Чтение онлайн

– Вот уж не знал, – пробормотал Виктор Степанович. – Мне казалось, совсем наоборот.

– И что тебя интересует?

– Да вот сижу просто и думаю, можно ли этих ребятишек вообще напугать?

– Ещё как можно! Они такие же люди, как и мы с тобой, только с деформированными чувствами и психикой.

– Ну, например?

– Десять баксов, – заявил опять Головкин.

– Да что ты все заладил одно и то же? Где я тебе возьму столько денег?

– Ты давай не темни. Вляпался во что?

– Нет, всё в порядке.

– Ну тогда и спи спокойно и не думай ни о каких бандитах.

– Подожди, – перебил его Виктор Степанович. – Ладно, найду я для тебя десять долларов, займу у кого-нибудь.

– Зачем тебе это нужно?

– Для дела.

– Ах, для дела! – обрадовался Головкин. – Ну тогда, Степаныч, тебе придётся взять меня в долю.

– Как это? – растерялся Виктор Степанович.

– Ну хотя бы консультантом.

Толоконный прикинул так и эдак и решил, что и в самом деле без помощника не обойтись.

– Хорошо, – сказал он. – слушай меня внимательно.

И он вкратце рассказал приятелю план действий, отчего тот пришел в неописуемый восторг и даже пообещал подогнать парочку клиентов, дуреющих от жизненной рутины.

– Только прибыль пополам! – заявил он.

– Что? – возмутился Виктора Степанович. – Это же моя идея!

– Послушай, дружок, – вздохнул Головкин. – Ты извини меня, конечно, но с твоим умом надо землю копать. Здесь же тонкий подход нужен, строго индивидуальный, усёк?

– Усёк, – обиженно засопел тот. – Но все равно, пятьдесят процентов это много.

– А сколько?

– Ну, скажем, пятнадцать.

– Ты сошёл с ума. Тебя срочно нужно упрятать в дурдом. Могу устроить.

– Хорошо, я согласен, – пошёл на попятную Виктор Степанович.

– На дурдом?

– Нет, нет, что ты! Друзья же должны делиться!

– Вот и умница, а то я уж было подумал…

– Все в порядке!

– Тогда сиди дома и жди меня. Да, и не забудь записать на мой счёт десять баксов.

Вновь стемнело. Пьяная компания, возглавляемая, как и положено, Александром, подкралась к помещению травматологической больницы. Их целью было забрать Надежду и ехать веселиться в бандитский особняк.

Дабы не вызвать в коллегах ненужное мнение, Машенька предусмотрительно осталась в машине. При этом она многозначительно поглядывала на, сидящего за рулем, Коляна и нетрезво улыбалась.

Александр заботливо поддерживал Ивана за шиворот и подсказывал, какой ногой на какую ступеньку тому надо наступать, чтобы правильно идти.

– Ты чё, за придурка меня держишь? – заплетающимся языком спросил Иван и осоловевшим взглядом посмотрел на бандита.

– Не, ты чё, в натуре? – удивился тот. – Ты мне друг или нет? Враг, может?

– Не враг.

– Тогда друг. Третьего не дано.

– Отпусти, я сам пойду.

– Ладно.

Александр удовлетворил его просьбу и Иван остановился посреди лестницы, не зная, что делать дальше.

– Я её должен убить! – сказал он вдруг.

– Кого?

– Ту бабу, которая… она мне сделала больно, – он ткнул пальцем в машину.

– Машке, что ли? Да она и котёнка не обидит.

– А меня обидела! – остервенело возразил Иван и шмыгнул носом. – Она будет вторая в моём списке смертников!

– А кто же первая? – поинтересовался бандит и схватив его вновь, потащил по коридору.

– Кто первая?! – заорал Иван. – Ты спрашиваешь, кто первая?! Тёща, сука, вот кто!

Они вошли в нужную палату. Вчерашние тётки еще не спали, смотрели телевизор. Надежда лежала, как сама смерть, обсыпанная мукой высшего сорта. Рядом с её кроватью, провисшей чуть ли не до пола, на стульчике сидела…

– Мама! – по-детски всхлипнул Иван. – Вас тоже сбила машина? Господи, что за жестокий мир!

Тёща ненавидяще посмотрела на него и отвернулась, словно плюнула в лицо.

– Это чё, мать твоя, да? – спросил Александр.

– Тихо вы! – крикнула одна из теток. – Нализались с утра, пьянь!

– Ты гонишь, мамаша! – возразил бандит. – Уже вечер.

– Что? – та оторвалась от экрана и уставилась в окно. – Ой! И правда!

– Какая серия? – спросил Иван. – Одна тыща сто третья?

– Да замолчите вы! – ругнулась другая. – Не мешайте смотреть.

– Ну и чего она тебе наговорила? – он повернулся к жене, взял ее за здоровую руку и присел на соседнюю кровать. Та страшно заскрипела и тётка, лежащая на ней с загипсованной ногой, сложилась пополам и завизжала дурниной.

– Уйди, – прошептала Надежда, глотая слезы и отняла руку. – Изверг.

– Правильно, правильно, дочка! – подбодрила её тёща. – Пусть уходит.

– Это чё, твоя мать, да? Вновь задал вопрос Александр.

– Это её мать, мать-её! – ответил Иван и пихнул локтем визжащей тётке под ребра. Та тут же выпрямилась и затихла, видимо смирилась с его присутствием. А может быть этому поспособствовал Александр, зажавший ей рот и ласково погрозивший пальцем, мол, низзя нарушать тишину в помещении, где лежат больные люди.

Остальные решили не рисковать спорить с двумя пьяными идиотами и старательно делали вид, что чересчур увлечены очередной любовной интрижкой на экране.

– Негодяй! – вполголоса, чтобы не услышали другие, произнесла тёща. – Какой же ты негодяй!

– Сама негодяй! – обиженно надулся Иван. – Чего обзываешься?

– Как ты мог так поступить с мамой? – заревела жена. Слезы покатились градом.

– А чё я сделал? – удивился Иван. – Чё, и пошутить нельзя? Откуда я знал, что она такая дура? Нет, ну знал, конечно, но не до такой же степени!

– Надя-а, – позвал ее Александр. – Собирайся, поехали ко мне. Повеселимся, потанцуем.

– Вы что?! – возмутилась тёща. – Куда ей сейчас?! И кто вы, собственно, такой?

– Я кто такой? – недоумённо спросил бандит. – Да любая собака знает, кто я такой, а ты, собака, не знаешь?!