Чтение онлайн

Вдруг ужасный крик снова повторился, и я от ужаса вскочила на ноги.

Что делать? Бежать туда или лучше заткнуть свои эльфийские уши подушкой? Вдруг я почувствовала непреодолимое желание именно бежать на крик, словно меня что-то неотвратимо повлекло.

Я выскочила в затемненный коридор и бросилась вперед.

Крики разносились по всему строению и будоражили мою кровь. Я неслась вперед с огромной скоростью и удивлялась, каким сильным и невероятно быстрым стало мое новое тело. Свернула в несколько поворотов, словно подсознательно знала направление, и остановилась перед массивной железной дверью.

Около нее стояли двое стражей. Это были эльфы! Их штаны и военные камзолы были темно-зеленого цвета, а на белобрысых головах были одеты металлические шлемы.

Они тут же преградили мне путь.

— Вам сюда нельзя, Ваше Высочество! — сказал один бесстрастным голосом. — Приказ Его Высочества Оливентиуса Грозного!

Я сразу же поняла, что речь о моем «брате». Значит, он распорядился меня не впускать…

Вдруг истошный женский крик повторился прямо за дверью, а у меня дико заложило уши. Появилась странная боль в голове, тут же разлившаяся по венам непреодолимым влечением войти в эту комнату.

Я заткнула свои заостренные уши ладонями, но крик женщины все сильнее нарастал в моей голове. Я шагнула вперед, а попытки стражей преградить мне путь остановила всего лишь неуклюжим взмахом руки, из-за чего эльфы с криком отлетели в стороны.

Где-то краем сознания я изумилась всему этому: я их только что магией какой-то оттолкнула? Что это такое???

Но при этом всем я крайне остро ощущала, что мною что-то владеет. Мощный призыв войти в комнату всё нарастал, пытаясь ввести меня в бессознательное безвольное состояние.

«Но ведь „братец“ приказал меня не впускать! — все еще вертелась в моем затуманенном разуме испуганная мысль. — Олив, очевидно, любящий и очень заботливый. Он не стал бы ограждать меня от неопасных вещей. Значит, впереди для меня что-то нехорошее, что-то страшное…».

Эти мысли помогали мне противиться влечению и не идти вперед.

Но металлическая дверь сама собою со скрежетом распахнулась, и я увидела нечто невероятно ужасное!

Посреди огромного зала, освещенного множеством факелов, на цепях сидела молодая женщина и истошно кричала. Никто не мучал ее и не угнетал, если не считать цепей, но смотрела она прямо на меня, и взгляд ее был ужасен! Выглядела она нежной и красивой эльфийкой, но глаза ее были абсолютно кроваво-красными, а на прекрасном лице мгновенно заиграла торжествующая ухмылка.

Я ощутила усилившееся влечение войти в комнату и стала бороться с ним еще сильнее. Нет! Это девушка выглядит слишком страшно! Она не к добру меня зовет!

Словно в ответ на мои мысли, эльфийка пошире открыла рот и снова завопила, вызвав колебание стен и пола.

Я упала на колени от натуги и посильнее сжала уши, но ее крик все больше меня порабощал. Я начала передвигаться к ней прямо на коленях, чувствуя, что уже не могу противиться ей, как вдруг прямо передо мной появилась чья-то фигура в плаще и тут обхватила меня руками. По запаху и по внутреннему отклику я поняла, что это Олив. Он крепко сжал меня руками, как тисками, наверное, чтобы воспрепятствовать моему движению, а его голос с отчаянием зашептал мне в ухо.

— Алекс! Остановись! Она хочет твоей смерти! Тебе нельзя входить к ней, иначе ты станешь такой же, как она!

Он весь дрожал от ужаса, но я вдруг с удивлением поняла, что влечение к страшной незнакомке у меня полностью пропало, хотя она и продолжала истошно кричать.

Видя, что я не рвусь вперед, Олив быстро поднял меня на руки, прижал к своей груди и бегом бросился прочь. Бежал он недолго, а потом ногой открыл какие-то двери и быстро положил меня в большую кровать.

Это была не моя комната, и кровать остро пахла «братом», отчего я сразу поняла, что он принес меня к себе.

Олив стремительно запер дверь, а потом присел около меня на край постели.

Он прикоснулся к моей щеке, а я вздрогнула. Он смотрел на меня с такой болью и отчаянием, что я не вынесла этого и тут же, присев, прижалась к нему всем телом.

— Олив, — послышался мой хриплый шепот, — я уже в порядке…

Он обнял меня крепко и застонал, как от большого горя.

— Прости, что не уберег тебя и сестру! — воскликнул он горько. — Это все только моя вина!

Я ощущала завесу какой-то зловещей тайны во всем этом, но спросить не решалась. Мое сердце наполнилось жалостью к этому прекрасному удивительному существу, и я начала поглаживать его по спине и по волосам, придумывая слова утешения на ходу.

— Олив! Все будет хорошо! Я… ничего не помню, но… я верю, что все образуется!

Он расцепил объятия и посмотрел на меня с тревогой.

— Ты и этого не помнишь? — спросил он, и я отрицательно покачала головой. Его взгляд подернулся болью. Погладил меня по волосам, уложил на подушку и тихо произнес.

— Женщина, которую ты видел — это наша сестра Офелия. Сто двадцать лет назад, когда наше королевство было атаковано Тьмой, все женщины рода оказались прокляты и превратились в таких злобных существ. Сперва это была наша бабушка, потом все наши тетки, вскоре это случилось с нашей матерью, как только она родила тебя. А потом такой стала и наша с тобой единственная сестра. Лекарь Брахман говорит, что это похоже на болезнь, причем весьма заразную. Но до сего момента она поражала только женщин, однако около двадцати пяти лет назад ты стал потихоньку подпадать под влияние этих темных чар…

Я слушала «брата»-эльфа с открытым от изумления ртом. Сперва меня поразили цифры. Сто двадцать лет? В каком смысле?

— Подожди, — прервала я его. — Сколько же тебе лет?

— Триста сорок, — ответил он так, как будто это было в порядке вещей, а я вытаращила на него глаза.

— Но… как это может быть? — изумилась я. — Если тебе так много лет, почему ты… такой молодой???

Впервые за весь разговор Олив слегка улыбнулся.

— Для эльфа правящего рода — триста лет — это расцвет молодости… Это ты у нас еще ребенок!

Я нервно сглотнула.

— И сколько же мне тогда лет? — спросила я тихо.

Олив улыбнулся шире, с нежностью взирая на меня своими лучезарными голубыми глазами.

— Всего лишь восемьдесят! — проговорил он, а у меня вытянулось лицо.

— Всего лишь? Восемьдесят?

Наверное, мое изумление показалось ему весьма забавным, поэтому он слегка потрепал меня по щеке. От его нежного прикосновения по моему телу вдруг пробежался мощный разряд энергии, и Олив точно его почувствовал. Он замер, изменился в лице и даже отчего-то смутился. Потом поспешно убрал руку, а я едва смогла совладать с нахлынувшим вдруг желанием прижаться к нему посильнее. Сделав глубокий вдох, я подавила эти мощные ощущения. Почти подавила. Постаралась подавить…

— Значит, ты не впустил меня в ту комнату, чтобы я не превратился в такого же монстра, как наша сестра? — спросила я, чтобы переменить тему, потому что неловкость все еще висела в воздухе.

— Да, — печально ответил Олив. — Если она сможет прикоснуться к тебе, эта болезнь полностью и мгновенно завладеет тобой…

Вдруг он схватил меня за плечи, приблизил ко мне свое лицо и взволнованно посмотрел мне в глаза.

— Алекс! Я обещаю, что изо всех сил постараюсь спасти и тебя, и Офелию! Есть один способ…