Чтение онлайн

Матросы равнодушно смотрели на это знакомое им явление, и только юнга, совершавший далёкое плавание в первый раз, в изумлении остановился у борта.

– Что это такое?
– в недоумении спросила она капитана, указывая на море.

– Море горит! ответил он с улыбкой.
– Этот свет происходит от микроскопических животных, называемых светоносками, которые местами в тропических морях попадаются в бесчисленном множестве. Они издают, как вы видите, красноватый фосфорический блеск, который от движения воды или дождя усиливается и становится таким ярким, что при нём можно даже читать книгу.

Елена попросила юнгу зачерпнуть ей это пылающей моды, и, когда тот, спустив ведро, стал поднимать его, падающие капли воды засверкали огненным дождём. В ведре же вода пылала тысячами огоньков, величиной с булавочную головку.

– Это восхитительно!
– в восторге воскликнула девушка.

Глава IV

Несколько дней спустя, Елена, сидя с отцом на палубе, читала ему книгу. Корабль, мерно покачиваясь, скользил по волнам, погоняемый лёгким ветром. Вдруг с передней палубы внезапно раздался крик: "Человек упал за борт!" Все бросились, к борту. Оказалось, что один из матросов упал в море. Капитан тотчас приказал спустить паруса и отрядил трёх матросов на помощь товарищу, который держался на волнах, работая руками и ногами. Матросы быстро спустили лодку и дружно схватились за вёсла. Но в ту же минуту все с ужасом заметили, как над волною внезапно мелькнули голова и треугольный плавник акулы; с неимоверной быстротой неслась она к несчастному матросу. Минуту спустя, над водою мелькнул могучий хвост чудовища, а в следующее мгновение раздался раздирающий душу крик, и несчастный матрос исчез под водой. Все оцепенели от ужаса; происшествие это произвело такое удручающее впечатление, что все долго не могли забыть его.

Наконец паруса были снова подняты, и корабль продолжал путь. Чтобы отомстить за несчастного товарища, матросы принялись приготовлять удочку громадных размеров. На железный крюк, привязанный к толстому канату, они насадили большой кусок мяса и бросили в море. Некоторое время они с нетерпением следили, не покажется ли где чудовище, затем каждый принялся за своё дело.

Но вот часа через три после прискорбного происшествия сбоку корабля вдруг раздался сильный плеск и шум. Матросы бросились к борту и увидели, что канат с приманкой сильно натянулся.

– Акула! Акула!
– в один голос крикнули они и дружно принялись тащить громадную удочку.

К великой радости матросов, вскоре над водой показалась голова морского хищника; в пасти у него глубоко засел железный крюк. Акула страшно извивалась во все стороны и с таким бешенством билась о борт корабля, что матросы ежеминутно опасались, что она сорвётся с крюка. Наконец с большим трудом вытащили они акулу на палубу.

Огромная пасть её, унизанная несколькими рядами длинных острых зубов, раскрывалась и закрывалась с такой ужасной силой, что, когда один из матросов всунул ей толстое полено, они затрещало у неё под зубами. Зеленоватые кошачьи глаза её сверкали бессильной злобой, и от времени до времени она била хвостом с такой силой, что могла бы убить человека. Во избежании несчастья, один из матросов осторожно подошел к ней сзади и ловким ударом топора отрубил хвост.

Между тем Елена заметила, что около корабля на поверхности моря всё время снуют две небольшие рыбки. Оказалось, что это были лоцманы, друзья и верные спутники пойманной акулы. Из описаний Елена знала, что рыбки эти всегда сопровождают акул, разыскивают для них добычу и приводят их к ней; сами же питаются крохами, которые роняет их сильный покровитель, под защитой которого они чувствуют себя в безопасности от других хищных рыб. По просьбе Елены один из матросов закинул удочку и через несколько минут поймал одного лоцмана. Теперь Елена имела случай вблизи рассмотреть этого верного спутника акулы. Это была очень красивая рыбка голубоватого цвета, с тёмной спинкой и серебристым брюшком.

Из всех животных, о которых Елена узнала во время плавания, её больше всего интересовали летучие рыбы. Случалось, что целые стаи этих рыб окружали корабль и, внезапно поднявшись на 2-3 сажени над водой, с каким-то особенным свистом быстро пролетали шагов сто, а затем снова исчезали в волнах. Нередко игра эта повторялась несколько раз подряд: едва успевала скрыться в воде первая стая, как вслед за ней стремительно поднимались вторая, третья, четвёртая.

От отца Елена знала, что если полёт летучек совершается в одном и том же направлении, то это признак, что они спасаются от преследования хищных рыб. Но ей также нередко приходилось наблюдать, что рыбки эти летали в разные стороны, перелетали одна через другую, по-видимому, забавляясь. Однажды Елена заметила, как подобная забава летучек привлекла нескольких буревестников, которые принялись охотиться за ними. Зрелище это было в высшей степени любопытно.

Летучки перепархивали с неимоверной быстротой и мгновенно скрывались под водой, так что буревестники, несмотря на свою изумительную ловкость, с трудом могли поймать несколько рыбок. Охота эта продолжалась недолго, потому что рыбки скоро скрылись в волнах. Одна из них упала на палубу, и Елена могла хорошо рассмотреть её, Спинка летучки была красивого светло-бурого цвета, бока светло-красные с серебристым отливом, а брюшко розовато-красное.

Однажды Елена сидела с отцом на палубе и читала ему вслух. Она так увлеклась чтением, что совсем не заметила, как солнце скрылось за тучей и подул свежий ветер. Вдруг она увидела, что на книгу и на стол посыпались сверху какие-то насекомые.

В изумлении вскочила она из-за стола и, не веря глазам своим, смотрела, как из тучи градом сыпались насекомые в море и на палубу.

– Папа, папа!
– воскликнула Елена.
– Кругом нас творится что-то необыкновенное! Из тучи сыплются живые насекомые! Это саранча, папа! Как могла она очутиться тут, среди океана?

– Это дождь из насекомых, друг мой, заметил старый моряк.
– Вероятно, где-нибудь далеко на берегу смерч налетел на тучу саранчи и, закрутив её, поднял к облакам, а там ветер подхватил её и унёс в море. Ведь ты знаешь, что ветер в верхних слоях дует сильнее, чем в нижних, и потому случается, что саранчу уносит за сотни и даже тысячи вёрст, где она наконец падает дождём на землю. Такие дожди бывают не только из саранчи, гусениц и жуков, но даже из разных растений, как это было, например, несколько лет тому назад в Испании, где вдруг с неба дождем посыпалось пшеничное зерно. Оказалось, что оно было принесено и Испанию ветром из Северной Африки, где бурей разнесло несколько хлебных складов.

– Это удивительно! Я первый раз слышу об этом. Но с какою же страшной скоростью должен дуть ветер, чтобы удержать наверху такую громадную тучу саранчи и не дать ей опуститься на землю?

– Я думаю, со скоростью 12-14 саженей в секунду! (сажень - 7 английских футов, т.е. 2,1336 метра).

– Разве ты знаешь, папа, с какою скоростью дует ветер?
– с любопытством спросила Елена.

– Знаю, друг мой, и если это интересует тебя, то расскажу.

Например, тихий ветерок, который едва колеблет листья на деревьях, дует всего со скоростью 1-1,5 аршина в секунду. При 5-8 саженях в секунду он уже поднимает пыль и качает деревья. Но когда достигает скорости 12-14 саженей в секунду, то уже переходит в бурю, а при 17-20 саженях превращается в ураган, вырывающий деревья с корнями и срывающий крыши с домов. К счастью, сильнее этого ветра не бывает. Если бы ветер мог достигнуть скорости 40 саженей в секунду, то он мгновенно смёл бы с лица земли целые города.

Между тем матросы принялись сметать за борт находившуюся на палубе саранчу, которая после перенесённой долгой борьбы с ветром не в силах была подняться и теперь гибла в волнах.

Прошла еще неделя спокойного плавания. Вдали стала обрисовываться южная оконечность Африки. Море, ближе к берегу, из синего превратилось в коричнево-зелёное.

Через несколько часов корабль достиг мыса Доброй Надежды, где, по словам моряков, ветер вечно борется с гигантскою горой и бушуют вечные бури. Недаром мыс этот прежде назывался "Бурный мыс". На этот раз, однако же, море здесь было спокойно и только подёрнуто лёгкой зыбью.

Елена стояла на палубе с подзорной трубой и смотрела на неприветливый берег, на котором высились три громадные горы таких причудливых форм, каких она раньше не видывала.

С правой стороны возвышалась длинная, не особенно крутая гора с углублением посередине и покатой вершиной. Рядом с ней находилась другая высокая гора, одинаковой ширины от основания до вершины; вершина её была как будто срезана и заканчивалась широкою площадкой. Видом своим она походила на огромный круглый стол. К ней примыкала третья гора, которая поднималась отвесно и напоминала собою неприступную башню.