Елка и терн. Тетралогия
Шрифт:
Никогда не думала, что в глазах может потемнеть от ярости. Ярость, обида за Антела Герлея, к кото-рому я была искренне привязана, злость на элвара и напряжение последних дней – все слилось в одну темную пелену.
– Заткнись, …! – прошипела я. – Ты, …, …., …… не смей марать своим….. языком наш Универ!!!
Тёрн опустил глаза. Наверное, понял, что слишком заигрался в детектива.– Извини, Ёлка.
– Пошел ты рыгыз квехарарг! – я не собиралась прощать и мириться.
– Успокойся, – пригвоздила меня Лаванда. – Он прав. Я не знаю твоего директора и могу говорить спо-койно. Обе эти версии равновероятны. Вторая даже больше.
– Это наше внутреннее дело.
– Может быть. Итак, вернемся к вопросу об оплате моей помощи. Что вы можете мне предложить?
Мы задумались. А правда – что?! Уж точно не золото с брюликами.– Лаванда, а вы не хотите сменить место жительства? – внезапно предложил Тёрн. – В государстве эл-варов также есть горы. И к нам постоянно лезут из Азермона всякие мерзкие типы. Внаглую. Как раз через эти горы. Если же вы обоснуетесь там, сможете поступать с ними по своему усмотрению. Вам будет выплачиваться содержание из казны Элвариона и никто не будет охотиться на вас. К вам будет только одна просьба. Не трогать никого с охранной грамотой от элваров.
– Я должна подумать, – пробормотала драконица. Похоже, мозги у нас работали в одинаковом ритме. Через две минуты она открыла глаза и задала вопрос, который вертелся у меня на языке:
– Кто вы такой, что можете обещать мне все это от имени Элвариона?
Тёрн поднялся с одеяла и изящно раскланялся во все стороны.– Позвольте представиться, дамы и господа. Я – наследный принц Элвариона Эйверрел Эстреллан эн-те-Арриерра. И мое слово в Элварионе ценится дороже жизни.
Третий раз за последние десять минут у меня отпала челюсть. Я неласково поглядела на элвара, жа-лея, что не могу дотянуться до его шеи. А то бы я отвесила ему хороший подзатыльник, не глядя на ро-дословную. Но с телепатом этот номер не проходит. А жаль!
– Повтори, пожалуйста, – попросил Тёмик. – У тебя такое длинное имя. Зачем тебе столько букв?
– Для друзей я всего лишь элвар Тёрн. Эйверелл Эстреллан эн-те-Арриерра – это мое официальное имя, полученное при рождении. Эйверелл – имя собственное, Эстреллан – имя моего первого предка, эн-те-Арриерра – это от названия столицы. Например Вермин Герейнский, Элаорн Друидский, Кантер Азермонский. Это то же самое.
– А почему именно Тёрн?
– Из-за мерзкого характера, госпожа, – Тёрн поклонился драконице. И внезапно покраснел. – И еще меня мама так прозвала из-за цвета глаз.
Глаза у него действительно были темно-фиолетовые, почти черные. Совсем как ягоды терновника.
Лаванда кивнула, принимая объяснение.– Я согласна. После войны мы перевезем свое имущество в горы Элвариона. Надеюсь, у вас там ры-царей не водится?
Вопрос был явно задан с шутливым подтекстом. И я решила тоже пошутить.– Ох уж мне эти рыцари, – посочувствовала я Лаванде. – Никакого от них покоя. Шатаются по всем континентам в своем дурацком ржавом металлоломе, дают заведомо невыполнимые и никому не нуж-ные обеты, например не бриться, не мыться, не менять нижнего белья… Ими не только дракон отравит-ся, рядом с такими героями и воздух-то ядовитый!
– Но без рыцарства не было бы романтики! – некстати влез Кан. Я сверкнула на него глазами. Вот ведь придурок!
– Да о какой романтике может идти речь!? На каждом турнире у них новая дама сердца, в каждой придорожной таверне пьянка с мордобоем, а ты сиди у окна дура дурой и жди, пока он нагуляется и вернется к тебе вместе с трофеями в виде радикулита, остеохондроза, гастрита, вшей, алкоголизма и мерзкого характера! Часто еще и без каких-нибудь нужных конечностей! Про деньги я уж и не говорю. Зачем им деньги, им славу подавай! А все эти бродячие певцы и рады расписывать их подвиги! Небось, за одним столом пили!
– Это точно. Свою славу дураков и драчунов они и получили.
– И заслужено. – Я уже врала напропалую. Ну да ладно, кроме Тёрна меня так и так никто не рассек-ретит. А он промолчит, никуда не денется. – Представляете, одну мою подругу, она маг-временщик, ед-ва не просватали за такого идиота. Но ей очень повезло. Этот железноголовый пообещал подарить ей на свадьбу голову дракона!
– Какая гадость! – возмутилась Лаванда.
– Вот и я о том же, – поддержала я. – Он бы ей в подарок еще пару трупов с поля боя приволок! Ума-то нету! К счастью, он наткнулся на менее воспитанного дракона и был съеден. Подруга благодарила все Высшие Силы и щедро пожертвовала на храмы. И я могу ее понять!
– Еще бы. Эти рыцари и ходят в кастрюлях, и ума у них, как у супа, – улыбнулся Тёмик. – Никогда не думал, что с людьми так интересно разговаривать. А мы ведь могли бы съесть вас.
– Это было бы очень печально… для нас, – фыркнула я. – Хотя нами вы вряд ли бы отравились. Лично я каждый день моюсь.
Называйте это как хотите, женской истерикой, глупостью, но я чувствовала, что мы можем подру-житься с драконами. Да, многие посчитали бы меня сумасшедшей за эту мысль, но мы говорим на од-ном языке, мы одинаково думаем. Все остальное не так существенно. Два существа, которые понимают друг друга и не хотят войны, всегда смогут договориться.
– так что мы решаем? – влезла Лилия.
Лаванда пристально посмотрела на нас троих.– А что тут решишь? Мы сейчас летим с вами. Доставим вас к замку и поможем вернуться.
– Вернуться?
– В Магический Универ. Вы же туда хотите?
– Да. А вам это будет не слишком сложно?
– Мне? Я смогу нести двоих мужчин, Темик – двоих женщин, еще один несчастный полетит на Ли-лии.
– А почему несчастный?
– Летать я умею, – потупилась драконочка, – а вот садиться пока еще плохо получается. Мама говорит, что это от недостатка практики.
– Бывает, – кивнула я. – Кан, я тебе заранее сочувствую.
– А почему я!?
– По чистой математике. Считай сам. Двое женщин полетят на Темике. А королем и принцем мы рис-ковать никак не можем.
Кан закатил глаза и сдался без боя.– У вас есть что-нибудь, что вы хотите взять с собой? – спросила Лаванда.
– Нет, – покачала я головой. – Животные же убежали.
– Я попросила Тёмика. Кое-кого он нашел. Ваши сумки сложены у входа.
– Шикарно! Лайре!!!
Драконица улыбнулась. И я даже не шарахнулась от оскала. Привыкать надо. Пусть они и драконы! Неважно! Был бы человек хороший, а дракон он, элвар, вампир или эльф – неважно! *** Мы привязали сумки за спину, потом приладили к Лаванде два седла от осликов, к Темику одно и уселись. Мы с Тёрном – вместе, Кан – на другом драконе. Сперва мой приятель спорил, но потом я на-помнила, что у меня вес немного полегче, чем у него (килограммов на тридцать, если быть точной) и вообще, зачем утомлять драконов раньше времени. Кан не нашел что мне возразить и только поливал укоризненными взглядами. Наверное, надеялся, что у меня совесть проснется. Наивный чукотский юноша! Простите – польский! Потерпев неудачу со мной, Кан попытался прицепиться к Тёрну, но я опять шикнула на приятеля. Нам еще только дипломатических проблем не хватало. Нет, рехнусь я с этими мучениками истории. Элвар вообще полностью ушел в себя, так что седла прилаживали мы с Каном. Потом привязались веревками на всякий случай и – в путь. Я крепко держала сумку. Потерять свой подарок я просто не могла. Я бы лучше руку или ногу потеряла. Лаванда разбежалась и рухнула с утеса прямо в пропасть. Я зажмурилась, желудок подкатил к горлу. Но через несколько секунд драконица расправила крылья. Меня сильно тряхнуло, но полет выровнялся. Теперь Лаванда взмахивала крыльями уверенно и мощно. Немного трясло и подбрасывало, но это мелочи. Ездила же я в родном российском автобусе до деревни Гадюкино по дорогам, которые не ремонтировались, наверное, со времен Суворова. После такой поездочки все остальное уже несущественно. Чего стоят только одни запахи в автобусе. Форточек-то в нем нету! Причудливы пути конструкторского разума. К концу поездки по сельским дорогам я начинала себя чувствовать коктейлем из пота и мочи. А здесь, по крайней мере, ничем не воняет. Хотя лицам со слабым желудком и боязнью высоты ездить на драконах все же не рекомендуется. Тёрн, судорожно вцепившийся в корону, окликнул меня минут через десять полета. То есть не окликнул, а позвал мысленно. – Ёлка! – Да? – Спасибо! – За что? – я искренне не понимала, за что меня благодарить. Ничего такого я не сделала, разве что едва нас всех не угробила. Но с этим Тёрн и сам бы справился. Так за что спасибо? – За все. За то, что ты есть, за то, что спасла меня, за то, что подружилась с драконами. Ты и не представляешь, как много ты для меня сделала! – Не говори ерунды. – Для меня это очень важно. Я откровенно не поняла, что элвар имел в виду, но и расспрашивать не стала. Захочет – расскажет. Не захочет – не надо. Моя дружба заключается в ненавязчивости и готовности прийти на помощь по пер-вому зову. А лезть кому-то в душу с сапогами – это не наш метод! – Тогда лучше не благодари. Кто знает, куда нас еще занесет, с моей-то любовью к неприятно-стям… – Хоть во Тьму. – Ловлю на слове. – Лови. Мысль оборвалась. Лаванда облетела кругами и снижалась.