очистив Галилею, восстановив порядок в Саронской долине, договорившись с Абдаллой, израильская армия взялась за египтян.

Тем временем арабы делали отчаянные усилия, чтобы найти какое-нибудь объяснение израильским успехам.

Абдалла, правитель Трансиордании, обвинял во всем Ирак, иракским войскам не удалось, мол, напасть из Треугольника и разрезать территорию евреев надвое; и вообще иракцы сделали себя посмешищем. Ирак, который мечтал о создании Великого арабского государства, которым они правили бы, оправдывался, что им приходилось чересчур растягивать свой фронт.

Неистовее всех орали сирийцы: они обвиняли американцев и западный империализм. Саудовская Аравия, выделившая солдат для укрепления египетской армии, обвиняла всех и вся. Египтяне обвиняли Трансиорданню, правитель которой, Абдулла, по их словам, продался евреям. Вместе с тем, одним из самых интересных побочных явлений войны за Независимость было то, как египетские радио и печать превращали каждое египетское поражение в победу. Если спросить самих египтян, то их армия шла от победы к победе. Ливанцы и иемениты все больше отмалчивались: они были не слишком заинтересованы в этой войне.

Под непрерывными ударами израильских вооруженных сил миф о пресловутом арабском единстве лопнул окончательно. Взаимные объятия, рукопожатия, клятвы в вечном братстве уступили место распрям, взаимным угрозам и, наконец, убийствам. Абдаллу убили фанатики, когда он возвращался из мечети Омара в Старом городе.

Египедского короля Фарука свергла клика милитаристов, язык которых поразительно походил на язык "Майн Кампф" Гитлера. Интриги и убийства, извечная арабская игра, снова свирепствовали вовсю.

В Негеве израильская армия, теперь хорошо оснащенная и действующая более слаженно, завершала последний этап войны. Сувейдан, чудовище пустыни, так долго мучившее кибуц Негбу, пал. Именно здесь, в Сувейдане, египтяне сопротивлялись мужественнее всего.

В Фалудже египтяне попали в окружение. Впоследствии, когда было заключено перемирие, евреи сняли осаду с Фалуджи. Среди египетских офицеров, попавших в окружение, находился молодой капитан, которому предстояло сыграть впоследствии ведущую роль в свержении короля Фарука. Это был Гамаль Абдель Насер.