Чтение онлайн

— Ты сегодня в ударе, — морщится Тимур. — Кажется, нам всем нужно бояться.

— Никому не нужно меня бояться! — пылко заверяю я. — Это я с виду бешеная амазонка, а на деле очень добрая. А если и лаю, то никогда не укушу.

— Не скажи. Дэна в статье ты неплохо «куснула», — Тимур с ухмылкой кивает в противоположный конец зала.

Как следует наведя фокус, я вижу Морозова. В набитом людьми помещении он стоит абсолютно один и чересчур деловито смотрит в телефон, как обычно делают те, кому в моменте бывает неловко. Кажется, Тоня-Голубь была права, и слава её покровителя сильно померкла.

— Никого я не кусала. Всего лишь озвучила правду, а остальные решили, что с ней делать.

— Ну Дэн долго напрашивался, так что всё закономерно. Нам всем нужен был волшебный объединяющий пинок, чтобы перестать с ним общаться, и им стала твоя статья. Так что выпьем же за силу слова!

Наши бокалы соприкасаются.

— Ура! — весело восклицаю я. — За силу слова и справедливость!

— А вы всё продолжаете пить и сплетничать? — тёплое дыхание со вкусом мятной жвачки касается моей шеи, рука Петра обвивает мою талию, разворачивая. — Может, лучше пойдём потанцуем?

— Пошли, — моментально соглашаюсь я. — А где ты, кстати, был?

— Разговаривал с Костей Мельниковым, — в голосе Петра слышна усмешка. — Я же тебя предупредил.

— Да точно! Мне нужно притормозить с шампанским.

Моё внимание вновь переключается на звучащую музыку, и бёдра начинают двигаться в такт сами собой. Какой замечательный вечер! Леон просто идиот, что сюда не пришёл.

— Мне нравится, когда ты расслабленная, — лицо Петра оказывается близко к моему, так что я могу разглядеть отблески разноцветных огней в его радужке. — И ты классно танцуешь. Не помню, говорил я тебе это или нет.

— Я тоже не помню, — весело отзываюсь я, предпринимая попытку отступить назад, чтобы продолжить танцы. Раз уж, по его словам, они мне удаются, надо, как говорится, блеснуть.

Однако Пётр по какой-то причине хочет, чтобы я оставалась рядом и, обхватив меня за бёдра, упрямо тянет к себе.

— А ещё ты очень красивая.

Всё ещё не понимая, что происходит, я смотрю, как его зрачки прячутся за смыкающимися веками. Запаха дорогой парфюмированной воды становится особенно много, верхнюю губу щекочет тёплое касание языка.

Пётр меня целует, — осеняет меня. — Это входило в мой план на вечер, так что мне следует поцеловать его в ответ.

Приоткрыв рот, я впускаю в себя вкус мяты, шампанского и сигар, которые ему, по какой-то причине, так нравятся. Пётр сразу же прижимается ко мне плотнее и слегка усиливает напор. Его поцелуй — в меру деликатный, чтобы не сбить с ног, и в меру страстный, чтобы не уснуть, — мог бы попасть в учебник по образцовому первому свиданию.

Я ответно ворочаю языком, старательно пытаясь втянуться в происходящее, но добиваюсь почему-то абсолютно противоположного: в памяти воскресает сцена на кухне Демидовых, когда я и Леон чуть не занялись сексом на столе. Может быть, я вспомнила о ней, потому что тогда меня потряхивало от возбуждения, а посторонних мыслей не было и в помине.

— Считаю, что для первого раза вышло неплохо, — Пётр медленно отстраняется, глядя на меня со смущённой улыбкой. — Что скажешь?

Его зрачки до сих пор расширены, а даже в полумраке на лице заметен румянец. Я обречённо вздыхаю: у меня — полный штиль. Дыхание не сбилось, сердце не грохочет, а внизу живота совсем ничего не напряглось.

— Это было хорошо. — Выпитое шампанское не позволяет мне даже на мгновение отвести глаза или придать тону виноватые ноты. — Но это был не взрыв и не ураган, увы. Поэтому я больше не хочу обманывать ни себя, ни тебя. Если даже после полулитра шампанского я не потеряла голову и не потащила тебя в номер, то дальше лучше уже не станет. Думаю, имеет смысл закончить всё здесь и сейчас, чтобы не тратить время… Говорят, оно самое ценное, что у нас есть.

Заметив, как стремительно киснет лицо Петра, я считаю нужным добавить:

— Нет, я, конечно, могу ещё пару недель делать вид, что не разобралась в своих чувствах, и продолжать ходить в кино и кафе за твой счёт, но это будет нечестно. Пожалуйста, не думай, что я что-то спланировала… Я действительно хотела ночевать с тобой в одном номере и, возможно, заняться сексом, но лишь при условии, что поцелуй даст правильную подсказку… А он не дал.

— Я тебя услышал, — глухо произносит Пётр, выглядя побитым щенком. — Если всё так, как ты сказала, то дальше действительно нет смысла продолжать.

— Но ты в любом случае очень дорог мне как человек и друг, — в порыве чувств я глажу рукав его толстовки. — И спасибо, что ты всё так адекватно воспринимаешь. Потому что если бы мне сказали что-то такое, я бы сильно распсиховалась.

— Едва ли есть смысл психовать в нашей ситуации, — Пётр оглядывается, словно только что вспомнил о неотложных делах. — Я отойду в туалет, ладно?

Мне остаётся только кивнуть. Может, и хорошо, что осознание того, что у нас ничего не выйдет, пришло в момент, когда я так вдохновенно пьяна. Была бы трезвой, могла бы попытаться отложить разговор или подобрать слова помягче, чтобы оставить Петру надежду. Сейчас же стало ясно как день, что у нас ничего и никогда не получится.

Пару минут поглазев себе под ноги, я предпринимаю попытку вновь пуститься в пляс, но она не увенчивается успехом.

После провального поцелуя я будто утратила фокус веселья. Цвета вечеринки резко потускнели, обретя скучные оттенки пастели, тело растеряло лёгкость, став неповоротливым и неуклюжим, да и музыка теперь кажется чересчур громкой и на редкость отстойной.

Поёжившись, я обнимаю себя руками. Атмосфера вокруг становится чужеродной, отталкивающей, я сама ощущаю себя крошечной и очень несчастной. Начинает хотеться исчезнуть, а ещё лучше — очутиться в своей спальне и, накрывшись с головой одеялом, согреваться знанием, что всего в нескольких метрах от меня спит Леон.

Да-да, именно так. Честное одиночество — вот что мне сейчас необходимо. Одиночество в толпе — это особо изощрённый вид пытки.

Пробираясь сквозь препятствия в виде надушенных смеющихся тел, я ищу глазами Тимура. Поймав мой взгляд, он выразительно косится на Лену, стоящую рядом: мол, сейчас стоит быть аккуратнее с шутками.

— Подскажи, а здесь не осталось ли свободного номера, где я смогу переночевать? — оттащив его в сторону, я смотрю с мольбой. — Хоть самого крошечного?

— А что с Петей? — Тимур выглядит озадаченным. — Поругались?

— Нет. Просто у нас не получилось… В смысле не секс, а вообще отношения.

— А, ну бывает… — сосредоточенно нахмурившись, он ощупывает карманы брюк. — Так, всё, придумал. Сейчас идёшь в вестибюль, находишь Лизу, ту, что встречает гостей с шампанским, и просишь ключ от двадцать пятого номера. Там кровать всего ли queen-size, но, думаю, тебе хватит.

— Спасибо, — расчувствовавшись, я быстро обнимаю его. — Ты настоящий друг.

— Так ты что, бросаешь меня, получается? — Тимур разочарованно гримасничает. — Я думал, мы с тобой ещё пару раз вмажем на брудершафт.