Чтение онлайн

Жаль, что ей достался не принц и не герой.

Но я ведь предупреждал — теперь она без выбора осталась.

Где-то на задворках сознания скрипят старые принципы, жалят, напоминая, что это ничерта не нормально. Но от мысли, что я потеряю Дину, я становлюсь собственником больше, чем все Хаджиевы вместе.

— Красавица, — выдыхаю комплимент, когда девчонка подходит ближе. — Не передумала?

— У меня же выбора нет, — легко пожимает плечами, ничуть не переживая по этому поводу. А потом поднимается на носочки, прижимаясь губами к моему уху. — Что случилось с твоим костюмом?

— О чём ты?

— Эмин, я выбирала цвет сапфира, а это — кобальт. Разные оттенки.

Я намеренно осматриваю себя, намекая, что это абсолютно тот же цвет. Но обмануть жену-художницу не так просто. Виновато улыбаюсь, получая удар ладошкой по груди.

— Застегнись, — шепчет, поправляя мой пиджак. — У тебя кровь на рубашке, не нужно, чтобы остальные видели.

— Не хочешь спросить, что случилось? Вдруг я ранен и умираю?

— Если ты ранен, то постарайся не умереть до ночи, — отмахивается, но взглядом сканирует. Легко киваю, обозначая, что всё со мной в порядке. Ловлю её облегченный вздох, а после красавица продолжает: — Иначе я сама тебя прикопаю. А твоя семья поможет, они любят меня больше.

— Как неожиданно.

— О! Дамир.

Красавица выпутывается из моей хватки, спешит к Валиеву. Мы только переглядываемся взглядами, оба недовольны этой встречей. Но Дина уперлась, она легко нашла разговор с остальной семьей.

Дамир и не семья, не для меня. Там надо далеко в дебри углубляться, чтобы узнать семейное древо. Но у них с Саидом есть общая кровь, а со мной — нет.

— Руки, — рычу в предупреждении, когда Дамир прижимает мою жену к себе. — Не нарывайся, Зверь.

— Послушай племянника, — поддакивает Ася, жена Дамира. Держит на руках сына. Двое старших детей крутятся рядом. — А то разошелся совсем.

Девчонка пищит, когда Дамир притягивает её к себе. А у меня появляется шанс вернуть мою красавицу себе. Обнимаю со спины, а мысленно даю себе пинок по мозгам, что не додумался купить новую рубашку.

А после свадьба закручивается в свой вихрь. Громкая церемония с этими «кораблями и гаванями», хотя моя Дина — настоящий шторм, которые сам по себе затихает. Поздравление, разбитые о каменную плитку бокалы, долгие поцелуи возле арки.

— Прическа, — красавица бормочет, не отрываясь от моих губ. — Испортишь.

— Плевать, — запускаю ладонь в её волосы, тяну на себя. Кайфую от того, как стонет в поцелуе. Прижимается всем телом, запускает пальчики под мой пиджак. — Ты снова моя жена.

— Да? — смеётся одними глазами. — Черт. А я так планировала вернуться к бывшему мужу… Теперь к новому привыкать. Эмин!

Хохочет, когда отвешиваю шлепок по её бедру. Причитает, что все видят, но мне как-то плевать. Здесь есть один человек, чье мнение меня заботит, и красавица сейчас сбегает от меня к гостям.

Я тянусь к подносу, забирая бокал с «шипучкой», опрокидываю в себя махом, ищу второй. Хочу, чтобы сейчас все исчезли и перестали давить шумом. Кажется, я таки приложился головой на разборках.

— Решил? — Саид находит меня в доме, пока я ищу какие-то таблетки от мигрени. — Были проблемы?

— Были, решил, — сухо отчитываюсь, глотая холодную воду. — Не мог другой день выбрать?

— Так совпало. Если бы я знал о перестрелке, то…

— Не посылал бы меня? Не ври хоть.

— Послал бы завтра. Жалко, если бы тебя, балбеса, пристрелили, а Дина так и не стала моей невесткой. Хорошая девчонка, что только в тебе нашла?

— Напомни, а что в тебе полюбила Ника? От меня красавица сбежать не хотела.

— Будто ты бы позволил.

Даже столько времени спустя я не могу признать правоту дяди. Понимаю, почему он так поступил. Это жжение в груди, чертова болезнь, когда не хочешь отпускать.

Не сердце бьется, а черный сгусток эмоций. Желания обладать и постоянно держать рядом. Зависимость, которая в крови, в сознание пробралась, всё оплела.

Понимаю Саида — я так же Дину не могу отпустить.

Но есть большая разница между не отпускать и держать силой.

Никак довольна и ладно, это их история и их проблемы. Главное, что в нашем браке всё складывается легко. Так, как я… Не планировал, конечно, но хотел где-то в глубине души.

— Я достал про Мамедова, — вспоминает в самый неудачный момент. — Если тебе ещё интересно.

— Мамедов давно в земле, плевать.

— Не хочешь узнать почему он так за Диной увивался? Считай свадебным подарком.

Саид бросает на стол папку, и я тут же тянусь к ней. Всё давно закончилось, но мне реально интересно. Особенно момент с тем, как он смог качественные фотографии подделать.

Листаю страницы и снимки, с каждой секундой брови ползут всё выше. Офигеваю с того, что вижу. Семейные фотографии, старые и затертые. И на них…

— Это Дина.

— Дина. Дильнара, — дядя кивает, скрещивает руки на груди. — Я тоже не поверил. Только старше на пятнадцать лет, но она.

— Удивительно похожа. Родственницы?

— Нет. Так совпало.

Совпало.

Первая жена Мамедова — Дильнара — полная копия моей красавицы. Цвет глаз, черты лица, волосы… Всё, от и до. Умерла давно, неудачная беременность, не успели довести до больницы.

Если бы не паспорт Дильнары, я бы себя чокнутым считал. У нас часто брак не оформляют через ЗАГС, только для родственников играют. А потом, если руки дойдут, то официально всё делают.

Мамедов не сделал. Поэтому я и найти ничего не мог, никаких записей не было. О его первой жене почти никто не говорил, да и мало кто видел, на самом деле.

Она умерла.

А Юнус нашел замену — мою Дину.

От мысли, что он хотел красавицу перекроить под умершую жену, мне хочется воскресить Мамедова. И снова грохнуть, только более извращенным методом.

— Ей расскажешь? — Саид кивает в окно, где Дина танцует с подругой. — Или молчать?

— Молчи.

Девчонка только в себя начала приходить. Не признавалась, но я видел, что ей не просто. Кошмары, без вопросов ходила с охраной, хоть и поводов не было. Моя сильная девочка, которую надо бережно хранить и оберегать.

— С праздником.

Бросает Дамир, присоединяясь к нам на кухне. Взглядом дает понять — лучше бы на похоронах встретились. Он крепко держится за семью, меня не прощает. Но это и не его проблема. Главное, что Саид меня простил, а остальные… Дело десятое.