Чтение онлайн

Мы кратко обозначили некоторые особенности психологии юношеского возраста на современном этапе, но есть и старые проблемы. В этом возрасте отношения молодого человека с окружающими обостряются и в силу биологических причин. Изменение гормонального обмена вызывает у подростков и юношей повышенную возбудимость и раздражительность. Дисгармония физического и психического облика проецируется молодым человеком на окружающий мир, который воспринимается им как особенно напряженный и конфликтный. Половое созревание пробуждает желание нравиться, вызывает повышенный интерес к своей внешности, внезапно обостряя проблему малого или слишком большого роста, комплекции, прически, одежды. Поэтому внешний мир представляется для юноши более конфликтным, чем для зрелого человека, а трепетное отношение юноши к одежде и внешности, способность вознести их значимость на необыкновенную высоту уже забыты взрослыми и потому раздражают их.

Юноша и тем более подросток легко идеализируют окружающих людей и отношения между ними, но быстро в них разочаровываются, как только обнаруживают неполное соответствие предвзятому и завышенному идеалу. Такой максимализм — следствие стремления к самоутверждению, он порождает так называемую черно-белую логику. Черно-белая логика, максимализм и малый жизненный опыт приводят молодых людей к преувеличению оригинальности собственного опыта. Им кажется, что никто так не любил, не страдал, не боролся, как они. Однако их родители, находясь во власти вкусов и привычек собственной молодости, абсолютизируя и считая единственно правильными только свои привычки и вкусы, не подают примера разумного отношения к действительности, основанного на трезвой оценке значимости событий, возводя в ранг проблемы вопросы о ширине брюк, длине волос, манере танца, стиле музыки и песен. Эти проблемы стары, как мир. Еще Аристофан в комедии «Облака» описывал конфликт между рассудительным, благонамеренным отцом и легкомысленным длинноволосым сыном. В ответ на просьбу отца спеть что-либо из древних авторов — Симонида или Эсхила — сын называет этих поэтов устаревшими и ходульными. Когда же сын обращается к современному искусству и читает монолог из Еврипида, старик выходит из себя, видя в нем безвкусицу и безнравственность

Взрослых иногда возмущает или, в лучшем случае, удивляет желание юношей одеваться и вести себя, «как все», даже в ущерб собственной привлекательности и материальным возможностям. В этих поступках проявляется повышенная значимость для них чувства принадлежности к определенной группе: учебной, спортивной и т. д. А для того чтобы быть вполне «своим» в группе, нужно выглядеть, как все, и разделять общие увлечения. Внутренний мир другого человека можно понять только при условии внимания и уважения к нему, принимая его как независимую достойную личность со своими взглядами и своим жизненным опытом. Вот как звучит самая распространенная и совершенно справедливая жалоба юношей и девушек на родителей: «Они меня не слушают!»

Спешка, неумение и нежелание выслушать собственного ребенка, вникнуть в то, что происходит в сложном юношеском мире, неспособность взглянуть на проблему с позиции молодого человека, самодовольная уверенность в непогрешимости своего жизненного опыта — все это может создать психологический барьер между родителями и детьми. Этот барьер может укрепляться как со стороны родителей, так и со стороны детей. У родителей может возникнуть представление, что для их ребенка не существует никакой системы ценностей, что, естественно, не сближает. Почему возникает такая пугающая иллюзия? Когда родители неспособны воспринимать своего ребенка, теперь уже юношу, как самостоятельную личность и в семье отсутствует взаимопонимание, то юноша придает гипертрофированно большое значение своему общению со сверстниками. В том случае, когда семья юноши и значимая для него группа сверстников, с которой он общается, ориентируются на различные системы ценностей, ценности семьи отрицаются, что и создает впечатление, что у юноши не существует вообще никаких ценностей. Эта иллюзия — следствие односторонности и ограниченности родителей, слишком долго воспринимающих своих детей как несамостоятельных и нуждающихся в мелочной опеке.

Родители возводят барьер между собой и ребенком и тогда, когда злоупотребляют этическими требованиями, внушая, что все остальные люди, кроме него, добродетельны. Здесь, как говорил В. А. Сухомлинский, «неприкрыто торчат ослиные уши воспитательного замысла, поскольку дети видят, что это вовсе не так». Такие поучения отталкивают молодежь, которая особенно чувствительна ко всякому несоответствию между словом и делом. Требование исполнения нравственных норм воспринимается без внутреннего протеста, если при этом говорится, что пока еще не все люди нравственны, но прилагать усилия к повышению собственной нравственности необходимо. Не надо бояться серьезно обсуждать с подрастающими детьми негативные стороны жизни. Ведь они должны стать борцами, а не конформистами-приспособленцами.

В. А. Сухомлинский писал: «Я горжусь своим педагогическим кредо: моими любимыми воспитанниками являются не послушные и безропотные, готовые со всем соглашаться, а своенравные, волевые, беспоконные, иногда проказники и шалуны, но бунтари против зла и неправды, готовые отдать голову на отсечение, но отстаивать принципы, которые стали неотделимы от их личности. Надо бережно хранить и заботливо лелеять ростки души, готовой к мужественному и бескомпромиссному труду, к борьбе за правду, благородство» [257].

Юноша живет будущим, для него настоящее — только подготовка к другой, подлинной взрослой жизни. Это облегчает ему переживание неприятностей, позволяя относиться к ним с легким сердцем, но с этим же связано и пониженное чувство ответственности. Зрелость у человека наступает тогда, когда он понимает, что жизнь не знает черновиков, что все делается окончательно. Преодоление этих иллюзий побуждает зрелого человека на определенные усилия для реализации жизненных планов.

Способность к длительным и целенаправленным усилиям в значительной мере зависит от структуры и значимости поставленных человеком целей. Огромное значение развитию мотивов широкой временной перспективы придавал А. С, Макаренко. Он писал: «Чем старше возраст ребенка, тем дальше отодвигается обязательная грань ближайшей оптимистической перспективы… Человек, определяющий свое поведение самой близкой перспективой, есть человек самый слабый» [179]. Характерные для детского возраста особенности мотивации нередко проявляются в видоизмененной форме у «неблагополучных» взрослых. Короткая временная установка мотивации, тенденция «жить сегодняшним днем», «плыть по течению», жить без перспективы, пользуясь тем, что «плывет в руки», — вся эта жизненная стратегия характерна для лиц узкоэгоистичных, безвольных.

Б. М. Теплов [261] ввел различение «короткой» и «дальней» мотивации. В том случае, когда мотивы связаны только с ближайшим будущим, говорят о короткой, если мотивы относятся к далекой перспективе — о дальней мотивации. Ее определяет отношение человека к своей деятельности, к тем трудностям, с которыми он сталкивается по ходу ее выполнения. При короткой мотивации даже незначительные трудности могут вызвать у человека желание уйти от них, сменить деятельность, например поискать более простую работу. Только дальняя мотивация создает такое отношение к труду, для которого характерны настойчивость, воля и упорство в преодолении трудностей. Вслед за Н. Рерихом можно повторить:

«Не стройте себе маленьких планов, они не обладают волшебным свойством волновать кровь!»

Основы современного исследования психологии взрослых людей заложил Эриксон [336], выделив три стадии в ее развитии. Центральный психологический момент в ранней зрелости (25–35 лет) — установление интимности, близких личных связей с другим человеком. Если человек потерпел неудачу в интимном общении, то у него может развиться чувство изоляции, ощущение, что ни на кого в целом мире он не может положиться, кроме себя.

В промежутке от 35 до 45 лет (средняя зрелость) — время переоценки целей и притязаний. В эти годы часто испытывают кризис середины жизни, который ощущается как внезапное осознание, что полжизни уже прожито. Оно соединяется с вопросами, что достигнуто и что в действительности означает жизнь. В этот момент своей жизни человек нередко начинает отдавать себе отчет в том, что он не достиг целей, поставленных когда-то перед собой, и, вероятно, никогда их не достигнет и даже, если он их достиг, все равно может испытывать разочарование. Кризис середины жизни определяется расхождением между мечтами, поставленными в молодости целями, и действительностью. Поскольку мечты часто нереальны, оценка достигнутого может оказаться окрашенной негативно. Тогда человек начинает мрачно смотреть на жизнь и считать, что «уже поздно что-либо менять» и «уже не успеть».

Центральная тема в средней зрелости — генеративность — желание повлиять на следующее поколение через собственных детей, через практический или теоретический вклад в развитие общества. Генеративность определяет способность оглянуться вокруг, заинтересоваться другими людьми, стать продуктивным, что, в свою очередь, делает человека счастливым. Потерпевший на этой стадии неудачу имеет тенденцию оказаться поглощенным только самим собой. В этом возрасте человек формулирует свою точку зрения о внешнем мире, его будущем и о своем участии в нем. Осознав и оценив реальное положение вещей, наметив с учетом этого новые цели или скорректировав старые, человек, подходящий к себе доброжелательно и здраво, благополучно преодолевает этот перевал и с новыми планами вступает в следующий период своей жизни.