Чтение онлайн

Учебники всё же очень урезаны, скорее как наборы конструктов, не более, но и ожидать от них чего-то более развёрнутого и не стоит. Кроме того, там всё же не совсем то, что нужно — с моим-то уровнем сил. Объяснения Кошкина исправляют ситуацию, как и мои старые знания, но книг именно для видящих я даже не предполагал. А ведь, похоже, у них были свои секреты, которые, судя по истории, они успели создать всего за две сотни лет после Сопряжения. Не зря их артефакты повторить не могут.

Бегло просматриваю ещё несколько книг по амулетам, которые предложил библиотекарь.

Ничего похожего на эти три дневника я не нахожу. Удивительно, как они вообще к нему попали. Видимо, Олег Викторович взял всё, что связано с некромантией и не являющееся прямо совсем-совсем запретным, и вытащил оттуда те, что по созданию амулетов. Но всё равно, некоторыми записями буквально зачитываюсь.

В принципе, общую идею у меня сформулировать получается. То есть благодаря вот этим восьми остальным книгам, с некоторой долей вероятности, получится создать матрицу, с помощью которой артефакторщики смогут наштамповать некоторое количество нужных амулетов. Думаю, это не невозможно. Но тут ещё считать и считать. Но вот именно это я даже знаю, кто мне может помочь сделать.

В общем, если всё будет хорошо с проверкой, определённую пользу моя, хоть и переусложнённая схема принесёт. Да и в архив я, пожалуй, спускаться буду не один раз — не зря я настраивался на это хранилище.

— Максим, — вызывает меня Кощей, — я на подъезде, буду в лаборатории минуты через три.

Внимательно смотрю за раскинутым аспектом. Пока его не чувствую.

— Конечно, Вильгельм Генрихович, — отвечаю. Тут же обращаюсь к безопаснику: — Никита, нам, наверное, нужно встретить нашего консультанта.

Никита словно оживает:

— Конечно, надо обязательно его встретить перед входом! Провести, помочь! — хватается за эту соломинку.

Библиотекарь чуть-чуть недоволен, но усмехается. Где-то очень глубоко про себя.

Интересно, сколько раз, по какому кругу и как точно восстанавливал все сцены происходившего библиотекарь, пытая Никиту?

Поднимаемся.

— Огромное спасибо. Я пошёл, — уточняю. — Хотел бы оставить все книги в том виде, в котором я их просматривал. Это возможно?

— Конечно, Максим, — соглашается библиотекарь. — Я зарезервирую за вами этот стол.

Прощаемся и уходим. Поднимаемся наверх, причём Никита чуть ли не бежит впереди меня.

— Сложный человек? — уточняю.

— Олег Викторович? Конечно. Он у меня куратором был, но я это уже говорил, очень дотошный, очень. Причём он как раз вёл «Пространственное мышление», и сейчас я снова как на экзамене у него оказался.

— И хороший специалист?

— Да, специалист очень хороший, к сожалению. И абсолютно бессердечная тв… точнее, неприятный в жизни.

— Это понятно, — соглашаюсь. — Для него только знания и существуют.

— Да, да, вы очень верно подметили. Это единственное, что его хоть как-то интересует. Наверное, поэтому с людьми не любит часто взаимодействовать. Он был у нас в училище менталистов, но долго не остался — всего пару курсов. Уважаем, но работа с этим человеком — мучение.

Соглашаюсь. Как раз поднимаемся на пару этажей вверх. Хм. Похоже, Кощей приезжает не один.

Дядя Вилли приводит ещё пару человек. Одного из них я уже видел — его сигнатуру узнаю издалека. Второго не видел вроде бы, но раз привёл, значит, надо.

Поднимаюсь наверх, и по мере приближения к Кощею я всё больше удивляюсь. Характерную часть для некромантов в сигнатуре Коштева я ожидаю увидеть. И из этого мгновенно делаю вывод, что этот микроучасток характерен, все же, не только для одного мага и его поделок — Кощей обладает таким же. Эта часть моей идеи подтверждается. Но к этому я, в принципе, готов. А вот к тому, что один из товарищей, который его сопровождает, является очень странным существом на грани между живым и мёртвым, я не оказываюсь готовым, причём с этим товарищем я даже общался почти пару дней близко. Второе же… хм… тело оказывается практически полностью пронизано магией смерти.

Просто раньше я не знал, куда смотреть, и не обращал на это внимание, а вот сейчас я понимаю, что маг, который был рядом со мной, вроде бы как живой, тёплый и со своими эмоциями. Но при этом — некромант, получается? Или мертвец? Не может быть.

А второе приведённое существо вообще не человек. То есть присутствует сознание, присутствует даже какая-то жизнь, но эмоций там как у табуретки.

Но вроде бы никто не бьёт тревогу, и все трое спокойно сидят на первом этаже возле входа в лабораторию. Сказать, что я удивляюсь, это ничего не сказать. Сейчас попробуем попытать дядю Вилли.

— Рад вас видеть, дядя Вилли!

— А я тебя, Максим. Хотя вроде встречались недавно, — усмехается Кощей.

— Ну для кого недавно, а для кого столько событий! — улыбаюсь в ответ.

Ну нет у меня опасений в связи с Кощеем.

А вот у безопасника есть. Тот как раз после формального приветствия старается не отсвечивать. При этом уйти он по понятным причинам тоже не может, да и фонит он опаской, скорее, чем прямо страхом. Ладно.

— И то верно. Я тебе тут некоторые опытные экземпляры привёл. Пойдём, буду рассказывать, что к чему. Да ты же уже наверняка понимаешь.

— Да, — соглашаюсь с Кощеем.

Вижу, сильно удивлён, но ничего. Коштев приходит вместе со Степаном, который меня возил по городу и ещё с одним существом, которое внешне от человека не очень-то и отличается, разве что слегка остановившийся взгляд и очевидная безынициативность выдаёт, что он не очень живой.

Кольцо реагирует однозначно на всех троих.

Мы спускаемся на этаж в лабораторию, там же, где мы оставили мертвецов.

— Рассказывайте, — прошу Коштева.

— Ну смотри, вот твой знакомец, — показывает на Степана, который меня возил. Тот усмехается. — Это маг. Я захватил его, чтобы понять, будет ли реагировать твой амулет на людей под принуждением.

— Вы серьезно? — удивляюсь. Кидаю взгляд на мага.

Тот разводит руками.

— Не переживай, Максим, он в принципе самостоятельный, живой. Просто сейчас его лояльность контролируется магией смерти. И альтернатива у него была бы намного неприятнее. И жизнь он тоже ценит, правда, Степа?

— Да, господин Коштев. — соглашается маг.

Интересно, что в сигнатуре — полное подтверждение слов Кощея. Разве что, небольшое сожаление, но не касающееся ситуации. Скорее, прошлого.

— Получается, что эта особенность, на которую реагирует мой амулет, характерна не только для некромантов и их поделок?