Эмин. Чужая невеста
Шрифт:
Взрывается, а её гнев сладостью остается на языке. Дина снова начинает бежать, да так быстро, что на мировой рекорд идёт. Я остаюсь на месте, не желая ввязываться в это всё.
Мне нравится девчонка, глупо отрицать. Но я не привык к чему-то серьезному, и не собираюсь в эту упряжку запрыгивать. У меня есть четкие правила жизни, Дина в них не вписывается.
Я и так пошел на миллион уступок, чтобы ей было лучше.
Комплекс, где мы живём, закрытый. Охрана на высшем уровне, никто не проберется, какими бы деньгами не договаривался с охраной. Можно заморочиться, купить или снять квартиру, но это я тоже держу под контролем.
Поэтому Дина спокойно доберется домой.
А мне не хочется влезать в новые разборки.
Хватит того, что я уже пошел на уступки.
— Халтуришь, — догоняю девчонку за минуту, открываю перед ней дверь. — Надо поработать над твоей техникой.
— Я лучше поработаю над техникой сна. Больше с тобой никуда не пойду.
— Прям таки никуда? Я слышал, что Ниро твой ещё одну выставку планирует.
Девчонка надувается, щеки выпирают от воздуха, смотрит так, словно я только что предал её. Упрямо молчит, не желая признавать поражение. Шумит в прихожей, с грохотом закрывает замок, бросает шапку на тумбу.
Ещё немного и взорвётся.
А я терпеливо жду.
— Нери он, — выдает, едва не срываясь на крик. — И он планирует новую выставку? Так быстро?
— Возможно. Там что-то о новой тематике и новых картинах.
— Новых?! А когда? А мы пойдём? А…
— Ты же не хотела больше со мной ходить куда-либо.
Жестоко, знаю.
Я прислоняюсь к стене, наблюдая за красавицей. Она сжимает в руках спортивную куртку, ткань трещит от сильной хватки. Задыхается от злости, поджимает губы, не выпуская эмоции.
Но глаза — её яркие прекрасные глаза — они всё демонстрируют.
Дине пора понять, что я не пацан со школы, которым можно крутить. Я не собираюсь её под себя ломать, но и сам не буду прогибаться. Иногда ей нужно контролировать собственную речь.
— Но если вдруг передумаешь, то мы пойдём, — обещаю, а девчонка улыбается в ответ. — Если я буду в городе, красавица. Если нет, то пойдешь со Славиком или подругой.
— Ты опять будешь ворчать, что его работы тебе не нравятся?
— Потому что фигня. Вон, — киваю в сторону, отмахиваясь. — Намного лучше твоего Нире.
Я ведь вчера даже не заметил ничего, решил, что это просто фотография с моря. Волны, сгущающиеся тучи, проблески молнии на фиолетовом небе. Красиво и со вкусом.
Ярко, свежо, а не та черная муть именитого художника. Если бы не мазки краски, которые видно вблизи, я бы так и не понял, что это картина. Слишком реально и детально сделано.
— Я повешу завтра, — обещаю, ведь сейчас картина просто стоит на полу. — Договорились?
— Повесишь? Тебе нравится? — Дина забывает обо всех обидах, кружит вокруг меня. — Я собиралась унести её в комнату, но забыла.
— Намного лучше, чем рисует твой любимый художник. И это я тебе говорю как тот, кто искусство не любит.
— Но эта…
— Хороша, да. Можем ещё парочку таких купить. Мне реально зашло.
Я в этом не разбираюсь совсем, мазня и мазня. Но шторм на полотне куда больше нравится, чем портрет чужой девушки от Нери. Тут воспоминания оживают. Так же должно быть с искусством?
— А больше нет, — Дина довольно произносит, вдруг жмётся ко мне. — Мне было скучно.
— Купила картину от скуки?
— Нет, — поднимается на носочки, прикусывает губу зубами, сдерживая ухмылку. — Я её от скуки нарисовала, пока тебя не было.
— Твоя картина?
— Моя.
Девчонка запрокидывает голову, выпячивает губы вперед. Смотрит на меня в ожидании похвалы, и я сдаюсь. Парочку добрых слов она заслужила, я не обеднею.
Обхватываю её лицо ладонями, прижимаюсь в поцелуе. Наконец-то, блин. Весь вечер думал об этом, но вчера красавица не подпускала к себе. Фыркала и наказывала за пропажу.
Хоть завалилась спать со мной, продолжая бить по ладоням, чтобы не лапал. Но это уже победа. И сегодня — финальный выигрыш, когда Дина прижимается ко мне. С жаром отвечает на поцелуй, только дрожит в моих руках, ничего не запрещая.
— Красивая.
— Я или картина?
— Ты, — провожу языком по её губам, впитывая судорожный вдох. — Чуть лучше, чем картина. У тебя талант.
— Врешь ты, — отступает от меня, напоследок проводит пальцами по моей щетине. — Но всё равно приятно. Я хочу чай. Тебе сделать кофе?
— Да, спасибо. Будешь вечно от меня бегать?
— Ты ведь сам меня сегодня на тренировку позвал. Вот, учусь бегать.
Дина пожимает плечами, пряча за этим жестом настоящий ответ. Ясно и доходчиво объясняет. Буду пропадать — на продолжение страстной ночи могу не надеяться.
Я стягиваю влажную футболку, отправляя на пол. Надо в душ и заскочить к знакомому, решая вопрос с охраной. То, что Славик работает один, меня конкретно не устраивает. Я хочу, чтобы телохранитель был всегда на подхвате, двадцать четыре на семь. Если для этого нужно нанять целую армию — я так и сделаю.
Мамедов активизировался. Тихо всё делает, прощупывает почву. Узнает, как много у меня помощи будет, если пойдёт напролом. Именно ради этого я почти неделю колесил по стране. Решал чужие проблемы, чтобы получить поддержку в ответ.
Разговор с семьей оставляю напоследок, если совсем прижмет. Я не собираюсь просить у дяди защиты после всего, что произошло. Но красавица того стоит.
— Ты надолго приехал? — разворачивается ко мне, трясет в руках двумя банками кофе. Я киваю на нужную, и тут же начинает шуметь кофемолка. — Эмин?
— Не знаю точно, на пару дней.
— Два? Три? Опять молча уедешь?
— Нет, сообщу, когда сам узнаю. Дина, у меня чертовски сложная жизнь, — а ты её не облегчаешь, блин. Но об этом я, конечно, не скажу. — Я не сижу на одном месте и ничего не знаю наперед.
— Ладно. Просто у меня со следующей недели начинается работа, так что… Ну, просто чтобы ты знал. Я больше не буду всё время дома.
— Что за работа?
— В одном центре для детей, будет арт-терапия. И можно будет соединить с учебой. Оба будем жутко заняты. Вообще, редко берут с моим опытом, но для меня сделали исключение…