Эмоциональный букварь от Ах до ай-яй-Яй
Шрифт:
— Вот посмотрите, — шептала Натали детям, чтобы не смутить загорающую девушку, — микроклиматор у этой девушки настроен на майские утренние лучи. Они — самые лучшие для загара. Ей, видимо, очень нужен сейчас загар.
Девушка прошла мимо, продолжая загорать и облизывая голубое мороженое. Тут до наших героев донеслись громкие восторженные вопли детей. В воде играли дети. Над ними был натянут большой микроклиматор и под ним буйствовала гроза: гремел гром, пространство между водой и тентом прочёркивали синие молнии. На том квадрате пруда, где играли дети, вздымались, правда, не очень большие, но очень шумные волны. Дети Эюлии играли в пиратов, морских разбойников. Их маленький плот трепали волны, а дети с ними боролись и визжали от восторга.
Шурик было ринулся к ним. Такую игру он не мог пропустить. Ведь он когда-то был грозой Арбата. Но Натали его мягко удержала.
— О нет, Александр. Вы обязательно заиграетесь, а мы здесь долго находиться не можем. Не хотите ли вы здесь остаться?
— Да, хочу, — не раздумывая, крикнул Шурик, но тут же запнулся. — Нет, ведь я тогда больше не увижу маму и бабушку…
— Поэтому нам надо быть вместе, — заключила Натали.
И Шурик с ней согласился.
На берегу, ближайшем к месту игры, стояли три женщины и смотрели на своих детей. Сначала на них были очень красивые пёстрые платья, но потом… дети даже не поверили своим глазам… платья женщин стали менять цвета. У одной оно сначала порозовело, а потом стало ослепительно белым, у другой — ярко-красным, а у третьей — небесно-голубым!
— Видите, — продолжала Натали, — мамы переживают за своих детей. Одна испугалась, вдруг её ребёнок утонет, он очень рискованно нырнул с плота, другая гордится своим сыном — он очень смелый и прекрасно плавает, а вот той маме стало стыдно, что её мальчик столкнул с плота в воду одну девочку, которая от неожиданности наглоталась воды, а он спрятался за спины других…
— А они могут утонуть? — забеспокоилась Даша.
— Нет, в случае опасности к ним мгновенно примчится береговая спасательная команда роботов. Их даже не надо будет вызывать, как у вас скорую помощь или пожарников, они просто настроены на тревожную ситуацию.
— А я догадалась по цвету платья, какая мама испугалась! — крикнула вдруг Даша.
— А я знаю, какая гордится, — подхватил Миша.
— Думаете, я не знаю? — возмутился Шурик. — Я вижу маму, которой стыдно.
— В Эюлии у всех людей такие одежды? — поинтересовалась Даша.
— О нет, только у тех, кто шьёт или заказывает себе одежду из чувствительной к переживаниям ткани. Такая одежда меняет цвет, потому что изменяется температура тела.
— А едят они, наверное, как космонавты, из тюбиков? — продемонстрировал свою образованность Шурик.
— Жители Эюлии могут заказывать себе любые блюда. Те, которые им особенно нравятся, или те, о которых они где-то услышали, узнали, прочитали. Всё можно заказать кухонным роботам. Команды отдаются словесные…
— Даже не надо нажимать на кнопку? — удивилась Даша.
— Не надо, скажешь и — всё. Устные команды можно давать телевизору, посудомоечной машине.
— Вот бы посмотреть, — размечтался Миша.
— Может быть, и увидите… — задумчиво произнесла Натали и взмахнула веером.
Было уже поздно. Надо было спать. Нельзя же нарушать домашний режим, а то родители будут беспокоиться.
…И вот дети уже спят. Детям снится Эюлия.
МНЕ СТЫДНО, ГОСПОДА!
…Натали появилась вечером, как всегда. А перед её появлением Миша и Даша яростно спорили. Их спор был такой горячий, что они забыли, с чего начали. Только и было слышно: «Как тебе не стыдно!», «Не знаешь, так молчи!». А началось всё с того, что Миша заявил, что знает, как вызвать Натали без духов. Ведь духи «Аромат времени» уже были использованы до самого донышка. Ну, ни капельки не осталось! Ещё бы — они столько путешествовали.
На шум прибежала мама.
— Что вы расшумелись? Как не стыдно! Ай-я-яй, только и знаете спорить! — с ходу напала она на детей.
Мама вышла, а Миша тут же повторил:
— Ай-я-яй, Даша. Тебе должно быть стыдно! Ну, почему ты не стыдишься? — и он скорчил строгую гримасу.
— Вот ещё, — надменно заявила Даша… И вот тут-то появилась Натали…
Но что это? Кукла, словно вторая маленькая Натали, лежала на Дашиной кровати с закрытыми глазами. Что-то было не так.
Даша, ещё не успевшая остыть от спора, с жадностью набросилась с вопросами на Натали:
— Скажи, Натали, почему я должна стыдиться? Заладили все: «Стыдно, стыдно!», «Ай-я-яй!» Пусть Мишка сам стыдится! Ведь если бы он со мной не спорил, я бы тоже не спорила с ним!
— Дашенька, Мишель, добрый вечер, — Натали была чем-то взволнована. — Я пришла к вам прощаться. Теперь мы уже никогда не расстанемся с вами…
— Да-да, никогда… — закричали дети.
— Подождите, пожалуйста, я ещё не закончила. Но приходить к вам я больше не смогу. Любое чудо имеет своё начало и свой конец…
Детям захотелось опять закричать, но они не нашли слов, только взволнованно задышали и беспомощно оглядывались друг на друга. Натали улыбнулась.
— Это же должно было произойти когда-нибудь. И вот момент настал… — голос её был как всегда певуч, мягок, но сейчас очень печален. Он был пропитан печалью.
И вдруг у Даши неожиданно вырвались слова:
— Как тебе не стыдно, Натали! Ты нас бросаешь, — и потом добавила совсем уже тихо. — Ай-я-яй…
К чему она это сказала, Даша и сама не знала. Наверное, потому, что все эти слова ещё вертелись у неё на кончике языка. Ведь все дети так часто заявляют друг другу: «Как тебе не стыдно!» Не так ли! И что же они услышали в ответ:
— Да, мне очень стыдно, господа, — едва слышно прозвучало в комнате. — Я к вам очень привязалась…
И тут уже Миша не выдержал:
— Почему это Натали должно быть стыдно?! Это ты во всём виновата! — набросился он на сестру. И неожиданно заплакал. И оттого что он заплакал, мальчик ещё больше рассердился на Дашу. А Даша в ответ тоже заплакала.
— Тихо, тихо, — сказала Натали, — успокойтесь, господа. Прощаться надо всегда очень тихо. Я, наверное, виновата перед вами. Я знала, что придёт эта минута, но не подготовила вас к расставанию.
— К этому нельзя подготовить, — размазывая по лицу слезы, возразил Миша.
— Нельзя подготовить, — как эхо повторила Даша и горько всхлипнула.
— Хоть и нельзя, а надо, — улыбнулась, тоже сквозь слёзы Натали.
— Натали, ты всегда и во всём винишь только себя и никогда не стыдишь других. Разве это правильно? — возмутилась Даша.
Она надеялась, что Натали что-нибудь расскажет, пригласит отправиться в какую-нибудь чудесную страну и забудет о расставании. Но Натали ответила коротко: