Экстрим ненависть
Шрифт:
— Слушай, Ветхий, а у тебя борзометр ещё не зашкаливает? Ты помнишь вообще, что за борзоту бывает.
— Все я помню, так свяжешь меня с Интеллигентом или нет?
— Ну, смотри, я предупредил.
Не нужно его предупреждать. Сам прекрасно понимал, чем рискует, но рискнет ещё больше, чтобы вытащить Алексу из этого осиного гнезда.
— Что ты хотел? — голос у Интеллигента слабо сказано недовольный. — Я думал, мы все решили.
— Я тоже так думал.
— Что за наезды, дорогой мой, давно по голове получал?
— Получу ещё, если посчитаешь нужным.
— Если так, то выкладывай, — недовольно буркнул Интеллигент.
Ветхий в общих чертах обрисовал ситуацию.
— Что я тебе могу сказать, не вздумай погром устраивать. Ты не прав будешь. Здесь тебе помочь не могу. Что Виталий тот жив — мои бока, но там я бессилен.
— А если они будут не правы? — дрожащим голосом спросил Ветхий.
— Не знаю, как ты это провернешь, но в таком случае даю добро на любые разборки.
— Это я и хочел услышать.
— Если твоя Алекса выкрутиться — я хочу её видеть за нашим столом. Девчонка должна денежки отработать, которые тогда упустила. И на этот раз Ветхий ты её не отмажешь. Сильно борзый стал, дорогой мой.
— Хорошо, обещаю, что Алекса будет играть.
— Лады, отбой.
Ветхий какое-то время слушал короткие гудки, обдумывая ситуацию. Конечно, ни на что особо не надеялся, но попытался. Теперь все зависит только от него самого. Вернулся в зал и решительно направился к Игроку.
Сашка просто расцвела, но он изо всех сил старался не обращать внимание и мысленно просил её не смотреть с такой надеждой. Игрок, видимо, не ожидал его присутствия. Неуверенно пожал руку и бросил злой взгляд на Сашку. Мерзкий тип! Ветхий его презирал, да что там они все тихо презирали эту группировку.
— О, Ветхий, — протянул Игрок. — Не ожидал тебя тут увидеть…
— Ещё бы, — Ветхий скривился. — У тебя мой игрок.
— Алекса? Так она сама попросилась, я-то причем здесь. Хочешь, спроси сам.
Под давлением и красноречивыми взглядами Саша кивнула.
— Ты наезжать приехал?
Ветхий пожал плечами и сделал вид, что ему все равно.
— Угрожающий тон прибери, — буркнул Ветхий. — Она уже давно не играет у меня, так что как-то по барабану. Я не за этим здесь.
— А зачем?
— Ты удивляешь меня, приехал играть…
Игрок не ожидал такого поворота, застыл с открытым ртом.
— Играть? — переспросил он. — И кого выставляешь?
— Себя, — оскалился Ветхий. — Или есть какие-то проблемы?
Он специально повысил голос, намекая на неприятности со своей группировкой.
— Вообще-то все раньше заявлялись на участие.
— Да, — протянул Ветхий. — Ну, если так, думаю, надо навестить здесь знакомых, все равно время где-то надо убить.
Игрок понял скрытую угрозу. Не дурак, понимает, что, отказав в игре Ветхому, спровоцирует ссору с Интеллигентом. И за это его по головке не погладят. Короче, загнал Ветхий подельника в ловушку, в которую пару минут попался сам.
— Для тебя найдется место за столом, — процедил сквозь зубы Игрок.
— Ой, как замечательно, — фальшиво улыбнулся Ветхий.
Теперь нужно выиграть — это единственный шанс увести отсюда Сашку…
…- Ты зачем Ветхого за стол пустил? — прошипел Виталий Игроку.
— Мне не нужны проблемы с Интеллигентом. Здесь наши бока будут и за это нас не пожалуют.
— Если он выиграет…
— Он не выиграет. Да, Сашенька?
Саша вздрогнула от его вопроса. До сих пор провожала Ветхого взглядом и не понимала, почему он так поступает. Предает в такой момент. Слезы навернулись на глаза, но она тут же подавила их. Что ж последняя надежда умерла, остается только выигрывать пока сможет и искать как освободиться.
9
Итак, всего шесть столов и шесть игроков за каждым. Игра до тех пор, пока за каждым из столов не останется один игрок. После, лучшие сойдутся для решающей игры. Обычный покер. Две карты на руках, пять карт флопа, если игроки сделают необходимые ставки, чтобы открыть их все. Менять карты нельзя. В общем, все как всегда. Сдают, правда, крупье, но Саше об этом известно. Её давно посвятили в подробности. Шулерство здесь только на уровне подмены карт, колоды новые, не крапленые. При таком масштабе соблюдается видимость честной игры, но в крышке стола запасная колода, которую Саша ловко засунула туда, как только жребий определил её место. Ветхий за другим столом. Зато напротив тот мерзкий Колобок. Сидит, ухмыляется, отпускает пошлые шуточки. Саша поклялась себе разбить его в пух и прах.
Игроки расселись, игра началась. Как оказалось, Колобок не плохо играет. Не зря называл себя лучшим. Саше пришлось попотеть, чтобы выбить его из игры. Её победа заставила всех удивленно охать. Наверное, тотализатор устроили, и этот Колобок был фаворитом. Её соперник покраснел весь, пар из ушей сейчас повалит.
— Сука, — прорычал он, когда Саша забрала последний банк и осталась за столом одна.
Она выиграла этот раунд. Но впереди игра посложнее. За другими столами постепенно оставалось по одному игроку. Скоро решающий бой.
Ветхий последний раз играл очень давно, но постоянно упражнялся с картами и знал все тонкости игры. Ему было нелегко, плюс, наверное, то, что умеет замечать блеф. Только на этом и выезжал, пару раз едва не вылетел из игры, но все-таки умудрился выиграть. Впереди игра посложнее. Его провели к столу и усадили напротив Алексы. Их взгляды встретились, и Ветхий отшатнулся от неприязни, которой она его окатила. Твою мать! Не так все поняла. Зря её всегда охранял от того мира, нужно было почаще лбом сталкивать, чтобы понимала все нюансы и не смотрела волком на того, кто пытается помочь. Опекал чересчур — вот теперь получай! Сашка, Сашка… точно для пользы дела нужно было пару раз тебя наедине с проблемами оставить, чтобы хоть немного уяснила законы их мира. Жалел, и вот она опять волком смотрит и играть будет отчаянно. И Алексу ему не обыграть.
Саша как будто издевалась над ним. Несколько раз вытягивала, когда уже проигрывал, взвинчивала ставки с плохой картой, заставляя пасовать соперников и оставляя Ветхого в выигрыше. Планомерно выбивала остальных соперников. Короче, за столом они остались вдвоем. И Ветхий прочитал приговор себе в её глазах. Выругался про себя. Да, как она не понимает, что его выигрыш — лучший выход из ситуации. Игра была жесткой. Саша пыталась жульничать, но Ветхий едва заметно погрозил пальцем. Ей пришлось играть честно. Он же знал все фокусы своей Алексы и легко мог её сдать. Их игра затянулась на час. Ветхий пытался, как мог. Но Алекса была сильнее.
Сливай игру, Саша, — умоляли его глаза. Но Алекса слишком давно привыкла считать его отрицательным героем, поэтому и играет, как в последний раз. Ветхий решился. Сейчас или никогда. В честной игре с Алексой он может выиграть, только если смухлюет. Он поменял карту и поднял ставку. Лицо Саши осталось бесстрастным, но Ветхий был один из немногих, кто видел, как она прикусывает внутреннею часть губы, в моменты напряжения или, когда не может понять противника. И сейчас она не понимала маневра Ветхого. Знала, что у него плохие карты, в этом был уверен. Только теперь комбинация там посильнее её сложится.