Эльксарим. Особый прецедент
Шрифт:
А потом, уже после операции имплантирования Кайла, профессор Вергхем обнаружил в зоне заражения участок с непомерно разросшимися растениями… Ползучие лианы оплели даже металлический забор, а из-под него пробивалась зелень, стремясь поглотить безжизненную почву пустыря.
– Бог мой, вы только посмотрите! – Клод взял в руку мясистый насыщенно-изумрудного цвета лист и потёр его между пальцами, выдавив сок. – Я возьму образец ДНК этого и ещё нескольких растений, но я и без анализов уже уверен, что это – элькса-изменённая жизнь!
Его обступила группа младших ассистентов в радиозащитных костюмах.
– Разве здесь присутствовал достаточный уровень заражения? – поражённо произнёс кто-то из молодёжи.
– Ну, вы же видите результат! – парировал профессор восторженно. – Наш друг Кайл неумышленно создал крохотную аномальную зону, товарищи! Перед вами основной смысл существования касты эльксаримов-созидателей – а именно, элькса-колонизация территорий! Придётся теперь оцепить этот участок.
Джошуа Картер лежал в больнице при Институте Атомных Исследований, по-прежнему далеко от дома. Его лучевое поражение оказалось достаточно тяжёлым и выписка светила нескоро, да и самочувствие пока оставляло желать лучшего. Он не хотел сообщать родным: ещё бы, станут потом считать за инвалида… Пусть лучше думают, что он всё ещё на службе. К настоящей службе он, впрочем, останется непригоден ещё на пару-тройку месяцев. Благо, что ему обещали выплатить страховку, как за контузию.
Разумеется, солдата никто не навещал. Но однажды его всё-таки посетил… тот, кого Джошуа меньше всего хотел бы видеть. Он едва не свалился со своей койки, отшатнувшись от страха, когда узрел в дверях того самого созидателя! Язык его тоже отнялся на мгновение, он мог только безмолвно разевать рот, словно вытащенная из воды рыба.
– Не бойся, – произнёс эльксарим Кайл, достав из кармана дозиметр и продемонстрировав Джошуа его экран. – Я чистый. Видишь? Заблокировано. Полностью.
– Тебя прооперировали? – переспросил солдат.
– Да.
– Зачем ты пришёл? – вяло пробормотал Джош, не ожидая ничего хорошего. – Или твой подполковник решил, что вы мало поиздевались надо мной? Вы меня чуть инвалидом не сделали…
– Извини. Я не хотел, – сказал вдруг эльксарим. – Хозяин сильно разозлился… Он запретил мне уходить. И я не мог остановить выброс.
– И что, ты сюда только ради извинений приехал? – поразился солдат.
– Мы здесь на исследовании в Институте, – отвечал киборг. – Я хотел узнать, как твоё восстановление.
– Ты это серьёзно? Я же избил тебя!
– Я не понёс почти никакого ущерба. Твои повреждения несоизмеримо тяжелее, – логично заключил эльксарим.
– Я думал, такие, как ты, только себе подобным могут сочувствовать… – тихо проговорил Джошуа.
– Нет.
– Эта твоя улыбочка знаешь, как бесит! – он поморщился и прикрыл рот рукой, сдержав рвотный позыв. – Меня от неё тошнит. Потому я, наверное, тебя и бил.
Хотя очевидно, что тошнило его от лучевой болезни, а вовсе не от улыбки созидателя.
– Извини, – эльксарим сразу перестал улыбаться.
– Я и не знал, к чему это приведёт. Думал, что вы железные, и сломать… невозможно, – продолжал Джошуа, отпив воды из стакана.
– Каталитовые, – поправил его киборг.
– Ну да. А теперь вот лежу тут… под капельницами. Даже есть ничего не могу, от всего тошнит. И домой фиг знает когда доберусь. Меня там девушка… не ждёт уже, наверное. У неё какой-то отморозок появился. Блин… Кому я теперь нужен буду бесплодный?
– Этого не будет, – возразил тут Кайл. – Моё излучение не даёт такого эффекта. Только кратковременно. Я ведь созидатель.
– Что, правда?! А я уж со своим мужским достоинством простился. Хоть что-то хорошее. Ты… тоже извини. Что избил.
Джошуа накрылся одеялом и лёг к созидателю спиной. Похоже, он больше его не боялся. Кайл не уходил. Он не чувствовал родства с этим человеком и не понимал, каким образом оказать ему поддержку, – но почему-то переживал за него. Наверное, потому что причиной страданий солдата стал именно его ядерный реактор… Пришла медсестра и, косясь на стоявшего у стены эльксарима, поставила пациенту очередную капельницу.
– Послушай, откуда вообще берётся такая мощность? – вдруг спросил Джошуа, когда они с созидателем снова остались наедине. – Я читал, что во время аварии на АЭС интенсивность излучения была порядка десяти тысяч рентген в час. Так это всего вдвое больше, чем у тебя – но там же вот такая махина! А тут… Он же размером с орешек, наверное.
Кайл утвердительно покачал головой.
– Не надо сравнивать с АЭС. Там другое устройство, – произнёс он.
– Ужас… И как вы только можете переносить такое? Я вот в больницу загремел – а вам хоть бы хны… Ты, выходит, двое суток ходил с таким излучателем в башке! Ну разве можно ассимилировать столько энергии? Куда она девается?
– Профессор Клод говорит, что пространственные энергии неизвестной природы принимают участие в энергетическом обмене организма эльксарима, в процессах ассимиляции и диссимиляции, – припомнил Кайл.
– Пространственные… энергии? Это ещё что за чёрт?
– Не знаю.
– Фантастика!
Созидатель вновь невольно улыбнулся. Но на этот раз Джошуа уже не стал беситься. Чёрт возьми, ну как можно быть таким обаятельным, когда ты лысый?
Внимание! Довожу до сведения сотрудников базы, что эльксаримам-созидателям приказано защищать себя в случае нападения своих же союзников. Подполковник Магнус.
Дата. Подпись.
Бацилла
Рассвет поднялся над океаном, и эльксарим Аполли-Нова приступил к своим обычным обязанностям на судне, пришвартованном у берегов Новой Гаттарии. Обозревание окрестностей на предмет любых угрожающих, или просто необычных вещей. Боевой корабль стоял здесь для охраны месторождения важнейшего военно-стратегического ресурса – эльксагена, которое находилось на океанском дне. И это месторождение его входило в число нескольких, существующих в мире; их можно было пересчитать по пальцам. Слабое сиреневое свечение, испускаемое минералом, заметно даже сквозь стометровую толщу воды, всегда кристально прозрачной в этих местах. Иногда случалось так, что отдельные очаги залегания эльксагена поднимались на мелководье, например, на коралловых рифах, или даже выходили на поверхность. Обо всех подобных случаях эльксаримы обязаны были докладывать на охраняющие суда, ибо они означали угрозу слишком лёгкого доступа к минералу для любых «нехороших рук». Такие поверхностные залегания следовало устранять. Но многие из эльксаримов не могли удержаться от соблазна попробовать перед этим эльксаген на вкус… Естественный человек никогда не прельстился бы подобным, ведь для обычных людей вкус этот ужасен. Чего не скажешь об элькса-изменённой расе. Панты – люди со скрытой формой элькса-индуцированной мутации, и вовсе испытывали к эльксагену влечение, прямо пропорциональное их способности к превращению, которое, собственно, и провоцировалось им. Эльксаримы же, являясь продуктом этого превращения, уже несущим в своих клетках активную форму мутации – нулевую пару хромосом, конечно же, никакого влечения не испытывали. Но вкус эльксагена оставался ощутимо приятным и для них. Просто отковырять пальцем немного сероватых, отливающих сиреневым, кристаллов и положить на язык – так соблазнительно, к чему сопротивляться?
Эльксарим Аполли-Нова повернул голову и поморщился, вновь ощутив приступ мучительной боли. С самого утра ему было не по себе… Больше всего напрягала эта боль, а точнее, её локализация. Сперва показалось, что его беспокоит голова. Но постепенно эльксарим понял, что это не совсем так…
Двое матросов, поднявшиеся на палубу для выполнения своих рутинных обязанностей, увидели, как эльксарим нетвёрдой походкой прошёл мимо них, направляясь, по всей видимости, ко внутренним помещениям судна.