Чтение онлайн

«Вот и вся моя бравада! Вот и все злодейство доктора Уэста!»

Она провела с Роуэном много времени, но сегодняшний день был лучшим из лучших. За вчерашнее фиаско она получила возможность работать с ним бок о бок на приеме десятка пациентов. Сегодня она не могла не видеть, какой он уважительный и вежливый со всеми больными, как бы бедно они ни были одеты и в каком бы состоянии ни находились. Каждому он давал почувствовать их значимость и свою заботу. Не вызывало сомнения, что все обитатели дома с радостью принимали участие в докторском приеме по средам.

Она слушала сердце, вправляла сломанное запястье и даже вскрывала инфицированную пятку.

«Блаженство!»

И везде рядом был Роуэн. Она забыла свой обет, данный после поцелуя: никогда больше не улыбаться учителю и держаться от него на расстоянии.

Было трудно не потеплеть к человеку, который заглянул к тебе под стол и затем позволил провести весь день, исследуя, как оживают все те загадочные латинские фразы, когда перед тобой стоит настоящий пациент.

— Вот мы и приехали, мисс Реншоу!

Тео открыл дверцу и посмотрел на Гейл с некоторым недоумением. Увлекшись мыслями о Роуэне и событиях дня, она не заметила, как доехала до места, и теперь с изумлением осознала, что стоит перед аптекой.

— Ага, вот мы и приехали! — отозвалась она и легко ступила на землю. — Спасибо, Тео. Это не займет много времени.

Тео кивнул:

— Мистер Фицрой гордится, что быстро выполняет заказы, так что на этот счет будьте спокойны! Я подожду вас.

— Вы очень любезны.

Разгладив пальто, она направилась в аптеку. Это было длинное узкое помещение с прилавком вдоль одной стороны, за которым тянулись сотни и сотни небольших деревянных ящиков самых разнообразных размеров и форм.

К ней вышел плотный мужчина в очках.

— Могу вам чем-то помочь, мисс?

— Да, я…

— Мисс Реншоу! — приветствовал ее из дверного проема Питер Джеймс. В руках он держал большую деревянную клеть. — Простите, что перебил вас, но это такой сюрприз — видеть вас здесь!

— Ты знаешь эту леди? — лукаво спросил мужчина постарше.

— Да, мистер Фицрой. Это мисс Гейл Реншоу. Она работает у доктора Уэста.

— Я — его ассистентка, — выпалила Гейл, раздуваемая гордостью. Она уже говорила это Питеру Джеймсу, когда они впервые встретились, и не видела ничего дурного в том, чтобы подчеркнуть свое положение, особенно в присутствии столь строгого человека, как Фицрой. — У меня большой интерес к медицинским наукам.

Мистер Фицрой поправил очки.

— Я подумал, что это чушь, когда мистер Джеймс сказал, что доктору Уэсту в лаборатории помогает женщина. Я слишком долго знаю доктора Уэста, чтобы представить, что он способен на нечто подобное.

С невозмутимым видом, как будто мистер Фицрой ничего не говорил, Гейл протянула ему листок:

— Доктор Уэст просил меня передать вам этот список и привезти все, что в нем перечислено. Если у вас чего-то нет, пожалуйста, сообщите.

Мистер Фицрой взял из ее рук листок с такой осторожностью, как будто приблизился к змее. Посмотрел на список, затем снова на нее.

— Я пришлю заказ ближе к вечеру.

— Я подожду, доктор Фицрой. Доктор Уэст выразил пожелание получить заказ как можно быстрее. Меня ждет карета.

Мистер Джеймс поставил на пол клеть, которую держал.

— Я могу выполнить заказ, мистер Фицрой. Я не…

— Нет! Не будь болваном! — прошипел мистер Фицрой. — Лучше присмотри, чтобы мисс Реншоу, выразившая интерес к медицинским наукам, не совала нос в мои сусеки, пока я буду отсутствовать. Заказ я выполню сам!

С этими словами он взялся смешивать порошки и исчез из виду в дальнем конце аптеки.

Гейл ощутила неловкость за то, что с Питером так грубо разговаривали в ее присутствии. И за то, что с ней обошлись как с малым капризным ребенком, требующим надзора.

— Мистер Фицрой… — понизив голос, наклонился к ней Питер. — Он любит пошуметь. Не переживайте. — Питер подвел ее к витрине с небольшими коричневыми бутылочками, как можно дальше от дверей, за которыми скрылся аптекарь. — Здесь мы можем притвориться, что рассматриваем нюхательные соли и вопреки всему не скучаем в ожидании. Что скажете?

Она кивнула и, взяв одну крошечную баночку с надписью «Лакричный аммоний», покрутила в руках.

— Никогда не подозревала, что их такое множество.

— Столько, сколько дам, практикующих обмороки. Во всяком случае, я люблю так думать.

Гейл рассмеялась.

С Питером было необыкновенно легко.

Она взяла другой флакон.

— Не хочу вмешиваться, но мне кажется, вам с вашим хозяином просто. Я никогда не слышал, чтобы доктор Уэст на кого-нибудь орал. У него очень хорошая репутация, хотя его обслуга не отличается болтливостью. Так что, возможно, на самом деле он еще похуже Фицроя.

Гейл покачала головой:

— Он очень добрый. И его слуги не жалуются, потому что он обращается с ними как с членами семьи.

— А еще он путешественник! Как я завидую людям, которые могут отправиться в путь, чтобы увидеть экзотические чудеса мира! Мой дядя однажды ездил в Шотландию, и мои родные носились с ним, как будто он побывал на другом конце света, представляете? Никто из них ни разу не покидал пределов Лондона. — Он открыл флакончик, как будто хотел понюхать. — Доктор Уэст ездил в Индию, да?

— Да. — Гейл поморщилась, ощутив ударивший в нос острый запах. — Для медицинских изысканий.

— Он вам об этом рассказывал? Об Индии. — Джеймс завинтил крышку на дурно пахнущем флаконе. — Он болел там. Страшно тяжело болел, по словам мистера Фицроя. Доктор Уэст похудел, как скелет, и выглядел очень изнуренным, когда вернулся. Совсем не походил на того, каким уехал из Лондона.

— Болел? Правда?

Питер кивнул.

— Он никогда не говорил, так что все покрыто мраком тайны. Но он уехал здоровый и веселый. Мы слышали, что он навещал друзей в Озерном крае и, возвращаясь из деревни, нашел себе жену. Правда, потерял ее, не успев достигнуть Бомбея. Возможно, в этом виновата тоска. — Питер пожал плечами. — Он отсутствовал почти два года, но вы бы его не узнали.

— Путешествие и приобретенный опыт способны изменить человека. Но вы… вы думаете, что он болел?

— Кто знает? Он изменился не только внешне. У него появились новые друзья, которых до этого никто не знал. Вы видели его друзей?

Что-то внутри ее сжалось, когда показалось, что дружеская беседа нарушила пределы личной жизни Роуэна.

Но Гейл не успела выразить своего опасения, как мистер Джеймс продолжил с жизнерадостностью жаворонка:

— Я видел! Мистер Блэкуэлл — мой любимчик. Недавно женился, к всеобщему удивлению, на какой-то американке. Какая-то актриса с Пиккадилли, услышав новость, пыталась покончить с собой. Говорят, женщины по нему с ума сходили! Если бы мужчина был обречен умереть холостяком…