Эмитель. Исток жизни
Шрифт:
Глубоко вздохнув, он ослабил хватку, медленно опуская меня с трудом разжав руки, но продолжая сверлить взглядом.
– Прошу, – прошипел он, указывая на панель, где на циферблате шёл обратный отсчёт времени, данного для оказания помощи на пойманный сигнал бедствия.
Да что тут поделаешь, выхода нет, пытаться спастись бегством здесь не получится, сорок минут слишком много, чтобы я не пыталась придумать, остаётся надеяться на седовласого мужчину, может у него мозги на месте, и он не горит желанием отомстить мне.
Подойдя к панели, с весьма ощутимой болью в ногах, провела встроенным датчиком на руке по циферблату. Лёгкий сигнал, отключение отсчёта и тёмный экран. Стоило видеть в этот момент рожу Вайда, будто он испытывает вожделение от происходящего, да ещё бы, чувствую, мне придётся не сладко!
– Ну что же, – обратился ко мне мужчина, – признаться, – он сделал задумчивый вид, давая понять, что хочет знать моё имя.
– Вивьен, – нехотя, промямлила, я. Всё же усталость давала о себе знать, отзываясь тяжестью во всём теле.
Этот появившийся мужчина внушает надежду на добропорядочность и солидарность, однако присматриваясь к нему, явно замечаю возрастные несоответствия. Что с ним не так? Высокий, слегка худощавый, и даже можно сказать подтянутый, но явно в возрасте, причём, не смотря на седину, его лицо ровное и гладкое без единой морщинки, но он не юн. И глаза, пронзающие на сквозь до дрожи, на мой взгляд, в них вовсе нет доброты, и милости на которую я надеялась рассчитывать.
– Вивьен, – даже не представившись мне в знак солидарности, – Ваше бедственное положение слегка пошатнуло наши планы, и мне, конечно же, весьма интересно узнать, что могло с подвигнуть Вас к выбросу капсулы, но как я вижу,– пристально посмотрев на мой измученный вид, – всё же Вам следует отдохнуть, правда Вайд? – косо посмотрев в его сторону, явно давая ему понять, что пока не стоит меня тревожить.
– Разумеется, – согласился тот, слегка погрустнев, – я провожу.
Да неужели, несколько широких шагов в мою сторону и он уже тащит меня вдоль коридора, вцепившись своей клешнёй за хрупкую талию, будто я мешок с отбросами.
– Ты мог бы поаккуратнее, – еле волоча ногами. – Мне и так не по себе после Октариса!
Ужасно хочется пить, есть, но разве я могу просить его об этом?! Наверняка отравит, хотя нет, наплюёт мне в еду.
Корабль огромный, судя по тому, сколько коридоров и отсеков мы прошли, здесь можно заблудиться. За эти минуты ходьбы, мой бок онемел от такой хватки, и сколько уже можно путлять.
– Каюта шестнадцать, – остановившись, обрадовал он меня.
Дверь отъехала в сторону, и меня втолкнули внутрь. Небольшая комнатка, даже на моём корабле у меня были гораздо просторнее апартаменты, нежели здесь, и это на таком-то громадном звездолете такие каморки? Здесь даже осматриваться не пришлось, помимо кровати, на которую я приземлилась здесь ничего и не вместилось.
– Уютно? – упёршись плечом о стену, с ядовитой ухмылкой на лице.
– Нет! – чего врать. – Я хочу, чтобы меня высадили на ближайшей космической станции.
– Как скажешь, – проговорив, его взгляд остановился у меня на груди, подробно изучая её. Вот же!
– Я не ела сутки, – осмелилась просить, дабы он отвёл свой взгляд.
– Угу, – отлипнув от стены, но не от моей груди. – А ты с загадкой! – все, продолжая пялиться. – Моя каюта напротив, не расслабляйся, – развернувшись, он вышел, как ни в чём не бывало.
Странный тип. Всё странно.
– Голограмма, – вспомнив, посмотрела на своё декольте, где красовались три выпуклые части, которые, по-видимому, смогли его спугнуть. – Конечно же, с загадкой, только вот узнать бы с какой, – вынимаю бокс с голограммой из-под топа. – И надо же было наёмникам за тобой гнаться? Как они только узнали, – вертя бокс в руке, догадка внезапно осенила. – Маячок. И ни как иначе! Значит, они пожалуют и сюда.
Долго размышлять не пришлось. Строить планы, по-видимому, тоже не выйдет. Ведь что можно придумать, находясь в космосе и на чужом корабле? У меня нет сомнений, что скоро меня отсюда заберут, наверняка наёмники уже в пути, вот интересно, почему так долго они меня ищут, хотя наверняка это проделки моего склизкого братца! Чего он там мог им напридумывать? Почему-то в душе ни осталось, ни малейшей тревоги за него, да что с ним станет, он же не себя вышвырнул в открытый космос на съедение подводным тварям!
Усталость валила с ног.
– Что же, хотя бы немного полежу в покое и тишине, – улыбнулась сама себе, переходя в положение лёжа, – мало тебе было покоя на Октарисе!
Теперь ещё этот Вайд нарисовался, среди тысяч звёзд он умудрился оказаться именно рядом с этой. Не хватало мне наёмников теперь и мститель из прошлого, что с этим всем делать? Покрутив ещё раз бокс с голограммой перед собой, так и не смогла понять, как можно открыть его, возможно нужен ключ?!
– Да на кой нужна мне эта головная боль, – засунув голограмму под подушку, чтоб не думать ещё и об этом.
Пара вертикальных прожекторов встроенных в пол оснащены датчиками движения, и, не имея колебаний, они начинали светить тусклым желтоватым свечением, от чего по потолку рассеивались приглушённые оттенки света, начинало слегка клонить в сон, и если бы не жалобное урчание желудка, то меня бы давно вырубило, а так лишь временная дремота.
Сквозь лёгкий, чувствительный сон, послышался звук отъезжающей двери, и, не успев толком проснуться, машинально вскочила с кровати, готовясь к самообороне. Вот только самозащита здесь не понадобилась, это всего лишь роботизированный дрон-разносчик.
Комната наполнилась ярким свечением, давая полностью рассмотреть так называемого гостя зависшего в воздухе. Слегка голубоватая материя покрывала довольно таки внушительные габариты овальной формы, не имеющие ни каких отличительных признаков. Издав лёгкий щелчок, из овального роботизированного помощника, парящего передо мной, выехал поднос с едой.
– Вот так доставка, – оживилась я, хватая все, что мне преподнесли, – вот это аромат, – вдыхая исходящие пары, – а я-то думала, что этот урод меня голодать оставит, – запихивая в рот ложку с густым супом-пюре, зачем-то продолжала выплёскивать все, что сейчас думаю, -может Вайд и не такой уж мерзавец, – наполняя желудок едой, на душе становилось так комфортно.
– Мне так и передать? – донёсся умеренно спокойный голос, из ещё парящего передо мной разносчика-дрона.
– Нет, – окаменевшим голосом произнесла, не успев пережевать, вот это было уже неожиданно для меня, – ни смей, ни чего передавать, – затараторила, боясь подливать масла в огонь, – и вообще, что там у тебя ещё для меня есть?
– Ни чего не имеется! – снова проговорил помощник, разочаровав мой желудок.
– Я так и думала, а теперь давай лети уже отсюда! – махнув на выход рукой, после чего роботизированный дрон молча, вылетел из моей временной каюты, оставляя наедине с едой.