Чтение онлайн

– Ты с ними разговаривала?

– Нет, они назвали меня «дочь моряка». И почти сразу уехали.

Родители молча переглянулись.

– А еще мне снятся странные сны, вижу замок на горе и викинги, нападают на нас. довольно часто, к чему это может быть?

– Викинги нападают? – переспросил папа. – И как давно тебе такие сны снятся?

– Давно уже. Я маме немного рассказывала. Сны про викингов, воинов, захватывающих какую-то крепость. Я бы не предала сильного значения, но эти сны повторяются и довольно часто.

– Викинги? Ха-ха! Каких фильмов насмотрелась? И что ты думаешь по этому поводу, дорогая? Ты следишь за тем, что твоя дочь смотрит и читает?

– Разумеется! Недавно видела книги по изотерике. Эльвира, может из-за этих книг у тебя странные сны?

– Сны с викингами стали снится гораздо раньше. Я просто пытаюсь понять их причину. Он говорит, что найдет меня в другой жизни. Почему тогда не раскрывается мне? Возможно…скажите может молодой человек тайно любить одну девушку, а гулять при этом с другой?

– Какой еще другой жизни? – перебила мама, – Нет, нам срочно надо уезжать. Я очень беспокоюсь из-за этих снов, не хочу оставлять ее в Брюсселе. Ты знаешь, что странные сны Эльвире начали снится уже здесь в Европе? Раньше такого не было.

– Думаю, это не больше, чем подростковые фантазии. Девочке пора взрослеть. Такое бывает в половом созревании, разыгрываются фантазии и все такое. Ей просто нужен мужчина.

– А я думаю, Эльвиру нужно показать психологу. У моей подруги есть знакомый, она рассказывала, надо спросить у нее контакт. Я понимаю, приснился один раз, но ведь постоянно.

– Да, девочка у нас с фантазией. Ха-ха.

Я смотрела на смеющихся родителей: усатый папа, с годами все больше напоминающий дядю из мультика «Чип и Дейл», их схожесть улавливалась из-за усиков и круглого живота; на маму, похожую на Гаичку, но с огромным желанием сводить меня к психологу, вместо того чтобы понять. Как хорошо, что я не рассказывала свои сны во всех подробностях, а то бы отправили меня к сексологу. В этот досадный для меня момент я вдруг ясно осознала: я выросла, я хочу свободы и ни за что не уеду в Россию. Думаю, каждый подросток начинает принимать собственную значимость, ведомую солнцем, что называется мечтой.

– Эля, достань из погреба бутылку красного сухого, пожалуйста.

Сказал мама специально чтобы отвлечь меня, ведь едва я успела выйти из комнаты, выполняя мамину просьбу, родители продолжили оживленный разговор. Который довелось подслушать, возвращаясь обратно с бутылкой вина и двумя бокалами.

– Дорогой, это серьезно. Я недавно наблюдала за Эльвирой, когда, как потом оказалось, ей снился тот самый сон. Она была вся в поту, что-то бормотала, даже постанывала. А проснувшись, оказалась совершенно спокойной, я бы сказала блаженной. Да еще этот юноша, как его зовут… Сережа кажется, он на нее совсем не смотрит. Девочка наша влюблена.

– Вот бутылка вина!

Родители испугано оглянулись. Взгляд у обоих уже был куда серьезней.

Ужин прошел как обычно. Обсуждали возвращение в Россию и мое желание остаться в Бельгии. Обсуждения моей более невозможной, чем возможной самостоятельной жизни в Бельгии наконец-то закончились. Каждый пытался скрыть в душе каплю тоски, но выпитая родителями бутылка вина согрела неспокойную душу. После ужина мы сели в гостиной у камина, мама протирала посуду, отец читал газету, а я, обернувшись в теплый плед, снова погрузилась в мысли о Сергее, уже представляла нашу встречу, рисуя в своем воображении картину объятий и поцелуев.

По телевизору шли новости, показывали вновь взбунтовавшихся цыган, которые опять что-то подожгли и ограбили в одном из городов Бельгии. И следом сенсационная новость: сегодня цыгане напали на отель в нашем городе.

– Цыгане в городе – ожидай беды, – произнес отец.

– Может быть, наш дом они обойдут стороной?

– Нет, дорогая. Хотя после поджога такого дорогого отеля им нужно будет залечь на дно.

– Неужели ты думаешь, что барон Айрон замешан в нем?

– Я думаю, он скоро будет здесь…

В воздухе повисло молчание.

Я делала вид, будто внимательно смотрю новости, чтобы никто не заметил моей отрешенности. Только мама всегда могла понять, чем или кем заняты мои мысли, но, к счастью, она лишний раз старалась не заводить со мной разговоров на личные темы. Она знала, я не любителю об этом говорить. Материнское сердце как ничье другое понимало: муки любви нельзя запретить, ровно как нельзя заставить полюбить кого-то силой. Наблюдая по новостям взбунтовавшихся цыган, я медленно погружалась в сон. Тепло и мелкий огонь от камина приносили расслабление. В глазах изображение мутнело, разговор родителей растворялся, и я снова переносилась в картину необычного сна.

Отблески огня, клочья испепеленных обрывков ткани, клубы дыма – все это напоминало кошмарный сон, а нет, это и есть сон. Кажется, я снова в нем, в моем таинственном сне. Облаченная в белую сорочку, нахожусь в стенах старой неизведанной крепости. Спускаясь вниз, вижу решетки для пленных. Вокруг много монахинь, на лицах у них страх, все вокруг охвачено ужасом. Кажется, я внутри древнего укрепленного монастыря. Крики о помощи разбудили весь монастырь. Сквозь отверстия серых каменных стен вижу море и совсем приблизившиеся корабли. Вижу мужчин с огненными факелами в руках, ловко спрыгивающих с кораблей и направляющихся в сторону крепости. Все вокруг разгорается ярким пламенем. Викинги! Я внутри серых стен, подвергнувшихся нападению варваров. Смотрю на происходящее как завороженная, викинги грабят и поджигают все вокруг. Они подходят все ближе, а я по-прежнему пытаюсь разглядеть кого-то. Волнующий ветер завывающе кружит над охваченной хаосом толпой. Сырой воздух перемешан с запахом гари. Языки пламени и всхлипы о пощаде раздаются повсюду. Викинги напали на монастырь. Пепел огня и крики монахинь, просьбы о помощи и пощаде, бесконечный хаос, я словно в аду. Но мне почему-то не страшно. Я словно ищу кого-то. Кто-то там был определенно родным. Внутренний голос шептал: он здесь, он рядом… Сквозь мимолетные обрывки сна еле-еле получается разглядеть юношу. Не знала его прежде, не была с ним знакома, но в толпе разъяренных мужчин я пыталась разглядеть его, не было ни страха, ни жалости к остальным.

Присмотревшись ближе, увидела беспощадных варваров, чье зверство не знало границ, их лица были наполнены гневом, глаза горели от злости, и на лице читались черты дьявола. Один из них меня заметил. Охватил настоящий ужас. Я ринулась бежать вверх по горе. Я бежала к вершине крепости, единожды оглянувшись, чтобы посмотреть на него: молодой смуглый викинг. Убегая от преследователя, я повстречала других варваров, но они не обращали на меня внимания, только он единственный пытался догнать меня. Забежав в тупик, я постаралась найти спасение, с трудом перелезла невысокую каменную стену. Я оказалась в помещении, предназначенном для заключенных. Варвар сильнее и быстрее. Он догнал меня, я оказалась в ловушке. В полумраке я смогла разглядеть его лучше: жгучий брюнет, среднего роста, совсем юный, наверное, новобранец. Он схватил меня, придвинул к стенке и заглянул в глаза. Это был именно он, тот самый мужчина, которого я заведомо знала и ждала. От него не пахло ни потом, ни кровью, как от всех остальных, запах которых разносился внутри крепости и, наверное, за километры от нее. В бездонно черном взгляде его виднелась чистота ума, руки были сильны и внушали столько уверенности, что в этих руках я готова была раствориться навечно А глаза… Глаза наполнены такой надеждой, такой теплотой! Я понимаю, он так же, как и я, ищет любовь. Вмиг во мне промелькнули мысли: я отправилась бы с ним куда угодно, села бы на черный корабль и ушла бы бороздить просторы океана. Я была бы с ним рядом всегда. Я видела его горящие карие глаза, его смущение, едва заметную неловкость при виде меня почти обнаженной. Его растерянная мимика вызвала на моем лице улыбку. Страх рассеялся. Он разжал руки, отошел на метр, чтобы лучше меня рассмотреть. Он поднял меня на руки, покружил и произнес:

– Это ж надо было добраться до самого верха, чтобы тебя повстречать! Как тебя зовут?

Не дождавшись ответа, он поставил меня, подошел еще ближе, прижав к стене. Руки его скользили по моей шее.

– Сколько тебе лет? – спросил он.

– Шестнадцать, – ответила я.

Запах гари и отблески огня, мольбы о пощаде и всхлипы умирающих монахинь – все это заставило нас опомниться. Становилось ясно: варвары целиком захватили крепость. Жизнь викингов неумолима. Услышав приближение варваров, он схватил меня еще крепче, отвел за поворот в ближайшее более темное помещение, чтобы сэкономить немного времени. Он нежно, но торопливо прижал меня к холодной каменной стене. Руки скользнули по моей шее, груди, прошлись по бедрам, и, одной рукой придерживая меня, другой проник под сорочку, он позволял себе все. Такое милое приятное чувство взаимности, точное ощущение безусловной любви, о котором только может мечтать девушка. Симпатичный парень задрал рубаху, скинул штаны. Ногами обхватив его бедра, я поддалась его движениям. Мы таяли от столь резко вспыхнувшей любви в кругу опасности. Окруженные варварами, гневом, страхом, запахом гари и отблесками огня, мы любили друг друга так сильно, как никогда я не видела даже в кино, не читала в книгах. Это было волшебно, непередаваемо. Наши поцелуи перебивали всхлипы наслаждения в страстной и таинственной тишине на верху крепости. Нас никто не видел, мы были одни, растворяясь в друг друге. Как вдруг меня охватил небывалый до сей поры страх, я предчувствовала появление викингов по ту сторону стен.