Чтение онлайн

Задумчиво верчу в пальцах короткую арбалетную стрелу. Странное какое-то покушение. Исполнитель покончил с собой сразу же – раз. Канстер в качестве орудия убийства – два. Яд, который я так и не смог опознать, – три. Место покушения – какой-то неприметный постоялый двор в дне пути от столицы – четыре. Ладно, место покушения еще как-то объяснить можно: заметили нас на отдыхе, просчитали примерный маршрут или следили от Золотого Берега, а вот все остальное… Нет, знаю я одну любительницу экзотических ядов, чья гвардия вооружена канстерами, но с баронессой Хольца мы не пересекались в интересах уже много лет. Или пересекались, но неявно? Тут нужно все хорошенько обдумать, посоветоваться с Тин, Карлом и остальными. Смущает еще и то, что наконечник очень уж нехарактерный и явно заговоренный.

Смутное ощущение, что кто-то пытается работать «под Хольца». Опять же зачем? Вскочив, принялся мерить кабинет шагами – так легче думается. При любом покушении в голове сразу всплывает имя тай-Пантусов, благо не раз уже пытались. Но чтобы сработать так, нужно знать леди Тарину достаточно хорошо, а в этом сэр Грегор вроде как и не замечен. Или это все совпадение (канстеры хоть и редкая игрушка, но есть не только у меня и Хольцев) и мои домыслы? Пытаясь успокоить мысли, застываю на месте, кончиками пальцев проводя по холодной стали одного из висящих на стене мечей. Нет, не «одного из» – шедевра моей коллекции. Пожалуй, даже, шедевра в первом значении этого слова. Моего экзамена на Мастера, моего творения, моего Меча. До сих пор не могу налюбоваться, в голову лезут строки древней касыды мечу. Насчет «тонок и длинен» – неправда, но по-своему изящен. Форма довольно своеобразна в силу особенности нанесенных узоров, и выглядит меч зловеще еще и из-за цвета (черный, конечно же черный!).

Долго думал, какое дать имя клинку, но потом задушил собственную романтичность, отдающую пафосом, и оставил просто – меч. Всего лишь кусок железа для выпускания кишок противнику. Пусть и шедевр с точки зрения артефакторики, без лишней скромности. Жаль, не удалось вплести сюда одну интересную задумку на стыке магии крови и разрушения, но лучшее, как говорится, враг хорошего. Попробую в другой раз.

Собственно, доработкой плетений я весь отдых и занимался. Золотой Берег – излюбленное место отдыха литийских аристократов – мне понравился своей умиротворенностью и неспешностью, но вот яркое солнце все еще вызывает дискомфорт. Так что пока моя возлюбленная загорала, я трудился в тиши кабинета, а вечерние приемы мы уже посещали вместе. В следующий раз отправлю Тиану одну. А то мало того, что отдых не в удовольствие, так еще и, пока нас не было, рабы на руднике устроили мятеж. Годвер и Карс сработали четко, да и дружинники показали, что не зря получают свои деньги, но вот двенадцать парней уже не вернешь. Пусть это и были всего лишь новобранцы, но все равно жалко.

Размышления прервал стук в дверь.

– Мэтр, там какая-то женщина требует встречи с вами. – Ученик у Йохана пока несколько бестолковый, но старательный. – Точнее, она хотела видеть хозяйку, но я не решился беспокоить леди.

– Проводи сеньору сюда, – быстренько прибираю на столе, пряча магические расчеты и часть документов.

– Приветствую, сеньора… – встаю навстречу гостье. – Что привело вас ко мне?

Паузу дама проигнорировала. Ладно, пока обойдемся без имени.

– Не к вам. В этом доме нужна моя помощь.

Медленно обхожу гостью, рассматривая со всех сторон. Немолодая, но статная и еще довольно красивая. Так, наверное, будет выглядеть Софья лет через десять-пятнадцать. Волосы каштановые, без следа седины, и я уверен, что это не краска. Амулет на шее проясняет ситуацию, но мне достаточно и запаха корицы, от которого хочется чихать. Нет, не сама богиня – посвященная, и из особо приближенных. Как бы не аватар или «сосуд бога», как их тут называют. Впрочем, в тонкости взаимоотношений местных богов и их служителей особо я не лез – других проблем хватает.

– Почтенная дейта умеет принимать роды? – использую полузабытое обращение к жреческой касте.

– Я служительница богини плодородия и материнства. – Таким тоном объясняют что-то маленьким детям. Очень глупым детям. – Да, я умею принимать роды.

Беспокойство за любимую, с каждым месяцем все туже сжимавшее сердце, поежилось под робким лучиком надежды.

– Даже у демонов?

Ага, мне таки удалось поколебать ее самоуверенность! Ответ следует после некоторой паузы:

– Если богиня привела меня сюда, значит, я справлюсь.

Надежда терзала сердце пополам со страхом.

– В долине нет храма Матери. Если все пройдет хорошо – вы станете его настоятельницей.

– Как пожелает богиня. Решать это не в вашей власти.

– Но в моей власти отблагодарить ее, построив дом, в котором богине будет уютно.

Женщина задумчиво кивнула. Я почти уверен, что Кайтана не откажется от подарка, но привычка не доверять богам все еще не дает расслабиться окончательно.

Мэтресса Тамина (дейта соизволила-таки назвать имя) легко вписалась в размеренную жизнь замка. Неприязненное отношение к мужчинам (или только ко мне?) компенсировалось поистине материнской заботой при общении с детьми и женщинами. Но большая часть ее внутреннего света доставалась именно Тин, и за это я готов был простить многое. Правда, будь ее воля, служительница вовсе запретила бы мне видеться с женой, но тут уж я уперся. Как бы ни была неприятна для дейты моя аура, будущему ребенку (моему ребенку!) она не повредит, а значит, я сколько угодно могу разговаривать с сыном и слушать, как он толкается там, внутри.

В день родов меня выгнали из спальни и вообще с этажа, так что я метался по кабинету под сочувственными взглядами своих офицеров. Тео сбежал на перевал, якобы с инспекцией, да и черт с ним – пусть сам разбирается в своих чувствах. Карл подчеркнуто вежлив, но вот утешитель из него… Сафира помогает наверху. Правда, Васкар, Карстен и Бол стараются за семерых. Они-то не слышат того, что происходит в спальне! А вот я не могу не прислушиваться и хоть мало что понимаю, но все равно нервничаю. Вино, которое пытался влить в меня Бол, не действует совершенно.

Крик младенца услышали все и, переглянувшись, ломанулись к выходу. Столкнувшись с Годвером плечами, мы попросту вынесли косяк. Сафира, как раз выходящая из дверей спальни, попыталась преградить мне дорогу – тщетно. Не сбавляя скорости, проскальзываю под рукой и врываюсь в комнату. Краем взгляда отмечаю Тамину в углу, возле столика, но внимание сейчас приковано к бледному лицу в ореоле рассыпавшихся по подушкам темно-рыжих волос. Упасть рядом на колени, заглянуть в глаза.

– Как ты, сердце мое?

– Все хорошо. Устала немного.

Не просто устала. Лицо изможденное, бледное, но умиротворенно-счастливое. В ауре – какая-то дикая буря, но, видимо, так и нужно, раз ни роженица, ни акушерка не показывают волнения. Сердце вдруг заполняет какая-то беспредельная нежность, и я не знаю, как ее выразить, просто не в силах оторвать взгляд от любимой, утопая в ее глазах.

– Барон, мэтр, да придите же вы в себя! Вам нельзя здесь находиться! – Сафира в гневе и пытается оттащить меня от кровати.

Годвер, Бол и даже Карл маячат на пороге, не решаясь войти.

– Вот, посмотрите на сына. С ним все в порядке, здоровый и крепкий малыш. – Тамина демонстрирует мне некий сверток, правда издалека. – И покиньте наконец комнату!

Ладно-ладно, не нужно на меня так смотреть, уже ухожу.

– Все прошло хорошо. – Сафира с нами в кабинете, все еще поглядывает недовольно, но где-то в глубине ауры – понимание и одобрение. – Роды были на удивление легкими, ребенок здоров. Леди тоже ничего не угрожает, и через пару дней она будет в полном порядке.