Чтение онлайн

— Зачем ты мне это говоришь?

Отступает от меня по кругу, а я по её следам преследую. Себе объяснить не могу, почему такой глупостью занимаюсь. Но хочется. Жжет внутри, подгоняет, пока есть время. Все грани характера девичьего увидеть, прочувствовать. Разобраться, какая

— С невинностью ты хорошо придумала, Дин, но не вовремя. Нужно было при гостях. Позор и скандал, но тебя бы сослали. А так проверят и обратно отвезут. Умнее будь, тогда сможешь выбраться. Я не пытаюсь тебя подставить. Считай, единственная помощь, которую ты сегодня сможешь получить. Воспользуйся с умом.

— А если я не врала про девственность? Вдруг с каждым встречным…

— С каждым встречным? — делаю шаг через комнату, наперерез девчонке. Она упирается в стену, и я тоже. Ладони вдавливаю рядом с её лицом, наклоняюсь. — Настолько распутная, Дин?

— А если да? Что тогда?

Рассматриваю её, облизываю пересохшие губы, и Дина повторяет мой жест. Хороша. Нельзя на чужую невесту смотреть, особенно такую. Но слишком уж цепляет. И характером, и тем, как не сдается.

Мамедов её сломать хочет, но не так с такими дикими нужно. Таких, как Дина, рассматривать нужно. Изучать. У неё столько внутри сидит, что цепляет крючком.

На глупости толкает.

— Тогда я сделку предложу. Я ведь тоже каждый встречный, — тяну её за талию, а девчонка тихо пищит мне в ухо. — Со мной ночь проведешь и получишь свободу. Согласна, красавица?

— Мерзавец! — часто дышит, грудью в меня упирается. Её глаза полыхают злостью, мой разум сжигают. — Пожар! Помогите! Хелп!

Кричит, как дурная, выполняет свою угрозу. Нет времени разбираться с этим, объяснять персоналу и договариваться, чтобы красавицу игнорировали. Поэтому использую самый простой метод.

Я рывком прижимаясь к её пухлым губам.

Я застываю, словно мне вкололи парализующее. Ничего не получается сделать, только ощущать прикосновения Эмина. Его горячие сухие губы, терзающие мои. Ладонь, которую мужчина опускает на мою талию. Одним рывком притягивает к себе, заставляя что-то в груди сжиматься.

Он грубый, жестокий, а при этом… Движения у него мягкие и плавные. Я жду боли, наказания, резких прикосновений. Но вместо этого Эмин удивляет, медленно проводит пальцами по моему лицу, поглаживает подбородок, сжимает его. Каждое касание мужчины — разрядами по телу. Словно кто-то электричество включает.

Я забываю обо всём, что хотела сделать. Каждая мысль просачивается из головы, растворяется в моем сорванном дыхании. Эмин целуется умело, заставляя дрожать в его руках.

Мужчина отстраняется от меня всего на мгновение, такое долго и необходимое. Меня потряхивает от осознания, что только что произошло. Я действую то, что умею лучше всего. Защищаюсь.

— Какого…

Рука ноет и болит, будто я сломала себе несколько косточек в ладони. Но с удовольствием вижу, как на лице Эмина расцветает красный отпечаток. За стуком собственного сердца я не слышу звука удара.

— Не смей меня касаться, — выдыхаю рвано, отшатываюсь от мужчины. — Не смей так поступать!

— Ты собиралась кричать, самый эффективный способ тебя заткнуть.

— Тоже в наказания подался как Юнус?

— Тебе ведь было так плохо, правда, Дина? Ни капли не понравилось? Страдала, бедняжка, а как подавалась навстречу — это для удара был разгон, наверняка. И после этого ты хочешь, чтобы тебе помогали??

— А, так мне нужно было ответить? Отдаться тебе, чтобы ты помог?

Часто дышу, вспоминая его низкое и подлое предложение. Провести с ним ночь, чтобы Эмин помог мне избавиться от злополучного брака. Каков негодяй!

Иногда, на долю секунды, мне кажется, что в мужчине есть что-то хорошее, настоящее. Когда я притворно плакала, а он всё равно пытался меня утешить. Но эта иллюзия быстро размывается, когда Эмин ведёт себя так. Напоминает, что очень похож на своего друга.

— А теперь скажи мне, красавица, что дальше? Ты начнёшь кричать, сюда прибегут врачи и люди Юнуса. Мы придумаем оправдание, спишем всё на твои нервы перед свадьбой и отвезём домой. К твоему жениху, который не оценит такого поступка. Ты этого хочешь? Дать Мамедову повод наказать тебя? Я могу ему лично сообщить, если тебе нужно.

— Нет.

Я шепчу, пристыженно опуская взгляд в пол. Так сложно признавать собственную слабость. Юнус пугает своей силой, а Эмин — непредсказуемостью, тяжелой энергетикой.

— Не надо ничего говорить Мамедову.

Я не прошу, потому что не могу перешагнуть через себя. Я всю жизнь была сильной, упрямой. А меня забросили в мир, о котором я даже не догадывалась. И мне не нравится то, что я ничего не могу поделать. Раздражает собственная беспомощность.

— Тогда начни думать, красавица. И слушать то, что я тебе говорю. Чем меньше проблем ты будешь доставлять, тем легче тебе будет сбежать. Всё довольно просто.

— Зачем ты мне это говоришь? Юнус твой друг, тебе плевать на меня. Почему я должна тебе верить? Ты соврал моему отцу! Ты сам меня привёз сюда, если бы не твоя помощь — Юнус бы не догадался про больницу. Ты говоришь одно, а делаешь совсем другое. Так чего ты хочешь на самом деле?

— Тебя.

У меня не остается никаких слов, чтобы отреагировать на заявление Эмина. Стою на месте и хлопаю ресницами, надеюсь, что мужчина добавит что-то, прояснит ситуацию.

— Тебя хочу вытянуть из этой передряги, — продолжает как ни в чем не бывало. А меня пошатывает от таких резких перемен. — Но не уверен, что стоит. Ты сама даже не пытаешься.

— Я не пытаюсь? Да я…

Завожусь, но резко обрываю сама себя. Понимаю, о чём говорит Эмин и почему постоянно тычет меня в это носом. Смирной прикидываться, выжидать нужного момента. Да-да, конечно. Только я не могу сидеть тихо, не зная наверняка, что смогу сбежать.

Меня всю потряхивает от нетерпения, кожа зудит в желании избавиться от чужого платья и ненавистных мне обычаев. А Эмин просто предлагает мне неизвестность в надежде на спасение.

Я ни капли не доверяю мужчине, слишком разнится каждая его фраза, меняет настрой. Возможно, он просто хочет задобрить меня, не дать создать новых проблем.

— Зачем я сюда привёз? — фыркает, поправляя рукава пиджака. — А ты хотела бы там остаться? Чтобы Юнус тебя наказал за позор? Твой отец не помог бы, они договорились, пожали друг другу руки, а ты так его подставила. Знаю, — взмахивает рукой, останавливая меня. Небрежный жест, который пережимает мои голосовые связки. — Тебя не спросили. Привыкай, красавица, жизнь несправедлива.

— Но меня бы отпустили, в жены такую не берут.

— Не берут. В жены нет, а в любовницы оставить может. Я представляю, какую сумму за тебя заплатили, чтобы твой отец дал согласие. Такими деньгами не разбрасываются.