Эмиль. Теперь ты принадлежишь мне!
Шрифт:
— Оденься и сиди здесь. Выйдешь из спальни без моего разрешения, я убью тебя и отправлю отцу твою голову.
Малика молча кивнула. Она знает, что я это сделаю, потому послушно ищет свою одежду. Оставляю ее. Ухожу к парням.
Ник в соседней комнате тоже голый. Привязан стяжками к стулу. Вижу руку Камиля на смазливом лице блондина. Не сдержался.
— Звони Вахиду, — протягиваю Нику его же телефон. — Назначай встречу здесь под любым предлогом. Скажи, что у тебя для него новая информация. Скажи, что знаешь, где Саша.
— Зачем мне это? — зло смотрит на меня Никита. — Я все равно уже мертв.
— Смерть бывает разной, — я достал нож из ножен и присел перед ним на корточки. — Пока еще я даю тебе выбор.
— Тебе надо, ты и звони. Был бы жив твой отец, он ни за что не допустил бы такого! Ты просто просрал все его деньги! И твои люди потеряли в прибыли из-за бабы! Так не поступают, Эмиль!
— Кто еще так считает? — поднял тяжелый взгляд на Кэма, Макса и Шамиля.
— Ты охренел? — рычит Максим. — Мы все под это подписались. И ты, — пинает Ника по голени. — Тоже!
— А у меня был выбор? Получить сраную компенсацию и свалить? А дальше что?
— А дальше ты пошел к Вахиду, — улыбаюсь. — И продался ему, поимел мою жену и теперь бесславно сдохнешь с голой жопой. Звони! Может позволю тебе хотя бы надеть штаны.
— Да пошел ты! — зло смотрит мне в глаза Ник. — Ты предал своих людей!
— Идиот, — грустно вздохнул Шамиль. — И как мы раньше не разглядели?
— Я позвоню…
Малика. Малика?!
Нервно сглотнув, оборачиваюсь на жену. В ее руках мобильник. Ее мобильник! Она набирает номер, включает на громкую, мы слышим гудки…
— Здравствуй, красавица, — раздается на всю гостиную голос Вахида. Его жесткий акцент не спутаешь ни с чем другим. — У тебя для меня новости? Если нет, я немного занят, позвони позже.
— Мне нужна твоя помощь, — шепчет она. — Здесь Эмиль. На квартире, что ты снял для нас, — вижу, как тяжело вздымается грудь Шамиля. Все в ахуе, если выражаться мягко. Других определений в моей голове просто нет. — Я спряталась. Они взяли Ника. Ты обещал, что поможешь мне… Помоги! Они убьют нас.
— Тише, девочка. Вахид не бросает своих. Сколько их?
— Четверо. Ты всех знаешь…
— Если это ловушка… Я перережу глотки всем членам твоей семьи начиная с самого младшего.
— Зачем мне предавать тебя? Мы ведь сами к тебе пришли! Ты обещал защиту! — натурально дрожит ее голос.
— Сделай все, чтобы они там задержались. Я хочу лично грохнуть Альзаро.
Короткие гудки. Жену начинает бить крупной дрожью. На скуле приличный синяк от нашего с ней разговора. Малика сползает на пол и тихо плачет. Дошло, наконец, во что она влезла. Зато я теперь понимаю, кто был этими самыми связями ее семьи.
— Готовимся, парни. Скоро здесь будет жарко!
Мы быстро проверяем оружие. Распределяем роли и звоним своим, чтобы шли на помощь, но раньше времени не отсвечивали. Отправляю еще людей к Саше. Что-то мне подсказывает, что там моих слишком мало. Не справятся, а я не могу сорваться. Я должен быть здесь.
Мы курим прямо в квартире сбрасывая пепел на пол. Маленькое пространство для большого количества разъяренных мужчин. Здесь будет бойня. Но пусть лучше это произойдет здесь, чем рядом с Сашкой. Ей не надо видеть меня таким. Девочка нашла в моей душе тепло, о котором я давно позабыл сам. Пусть для нее я останусь таким. Страшно испугать снова… страшно все разрушить.
«Мы на месте. Ждем команду» — пришло сообщение от своих.
Сколько еще среди них таких, как Ник? Надо тотально проверять. Заново шерстить каждого. Сейчас любой из них может вот так развернуться и в нужный момент выстрелить в спину.
Отключаю голову. Привычно нагоняю адреналин. Сердце стучит быстро, но ровно. Своего рода транс. Абстрагируюсь на время от внешнего мира. Готовлюсь убивать…
— Малика? —слышим голос от входной двери.
— Отец, — срывается жена, но я успеваю крепко зажать ей рот ладонью и начинаю считать…
Глава 38.
Эмиль
Мы слышим шаги. Я швыряю Малику Максу. Он перехватывает, прижимает к стене. Подхожу к Нику сзади. Наклоняюсь к уху.
— Ты трус. Прикрылся женщиной. Чужой женой.
— Малика?
В гостиной появляются Вахид и мой тесть. Я приветливо улыбаюсь мужчинам и рывком сворачиваю шею Никите у них на глазах. Парень дернулся и обмяк. За спиной сдавленно закричала жена.
— Какие люди, — приветливо улыбнулся и швырнул нож в сторону тестя.
Специально промахнулся. Лезвие вошло в дверной косяк в сантиметре от седого виска этого старого интригана. Надо отдать мужику должное. У него стальные яйца! Он только головой чуть в сторону дернул, уходя от удара.
Разговоров больше не будет нам все и так понятно, но тесть пытается договориться.
— Отпусти Малику, Эмиль. Она не при чем. Это наши разборки.
— Моя жена давно не принадлежит твоей семье. У тебя нет права требовать у меня что-то, — напоминаю ему.
— Эмиль, не дури. Ты же не тронешь женщину…
Ловлю довольную усмешку Вахида. Всего на секунду она промелькнула на суровом лице.
Шамиль шепчет одними губами: «Снайпер».
Не двигаюсь.
Продолжаю вести отсчет в своей голове.
— Нам нужна информация, — заявляет Вахид. — Где стволы? Кто основной поставщик? Через кого ты делаешь на них документы? Я забираю твой бизнес себе, Альзаро. А чтобы ты был сговорчивее, прямо сейчас мои люди подъезжают к заброшенной деревушке, где прячется твоё сердце. Прямо как в сказке, помнишь? Я читаю своим детям ваши русские сказки.
Кэм медленно двигается вдоль стены и встает у меня за спиной, закрывая от прицела СВД. Не поможет. Прошьет насквозь нас обоих. Он знает, делает это для другого. Пока я отвлекаю Вахида разговорами, а тесть сосредоточенно следит за своей дочерью, к горлу которой Максим приставил нож, Камиль отправляет сообщение нашим. Одно слово: «Снайпер».
Перестаю считать…Мысли сбиваются. У нас очень мало времени. Глупо рисковать нельзя и мы ждем, когда уберут винтовку с крыши.
— Ты идиот, если считаешь, что из-за девчонки я отдам дело своего отца в твои руки. Она нравится мне, конечно, но не до такой степени. Я вон, — киваю в сторону Малики. — жену люблю, — усмехаюсь. — А она предала меня, представляешь! С твоим человеком трахалась. Вот ты бы свою простил за такое? И я не могу, — делаю очень грустные глаза. — Что же мы делать теперь будем, папа? — обращаюсь к тестю.