Чтение онлайн

— Летящие кинжалы.

Перекат.

— Удар кинжалом вблизи.

Перекат.

УДАР!

Маргит, иллюзия полубога, по чьему телу прошёлся окровавленный клинок, тут же отпрыгнул назад, отправив в Погасшего кинжал, сотканный из благодати. Неожиданная, подлая, грязная атака могущественной иллюзии.

Мужчина, впрочем, увернулся от неё столь же плавно и естественно, будто он делал это уже сотни и тысячи раз.

На поле битвы, у самих ворот в Замок, наступила гнетущая тишина.

На лицо Мелины вылезла лёгкая улыбка.

Она давно была уверена, но сейчас, видя, как иллюзия полубога испуганно отступила от её избранника, её уверенность достигла совершенно нового уровня, граничащего со слепой верой.

Хотя, над некоторыми вещами ещё предстояло много работы…

Нефели не могла поверить своим глазам. Она впервые видела подобную технику. Столь плавную, столь отточенную. Каждое движение новичка показалось ей вершиной искусства… искусства чего-то.

Она начала понемногу понимать, какой силой нужно было обладать, чтобы в одиночку прорваться в защищённый Замок.

Маргит, удивлённо схватившись за бок, из которого потекла фальшивая кровь, рассыпающаяся благодатью, быстро пришёл в себя, иначе взглянув на казавшегося на его фоне хрупким человека.

Он больше не собирался быть беспечным. Не должен был быть изначально, Погасшая душа быстро напомнила ему это.

Константин вновь навёл на полубога меч, скептично приподняв бровь.

— Неужели твои атаки с задержкой распространяются и на это [30] ?.. Удар в прыжке!

Перекат.

УДАР!

Возмущённая иллюзия, словно желая подтвердить слова будто бы всезнающего Погасшего, прыгнула, направив гигантскую трость, словно копьё, в мужчину, от которой тот увернулся не менее легко, чем от остальных ударов, оставив на иллюзорном теле очередной порез.

И это было лишь началом.

— Взмах тростью!

Перекат.

— Комбо!

Перекат.

— Трость и кинжал, прыжок, трость!

Перекат!

Нефели не могла поверить в то, что видела перед собой. Нет, она даже не могла сказать, что видит. Движения Ужасного Знамения были слишком быстрыми, он, словно поток ветра, на скорости, многократно превосходящей людскую, проносился за безумцем, который предугадывал и даже находил силы комментировать действия иллюзии полубога, словно мастер, обучающий предсказуемого ученика.

Погасший не был таким же быстрым, как иллюзия полубога, что не мешало ему буквально проскальзывать мимо разъяренного Знамения, нивелируя разницу в силе мастерством, превосходящим здравый смысл.

Перекаты. Вершина искусства.

Иллюзия полубога чувствовала всё подступающее бессилие. Как бы он не пытался добраться до ловкой букашки — всё было бесполезно, с ним словно игрались, идеально предугадывая каждое его действие, умудряясь с каждой его ошибкой оставлять на иллюзорном теле всё больше и больше неиллюзорных ран. Обработанное особым образом оружие могло нанести вред и тому, что даже материальным в полном понимании этого слова не было. Благодать постепенно покидала сотканное из неё тело, всё сильнее грозясь его развеять.

В каком-то смысле это заставляло Морготта даже уважать мерзкую Погасшую душу. И с каждой его ошибкой — уважать всё сильнее.

Но самым удивительным полубог находил не это.

А то, что Погасший, кажется, совсем не желал ему зла. Он не испытывал страха, сохранял ледяное спокойствие и даже позволял себе улыбнуться, словно устроив с ним обычную дружескую дуэль. Да, пусть его тело всё больше истекало фальшивой кровью, приближая скорый конец, было очевидно, что безумный Погасший знал его секрет. Тот, кто столь хорошо знал его стиль боя, не мог не знать.

Упомянув следующий поединок в самом начале, он фактически прямо это сказал!

В какой-то момент окровавленный полубог понял, что ему придётся показать всё, на что было способно его сотканное из благодати тело. Скорее всего иллюзия рассеется после этого, но…

Даже если он и не победит, то должен показать мерзкому Погасшему, на что способна проекция того, кто носит титул полубога. Частичку настоящего могущества.

Константин и Морготт вновь встали друг напротив друга, взяв передышку. Мужчина, только увидев, что полубог захотел остановиться, тут же прекратил атаковать его.

Пусть он и был безумен, Погасший не был лишён благородства и это вызывало у иллюзии полубога сложные эмоции.

Через эту битву Морготт чувствовал от Погасшего дружелюбие, которое не испытывал, кажется, от представителей собственного золотого рода.

В конце концов, он был обычным проклятым уродом, чьи драконьи атрибуты вызывали ненависть у всего Междуземья, несмотря на всю его верность Золотому Порядку.

— Что ж, — медленно произнёс полубог, проецируя свои атаки с задержкой и на свою речь. Костя едва сдержал усталый вздох. — Я впечатлён твоим мастерством. Должно быть, в твоих жилах и правда течёт кровь воина, Погасшая душа.

— Константин, — перекинул в другую руку меч мужчина, разминая кисть.

Иллюзия полубога кивнула, пообещав запомнить это имя, даже если мерзкий Погасший сейчас падёт.

— Константин из Погасших! — воскликнул Морготт, сформировав в руке гигантский золотистый молот. — Я запомню тебя.

Нефели едва сдержала дрожь. Сила золотого молота была столь ощутимой, что воздух вокруг него задрожал. Силы этого молота было достаточно, чтобы раскрошить не только тело Погасшего, но и покалечить его душу.

Даже она, гордая воительница, задумалась бы над тем, чтобы отступить. Так учил её приёмный отец и разумом она понимала, что так правильно. Но сердце воина требовало другого.

И Константин показал то, на что сама Нефели не была способна.

На лице мужчины не дрогнул ни единый мускул. Он вообще не показал никакого страха, с ледяным спокойствием смотря на Ужасное Знамение.

Своим взглядом он словно приглашал Морготта напасть.

И полубог не мог отказать мерзкой Погасшей душе, замахнувшись молотом.