Чтение онлайн

До сих пор все применяемые для этой цели вещества, вплоть до спирта, оказались негодными. Как видите, лучшим взрывчатым веществом явился радий. Случайно мы поместили его в сосуд, заостренный с двух сторон. В нижнем конце его имеется отверстие.

Здесь атомы радия приходят в соприкосновение с воздухом и распадаются… И вот этот непрерывный поток частиц атомов толкает металлическое тело вперед с изумительной быстротой.

Это межпланетная ракета, но, увы! — она бесполезна для человечества…

Возможно, что через несколько часов астрономические станции сообщат о пролете какого-то метеора…

Мы не спуская глаз наблюдали за этим изумительным зрелищем. Метеор летел все быстрее и все светлее становилось вокруг него. Затем мы увидели в высоте сноп пламени и услыхали какой-то свистящий звук, производимый быстро падающим предметом. Мы не успели опомниться, как этот предмет уже лежал невдалеке от нас, посреди цветущего сада.

Холльборн первый бросился к нему и крикнул:

— Аэроплан!

Я вздрогнул:

— Аэроплан дяди?

Через минуту мы уже стояли над грудой обломков, извлекая из-под них неподвижно распростертое на земле тело. Очевидно ракета столкнулась с аэропланом и дядя был выброшен из кабинки. Лицо его было бледно и залито кровью.

Холльборн, встав на колени, приложил ухо к его груди:

— Он жив!.. Кажется все цело… Он дышит спокойно, на губах нет пены. Но… я предпочел бы, чтобы он сломал себе руки и ноги, чем это…

Он указал на большой кусок железа, лежавший возле головы дяди.

— У него поврежден череп. Тут я бессилен!..

Я вскрикнул в отчаянии:

— Что же нам делать? Врача у нас нет… До центральной станции далеко… Аэроплан наш разбит, автомобиля у нас нет… Что делать, Холльборн?

Холльборн, не отвечая, взбежал на вершину холма, приставил руки ко рту и три раза крикнул. Это был тот пронзительный крик, которым дядя призывал вождя людоедов Мормора.

Холльборн подождал с минуту и крикнул снова.

На этот раз ему ответили из чащи леса таким же пронзительным криком.

У меня затеплилась слабая надежда.

Я вспомнил, что иногда дикари очень искусно перевязывают и лечат раны. Дядя начал тихо стонать. Лицо его покраснело. У него начиналась лихорадка.

Я стоял на коленях, вглядываясь в это дорогое, за несколько минут так изменившееся лицо. Гордые губы были беспомощно сомкнуты и опущенные веки тихо вздрагивали.

Я услышал голоса. Из лесу шел Холльборн с двумя дикарями, пестро раскрашенные тела которых были украшены затейливой татуировкой. Один из них был помоложе, другой постарше. Над головой старшего развевался целый веер из перьев, в руках дикари держали лук и стрелы. Я знал, что острия этих стрел напитаны смертельным ядом, который добывается из корней каких-то растений.

Дикарь с перьями на голове подошел к дяде, осторожно ощупал его и что-то сказал Холльборну.

Я разобрал только два слова: «агала» и «Тена-Инжит». Я знал, что под именем «агала» — господин подразумевался дядя, а второе слово было именем того заклинателя, который всегда сопровождал Мормора, когда тот приходил к нам.

Оба дикаря, поговорив друг с другом, помчались в лес.

— Они помогут нам?

Холльборн кивнул головой:

— Они сделают, что могут. Каждая минута дорога. Врача у нас нет. Не остается ничего другого, как довериться туземному врачу.

Мы замолчали…

Раненый лежал неподвижно и тихо стонал.

Прошло несколько тягостных минут. Я не сводил глаз с опушки леса, но Тена-Инжит появился с другой стороны и совершенно неожиданно очутился возле меня, К моему изумлению, этот человек, которого я привык видеть изукрашенным всевозможными перьями и побрякушками, был теперь чисто-на-чисто вымыт и абсолютно гол. В руке он держал маленький пакетик, тщательно завернутый в зеленые листья.

Лицо его было строго и серьезно. Он опустился на колени возле дяди и быстрыми, ловкими движениями ощупал его голову. Затем он подозвал знаком двух молодых дикарей; они были также чисто вымыты и совершенно голы. Пока Тена-Инжит поддерживал голову дяди, они осторожно укладывали раненого на сплетенные из веток носилки, потом принесли несколько кокосовых орехов, наполненных какой-то жидкостью, которой все трое тщательно вымыли руки.

Холльборн шепнул мне:

— Своеобразная антисептика!

Жидкость содержала в себе нечто такое, что не дает ране загноиться.

(Окончание в след. №)

Молодой безработный инженер получил неожиданно для себя блестящее предложение отправиться на службу в Австралию, в так называемый „Пустынный город", владельцем которого является его родной дядя мистер Шмидт. Неисчерпаемым источником богатств дяди служит гора Руссель, которую он вместе со всем участком земли купил у австралийского правительства и в которой он открыл залежи радия.

Мистер Шмидт замышляет с помощью радия, электричества и лучевой энергии сделать пустыню плодородной страной. Австралийское правительство, желая вернуть себе богатства горы Руссель, объявляет войну "Электрополису" (так называется теперь "Пустынный город"). Однако ни один вражеский аэроплан не может проникнуть через завесу из лучей Риндель-Маттью, которой окружен "Электрополис". Война окончена и мастер Шмидт уезжает по делам в Сан-Франциско. В это время несколько инженеров, работавших в „Электрополисе", решили похитить из горы Руссель радий. Заговорщикам удается проникнуть к горе, но здесь они делаются жертвами страшного взрыва. Во время взрыва один из хранившихся в горе сосудов с радием превратился в межпланетную ракету. Поднимаясь в воздух, ракета сталкивается с аэропланом, на котором возвращается мистер Шмидт. Он получил тяжелее ранение. Чтобы спасти его жизнь, Холльборн вызывает туземного врача Тена-Инжит.

Тем временем Тена-Инжит вынул из своего свертка два тоненьких кремешка, две заостренных раковины и несколько рыбьих «костей». Все эти «инструменты» он тщательно вымыл в той же кокосовой жидкости.

Я был поражен, как чистоплотен и опрятен стал вдруг этот человек, которого я всегда видел вымазанным какими-то красками… Как рассчитаны, ловки и уверенны стали его движения.

Сперва он сделал длинный поперечный разрез раны, приподнял края ее двумя крючками, как пинцетом, и осторожно вынул из раны раздробленные кости…

Глухой стон больного не прекращался.

— Мозг не пульсирует! Туда проникли частицы костей… — шепнул мне Холльборн.

— Значит все кончено?

— Тише, подождем…

Тена Инжит снова нагнулся над раной и осторожно извлек оттуда еще несколько осколков кости.

Я увидел слабое пульсирование мозга.

Заклинатель взял большой лист банана, промыл его в кокосовой жидкости, согрел над разложенным огнем костра и приложил к ране, края которой быстро и искусно затянул. Затем забинтовал голову дяди волокнами какого-то растения, которое ему подавали его «ассистенты».