Чтение онлайн

Писатели Х и XI вв. почти единогласно свидетельствуют, что в то время Б. был весьма незначительным городом, служа складочным местом торговли болгар, часто подвергался нападению и разрушению со стороны князей руссов, но, под влиянием развивавшейся торговли, вновь отстраивался и расширялся. Характер торгового городка оставался за Б. и в последующие века; но в половине XIII в., с разрушением татарами Биляра, к нему перешло от последнего и политическое значение; от имени ханов в нем стали чеканиться монеты, во время кочевок ханов Золотой орды на север он служил их местопребыванием, и к концу XIV ст. настолько усилился, что везде в наших летописях стал именоваться «Великими Болгарами». В половине XV в. город, едва не ставший владением московского государя, после похода кн. Федора Давидовича Пестрого в 1431 г., вошел в состав вновь образовавшегося Казанского царства. Политическое значение его, конечно, тотчас же исчезло; вскоре перестал он быть и торговым городом, и, обратившись впоследствии в небольшое татарское поселение, стал лишь привлекать внимание своими развалинами, свидетельствующими о минувшей его славе и которыми особенно богато и теперь вышеназванное село Болгары.

Сделав краткий очерк устройства и внутреннего быта Болгарского государства на основании, главным образом, свидетельств арабских писателей, перейдем теперь к показаниям наших летописей о тех отношениях, какие у них существовали с русскими (об отношениях к другим их соседям, Юга и Востока, ничего не известно).

Наши летописи начинают говорить о Б. со второй половины Х века и различают булгар: волжских, серебреных или нукратских (по Каме), тимтюзей, черемшанских и хвалисских, которые, по объяснению В. В. Григорьева: суть отдельные племена, находившиеся под главным управлением царя болгарского. В 969 г. они впервые подверглись нападению русских, предводимых Святославом, который разорил их земли, по сказанию Ибн Хаукаля, вероятно, в отмщение за то, что они в 913 году, как сообщает Массуди, помогали хазарам разбить русских, предпринявших поход на южные берега Каспийского моря. Военные столкновения происходили у них с русскими и в 985, 1088. 1120, 1164, 1172, 1184, 1186, 1218, 1220, 1229 и 1236 гг.; при этом надо заметить, что Б. гораздо чаще должны были выдерживать нападения, чем сами нападали, хотя они во время своих вторжений доходили до Мурома (1088 и 1184)и Устюга (1218) и овладевали этими городами. Их столица не раз была разоряема русскими войсками, и не раз вожди последних, после нерешительной битвы, заключали с ними мир. Причину таких частых вторжений со стороны русских в землю Б. историки обыкновенно усматривают в желании овладеть богатствами последней. Между этими известиями наш летописец сохранил под 1024 годом известие о том, что в этом году в Суздале свирепствовал голод и что Б. снабдили русских большим количеством хлеба. Этим сообщением летописца, кажется, вполне оправдывается утверждение арабских писателей, что Б. — народ земледельческий, и в тоже время им можно воспользоваться для предположения о торговле Б. с русскими зерновым хлебом, а не пушными зверями, которыми они и сами были богаты. Общий же характер сношений Б. с русскими склоняется более в пользу войны, чем мира до самого нашествия монголов. Последние, в первое свое нападете на Россию, оставили, кажется, Б. в покое; но когда потомки Чингисхана отправились покорять земли, лежащие к западу, Булгария первая пала жертвою их кровожадности. Весною 1236 г. вождь Субутай вступил в пределы ее и взял столицу Булгар. Не имея возможности сопротивляться несметным полчищам монголов, Б. сначала им покорились без сопротивления; но как только те удалились, они свергли их зависимость. Тогда Субутай вторично вторгнулся в их землю и поработил ее совершенно, сопровождая свое порабощение кровопролитием и разорением, чем и нанес решительный удар самостоятельности Б. С этого времени они перестали существовать в виде отдельной нации, составили часть Кипчацкой орды и до самого падения разделяли судьбу ее, сливаясь более и более с победителями, так что утратили наконец и свое народное имя.

Что же касается отношений Б. к русским после 1236 г., то о них долгое время наши летописи ничего не сообщали, и упоминают впервые едва ли не около 1359 г., когда вольница новгородская овладела Б. городом Жукотиным; после этого летописец начинает уже довольно часто упоминать о Б., и из этих упоминаний видно, что старинная вражда их с русскими не прекращалась, а иногда принимала еще более острый характер. Главными врагами их в это время были: новгородская вольница и великий князь московский. Особенно много пострадала Булгария от Дмитрия Иоанновича и Василия Дмитриевича, которые овладевали Б. городами и ставили в них своих «таможенников». Вскоре Б. и окончательно подпала под власть русских царей, но когда именно — положительно сказать нельзя; по всей вероятности, это произошло при Иоанне Васильевиче Грозном, одновременно с падением Казани в 1552 г. Однако титул «государя Болгарии» носил еще дед его, Иоанн Ш. В нынешнем Императорском титуле государь император называется также «князем Болгарским».

Литература. Френ, «Aelteste Nachrichten ueber die Wolga Bulgaren» (в «Memoir. de l'Acad.», VI s.; его же, «De nummorum Bulgaricorum forte antiquissimo, libri duo»; Кеппен, «О волжских Булгарах» (в «Жур. Мин. Нар. Пр.» за 1836 г., ч. XII); Эрдман, «Die Ruinen Bulghars» (в «Beitrдge zur Kentniss der Innern von Russland» (т. I); Charmoy, «Relation de Mas'oudy et d'autres auteurs» (в «Mem. de l'Acad.», 1834); Григорьев, «Булгары Волжские» (в «Библиотеке для Чтения», 1836 г., 11 кн. ) и его же статья в «Энцикл. Лексиконе Плюшара», т. VII, под словом «Булгары Волжские»; Березин, «Булгар на Волге» (в «Ученых Записках Казанского Унив.» за 1852 г., т. III); Хвольсон, «Известия Ибн Дасты» (Спб., 1869); Гаркави, «Сказания мусульманских писателей»; Лихачев, «Бытовые памятники великой Булгарии» (в «Трудах 2-го археологического съезда»); Невоструев, «О городищах древнего Волжско-Болгарского и Казанского царств» (в «Трудах 1-го археологического съезда»); Ритних, «Материалы для этнографии Poccии» (Казанская губ., Казань, 1870 г., т. I); Шпилевский, «Древние города и другие булгарскотатарские памятники в Казанской губернии» (Казань, 1877).

В. Р.

Бульдог — не особенно крупная, но очень сильная порода собак, отличающаяся толстою и короткою мордою, плоским, раздвоенным носом и широкою раздвоенною верхнею губою, вследствие чего видны снаружи верхние резцы. Шерсть короткая, прямая, плотно прилегающая к телу. Б. очень злы и в ярости весьма опасны: впившись зубами, эта собака не может уже выпустить своей жертвы, так как у нее делается временный столбняк мускулов, сжимающих челюсти. Для своего хозяина Б. есть лучший и надежнейший сторож. Б. употребляют для охоты на сильных и опасных зверей, например: на кабанов и медведей. Прежде в Северной и Южной Америке бульдогов дрессировали для охоты за беглыми невольниками, но с уничтожением невольничества обычай этот исчез сам собою.

Э. Б.

В настоящее время имеется много разновидностей этой породы, но все они происходят от существовавших еще в XV столетии огромных бульдогов, и теперь еще встречающихся в Испании. По силе, крепости челюстей и злобе, Б. очень пригодны для всевозможной травли, а потому их кровь примешивают ко многим собакам: борзым, гончим, терьерам и даже пойнтерам. Между прочим, Б., вместе с меделянами, употреблялись для травли медведей, производившейся в семидесятых годах в Москве, за Рогожскою заставою.

С. Б.

Бумага писчая — собственно войлок из размельченных растительных волокон, имеющий вид листов, толщиною от 0,02 до 0,3 мм., разных размеров и цветов. Употребляется бумага для писания, черчения, рисования, печатания, завертывания и для выделки разных предметов; более толстые листы этого рода называются картоном или папкою. Изобретение бумаги относятся к II веку до Р. X. и приписывается китайцам, употреблявшим для ее выделки луб разных растений и теперь еще приготовляющие ее довольно первобытными способами. В VII и VIII веках приготовлять бумагу научились японцы и другие соседние народы. Умение это затем перешло от татар к арабам, устраивавшим заведения для выделки бумаги в Сирии, Палестине, Северной Африке, Сицилии и Испании. Мавританские производители бумаги были по преимуществу ученые, работавшие прежде всего для своего употребления. Крестовые походы распространили содержавшееся в секрете искусство приготовления бумаги по Западной Европе. В Германии появилось оно в 1190, во Франции в 1250, в Италии в 1275 годах. До конца XIII века употреблялись самые простые приспособления. Существует мнение, что первоначальным сырым материалом служила повсеместно хлопчатая бумага, и что только по изгнании арабов, державших в своих руках всю хлопчатобумажную торговлю, обратились к употреблены льна и конопли. При этом прежние ступы оказывались неудовлетворительными, и были изобретены механические толчеи. Первая писчебумажная фабрика (Papiermьhle) была основана в Равенсбурге в 1290 году. Впоследствии они стали быстро распространяться по Германии, Австрии, Италии, Испании, Англии и Швейцарии, в особенности около университетских городов. Изобретение книгопечатания и Реформация дали сильный толчок бумажному делу. В Бельгию и Голландию искусство приготовления бумаги было занесено в 1686 г. французскими эмигрантами, в остальных странах Европы оно появилось только в начале XVIII века. В XVIII же веке появился в Голландии так называемый голландр (или роль).

На Руси писчая бумага вошла в употребление еще в первой половине XIV стол.; наиболее вероятно, что ее впервые занесли ганзейцы через Новгород. В XIV веке Б. была у нас большею частью итальянского происхождения, и только к концу столетия все чаще и чаще стала появляться французская бумага. В XV и XVI столетиях господствовала французская бумага. С конца XV стол. замечается сильная примесь немецкой, а со второй половины XVI стол. — незначительная примесь бумаги польской выделки. XVII столетие представляет время борьбы французской бумаги с голландской; продукты голл. производства уже во второй половине этого века берут верх и особенно господствуют при Петре Великом и его преемниках. Употребление английской бумаги в до Петровской Руси сводится почти что к нулю. В самом Московском государстве с половины XVI стол. происходит ряд попыток делать свою бумагу. Первая русская фабрика бумаги была устроена в селе Каннино, Вантеевка тоже, расположенном при реке Уче, в 30 верстах от Москвы, но в 1576 г. фабрики этой уже не существовало. Затем патриарх Никон сделал замечательную попытку завести при московском печатном дворе собственную бумажную мельницу. Эта бумажная мельница устроена была в 1655 г. на реке Пехре в государевой Зеленой слободе (ныне село того же имени в бронницком уезде Московской губ.); но трехлетний опыт доказал, что мельница была построена на неудобном месте: вода беспрестанно прорывала плотину. Вероятно, вместо этой то мельницы и была построена на реке Яузе другая, относительно которой сохранилось в Актах указание, что она с 1676 по 1681 г. находилась в откупу за иноземцем Еремеем Левкиным. Но правильное писчебумажное производство завелось у нас лишь со времени Петра Великого, который устройство бумажных мельниц в России заимствовал из Голландии. В 1716 г. была основана обширная бумажная фабрика близ новой столицы, около Дудергофа, управлять ею был приглашен немец мастер, получавший значительное по тому времени содержание. В 1720 г. в самом уже Петербурге «за Галерным двором» была выстроена новая бумажная мельница. Писчебумажное производство при Петре быстро приняло довольно широкие размеры. В ноябре 1719 г. Адмиралтейств-Коллегия по именному указу распубликовала реестр продающимся сортам бумаги. В этом реестре перечислено множество сортов, начиная с толстых больших листов для рисования и кончая картузной и аптечной бумагой. Весьма скоро оказалось, что указанных. мельниц недостаточно. Появляется целый ряд частных заводов. В 1727 г. граф Сиверс воздвиг вблизи Петербурга огромную фабрику, устройство которой обошлось в 195875 рублей. В 1743 г. разрешено было воронежскому купцу Феодосью Пустовалову завести бумажную фабрику в Воронеже. Во второй половине XVII стол. выделкою бумаги славились, кроме Москвы и Петербурга, города Ярославль и Калуга.

История бумаги еще недостаточно разработана, хотя и имеется несколько капитальных исследований. Весьма спорным пунктом является вопрос о том: действительно ли употреблялся первоначально для производства бумаги хлопок. Между тем знание происхождения бумаги и тщательное изучение бумажных водяных знаков (filigrane) может оказать большую услугу библиографу при определении места напечатания инкунабул. Еще большее значение имеет исследование бумаги для археографа и палеографа. В вопросах о подложности документа или о времени написания недатированных документов данные, получаемые путем изучения бумаги, должны придти на помощь данным палеографическим. Ср. С. М. Briquet, «Recherches sur les premiers papiers en Occident et en Orient du X au XIV siecle» (Пар., 1885, в 46-м томе «Memoires de la Societe nationale des antiquaires de France»); H. П. Лихачев, «Бумага и древнейшие бумажные мельницы в Московском государстве»(М., 1891).

Техника писчебумажного производства сделала большие успехи в конце XVIII века, когда увеличившийся спрос на большие форматы вызвал в свет изобретение, вопервых, цилиндрической машины для бесконечной бумаги, т. е. машины, в которой рабочим органом является цилиндр (барабан), обтянутый металлической тканью, изобретателем которой был Лейстеншнейдер, в Понсэ; а во вторых, машины с бесконечным горизонтальным сетчатым холстом, изобретенной Робертсом, в Эзонне. Машина первого типа, после усовершенствований, внесенных в нее Дикенсоном, Брамой и Денисоном, употребляется в настоящее время преимущественно для выделки папки. Робертсова машина, усовершенствованная Леже-Дидо(1819), Фурдринье (1830), Донкином (1835), употребляется и поныне, в разных видоизменениях, для выделки собственно бумаги. Важнейшими нововведениями последних времен являются: древесная масса, получаемая механ. путем, которая изобретена Келлер-Фельтером (1847), химическая и натровая целлюлоза (лигнин), метода Хаутона (Houghton, 1857), сульфитцеллюлоза Тильгмана (1869) и Митчерлиха ( 1873), альфа или эспарто, метода Раутледжа и метода Бувере с соломой. Тогда как старые машины производили в 12 раб. часов 8 стоп всего пуда на 3, современные машины вырабатывают в 24 часа до 300 пудов, т. е. до 1000 стоп той же бумаги. В настоящее время в Европе насчитывают 3040 бумагодельных машин, производящих в год до 90 миллионов пудов бумаги. Из этого количества 48 милл. пуд. идут на печать, 18 милл. на письмо, около 20 милл. на обои и на обертку, 10 милл. на папку. Типографии потребляют 50 — 55%, присутственные места 10 — 12%, преподавание 12 — 14%, торговля 10 — 12%, промышленность 6 — 8%, обмен письмами 4 — 6%. Годовое потребление на человека составляет: в Греции, Турции и Дунайских странах 0,25 кг.; в России и Испании 0,5; в Австрии, Скандинавии и Португалии 1,75; в Дании и Италии 2; в Нидерландах 3: в Бельгии и Франции 3,5; в Германии и Швейцарии 4; в Северо-Амер. Соед. Штатах 5; в Великобритании 5,5.

Бумагоделание (вкратце) состоит в следующем: волокнистый материал, очищенный механически и химически и измельченный, размешивается с водою и кладется ровным слоем на сетку, причем вода удаляется, а остающийся войлок и образует бумагу. Лучший материал доставляют тряпки изношенных хлопчатобумажных и льняных тканей. Но так как их не хватает, то берутся суррогаты, как то: дерево, солома злаков и бобовых, тростники, сено, черемица, крапива, репейник, шильник, волчье лыко, кора акации, липы и ольхи, стебли конопли и мака, древесные листья, муравьиная трава, папоротник. луб папируса, бамбука и шелковицы, сырой хлопок, сахарный тростник, пальмы, алое, альфа, пизанг, джут, юкка, шерсть, шелк, кожа, асбест и торф. Перерабатывается тряпье резанием, выколачиванием, вывариванием, бучением и измельчением. Перед разрезанием тряпье сортируется по материалу, цвету и толщине (10 — 30 сортов), причем швы распарываются, пуговицы; крючки и петли удаляются; делается это ручным способом. Разрезание производится либо ручным, либо машинным способом. В первом случае употребляются столы с воткнутыми посредине ножами. Во втором случае употребляются тряпкорубки, в которых тряпье, подаваемое в машину желобом, разрезается ножами, сидящими на окружности колеса. После того тряпье поступает на выколачивающую волк-машину, или пылеотбиватель, в которой тряпье разбивается зубчатым цилиндром, причем пыль и сор удаляются, Затем тряпье моется. В последнее время тряпье моется в голландрах или ролах. После этого тряпье варится отчасти для окончательного удаления грязи, отчасти для обесцвечивания разных красок, отчасти и для размягчения грубого тряпья. Тонкое, белое тряпье зачастую промывается только в полумассовом роле. Прежде для получения полумассы применялось брожение (гниение) тряпья; теперь же оно заменяется двумя приемами: измельчением и бучением. Последнее уничтожает те вещества (смолы, камедь, сахар, масло, дубильную и другие кислоты), который склеивают между собою волокна.