Чтение онлайн

— Да у тебя после этого пса вся шкура дырявая, — оправдываясь, проворчал Юлий. — Себя не жалко, так хоть бы шмотки пожалел.

— Шкуру заращу, шмотки заштопаю. Зато столько острых ощущений! — хмыкнул Герд.

Оттолкнул Юлия и мощным ударом ногой с широкого разворота в солнечное сплетение послал соперника в новогоднюю ёлку. Ломая ветви, Юлий пролетел до самого ствола. Замигали в гирляндах лампочки, праздничное дерево затряслось.

Продравшись сквозь серпантин и перепутанные ленточки серебристого дождика, Юлий с трудом выкарабкался назад из темной «пещеры» в проломленной конусной кроне. Сбросил с плеч пушистое боа из зацепившейся мишуры.

— Никогда я тебе не подчинюсь! — решительно заорал он театральным страшным криком. И вновь кинулся в драку.

Герд блокировал удар. Перехватил его запястье, вывернул руку за спину:

— Ты в порядке? Прости, не рассчитал размах.

— Нормально. Ёлку только жалко, я столько времени на нее убил, наряжая.

Чтобы освободиться от захвата, Юлий ударил затылком ему в лоб. Развернувшись лицом к сопернику, схватил того за горло:

— И долго еще?

— Пока не решит наконец.

— Значит, до утра, — вздохнул Юлий. — Она нерешительная, понимаешь ли. Вон, ей даже смотреть на нас страшно.

— Не смотрит?! — Ольгерд обиделся. — Сейчас посмотрит!

Громко застонав, он повис на руках соперника.

Соня встрепенулась, отняла ладони от лица, воззрилась на дуэлянтов, обнявшихся в последнем, роковом порыве. Душераздирающий стон острой болью отозвался в ее сердце. Ей больно было видеть это красивое лицо, искаженное страданием, сердце просто разрывалось от жалости. Так нельзя! Так не должно было случиться! Они и вправду прикончат друг друга?! Из-за нее… Если не она — никто их не остановит! Она должна вмешаться! Пока не поздно! Соня ринулась было вперед… Но страх, стыд, смущение вновь нахлынули с новой силой, аж дыхание перехватило, и она встала в нерешительности.

— Я выиграл, — шепотом отметил Герд, украдкой взглянув из-под томно полуприкрытых век.

— На жалость надавил? — догадался Юлий. — Ну, погоди еще радоваться! У меня тут пистолет в запасе. Не возражаешь?

— Нисколько. Отличная идея.

И он отпустил горло противника, тот пополз вниз, цепляясь за его одежду из последних сил. Юлий выхватил из-за пазухи припрятанный миниатюрный пистолет. Вокруг площадки пронесся вздох — зрители были возмущены подобным коварством! Одновременно с этим, второй рукой, (так чтобы Соне не было видно,) он быстро скользнул за пояс к Герду, кое-что позаимствовав из потайных ножен.

— Ну, ты и подлец! — восхищенно распахнул глаза Ольгерд.

— В грудь или живот? — спросил Юлий.

— Конечно, в грудь! — выбрал Ольгерд.

Кивнув, Юлий вскричал громко и решительно:

— Умри же! Тот, кого я называл лучшим другом!

Грянул выстрел: Юлий спустил курок буквально в упор, вплотную приставив ствол к цели. И отшатнулся назад, прочь от содеянного, позволив противнику медленно и красиво упасть на колени.

По толпе зрителей пронесся сдавленный возглас ужаса, но никто не сделал и шага с места.

Герд схватился за грудь, сквозь судорожно сведенные пальцы струилась кровь, стекая полосами по одежде, капая на истоптанный снег.

Соня кинулась к Ольгерду. Но замерла на полпути, боясь приблизиться, прикоснуться, чтобы не сделать еще больнее.

— Я… не могу… умереть… так просто… — изумленно проговорил Герд, тоскливо вскинув брови, глядя в глаза Соне.

Она не знала, что делать, чем помочь. В панике прикрыла рот ладонью, словно пытаясь сдержать всхлип, но неосознанно принялась грызть ногти.

Пока Соня плакала от сострадания и в растерянности грызла маникюр, Юлий за ее спиной сделал ответный ход. В его руках был козырь — позаимствованный у Ольгерда маленький запасной кинжал. Сжав рукоять обеими руками, он развернул узкий клинок острием к себе — и вонзил в живот, пониже ребер. Согнувшись, застонал от боли.

Соня обернулась, вскрикнув, подбежала к Юлию.

— Герд! Как же ты так?.. Ты убил меня? — сокрушенно воскликнул Юлий.

Он выпрямился, разжав руки, продемонстрировал торчащую окровавленную рукоять и сам посмотрел на нее как будто с удивлением.

Соня смотрела на обагренную рукоять с ужасом: неужели Ольгерд успел отплатить, пырнул перед самым выстрелом?..

Ольгерд испустил тяжкий стон, силы покидали его. Он упал на четвереньки, одной рукой по-прежнему зажимая рану, второй уперся в землю. Поникла голова, почти касались снега длинные волосы. Алые слипшиеся пряди среди светлых…

Соня подбежала к нему.

Юлий, с воплем сквозь стиснутые зубы, выдернул из себя кинжал — и тоже повалился наземь. Побелевшие от боли глаза невидяще уставились в беззвездное темное небо.

Соня бросилась к Юлию.

Но, услышав сзади судорожный вздох, повернулась обратно. И тут же всхлип невыносимой боли заставил ее снова обернуться.

Соня в прямом смысле слова заметалась на месте, разрываясь между двоими, не зная, кого выбрать, к кому бежать, как поступить.

— Пожалуйста… помоги Герду… — жалобно попросил Юлий, из последних сил протянул к противнику окровавленную руку, пальцы дрожали.

Вскрикнув от жалости и сострадания, Соня бросилась к Юлию. Упала перед ним на колени, попыталась помочь зажать рану, но только перепачкала руки. Не стесняясь льющихся по щекам слез и задрожавшего подбородка, она испачканной ладонью провела по его бледному, растерянному лицу, оставив на щеке алый отпечаток.

— Не надо… Не надо, пожалуйста… — залепетала она, умоляюще вглядываясь в его глаза, застилающиеся пеленой смертельной усталости. — Что мне сделать? Я всё что хочешь… Только не надо, прошу тебя!

— Помоги… Герду… — едва нашел в себе силы повторить Юлий. — Он… и так потерял… сегодня много крови…

— Нет, ты тоже ранен, — всхлипывала Соня, даже не обернувшись на Ольгерда.

Тот наблюдал за ними, совершенно забыв о своей ране. Услышав эти ее слова, сел, раздумав умирать. Поглядывая на пару, задумчиво захватил горсть снега, тщательно вытер руки от крови. Со вздохом сожаления поднялся с земли, отряхнулся, поправил одежду, издырявленную выстрелами.

Два поединка за один вечер совершенно его вымотали. Но губы упрямо растягивались в довольной улыбке. Да, он проиграл дуэль. Девушка, этот давно желанный подарок, выбрала не его. Выскользнула из рук, упорхнула из-под носа, ушла, как вода сквозь пальцы… Досадно. Столько усилий затрачено впустую… Впрочем, нет, не впустую! Игра стоила свеч.

Хотя такого коварства от самого близкого друга он не ожидал.

— Ты прав, Юлий, — сказал Ольгерд, подойдя и встав над поверженным противником, голову которого Соня бережно положила себе на колени. — Ты прав, я не могу всегда получать то, что хочу. Ты выиграл.