Чтение онлайн

В. С.

Кули и китайский вопрос. — Под именем К. (coolie) разумеется многочисленный китайский и малайский пролетариат, ищущий применения своих рабочих сил за пределами родины, большей частью в Сев. Америке и Австралии. При громадном избытке населения в Китае, приток К. вскоре сделался до того значительным, что правительства Соединенных Штатов, Канады в австралийских колоний принуждены были подумать о его стеснении. Во время недостатка рабочих в 1850 — 70 гг. в Калифорнии, большое количество китайцев устремилось сюда на заработки в качестве прислуги и чернорабочих; в 1860 г. их здесь было 34933 чел. Благодаря железнодорожным постройкам. число их в 1870 г. дошло до 63199 чел. почти исключительно мужчин. В это время в конкуренцию с китайцами вступили рабочие других национальностей, особенно ирландцы, и так как китайцы своей непритязательностью понизили заработную плату, то это возбудило против них сильное неудовольствие, обостренное их образом жизни. Они жили в узких и нездоровых жилищах в одном из кварталов Сан-Франциско и, принадлежа почти исключительно к низшим классам, составляли по большей части собственность «шести компаний» — больших торговых обществ, доставлявших им средства для переезда и эксплуатировавших их, как должников, до покрытия путевых издержек. В среде их действовала тайная система частной судебной расправы, схожая с неаполитанской каморрой и направленная, по слухам, между прочим, против китайцев, в официальных судах свидетельствовавших против своих земляков. На 100820 китайцев мужчин в 1880 г. приходилось лишь 4793 женщин, почти поголовно проституток; последствием этого была чрезвычайная деморализация низших классов белого населения, имевших сношения с китайцами. Далее, из за религиозных причин китайцы лишь временно оставались в стране, заботясь даже о посмертном доставлении своих трупов в Китай, на случай смерти в Америке. Вследствие всего этого по постановлениям сев.-амер. судов китайцы не признавались имеющими одинаковые с европейцами права на натуралицию. Еще в пятидесятых годах китайцам приходилось страдать от насилий ожесточенной толпы; злейшим врагом их был ирландский демагог Деннис Кирней (Kearney), устроивший настоящий крестовый поход против них и кончавший все свои речи словами: «Китайцев надо прогнать!». Сопротивление их наплыву передавалось во все места, куда они ни направлялись. 2 сентября 1855 г. в Рокк Спрннгсе (шт. Монтана) дело дошло до погрома, во время которого 60 китайцев было умерщвлено и их имущество было разрушено. Подобные эксцессы в территории Вашингтона были остановлены лишь прокламацией президента, отклонившего, однако, требование китайского посланника об удовлетворении пострадавших китайцев. В 1856 г. в Калифорнии издаются антикитайские законы; этому примеру вскоре последовали соседние штаты. Сначала пытались устранить китайцев путем высшего обложения; потом против них были изданы особые распоряжения, наконец, решено было их изгнание. Так, конституция Калифорнии 1879 г. дала штату право изгонять китайцев и запретила синдикатам давать им заработок. Договоры с Китаем помешали, однако, приведению в исполнение этих постановлений. Так как китайцы с 1875 г. массами стали поступать в сельские рабочие, пострадавшие от этого штаты прибегли к последнему средству — апелляции к союзному правительству. В марте 1878 г. президента Гейс (Hayes) наложил veto на принятый конгрессом закон, ограничивавший иммиграцию китайцев, так как он противоречил договорам с Китаем. При избрании в 1880 г. президента Гарфильда, он чуть не потерпел неудачу у избирателей, так как циркулировало подложное письмо, доказывавшее его нежелание принять меры против наплыва китайцев. 17 ноября 1880 г. был заключен договор с Китаем, которым Соединенным Штатам предоставлялось право ограничивать, но не запрещать совершенно иммиграцию китайцев. 6 мая 1884 г. издан был закон (исправленный 5 июля 1884 г.), на 10 лет отсрочивавший иммиграцию китайцев, но не касавшийся тех, которые уже раньше жили в стране. Эта мера, однако, не достигла своей цели, и в 1886 — 88 гг. велись дипломатические переговоры с Китаем, чтобы добиться согласия его на полное запрещение переселения в Соединенные Штаты китайских подданных. Переговоры не имели успеха, и 1 окт. 1888 г. конгресс издал закон, в противоречие с договорами совершенно воспрещавший ввоз К. Этот закон был парализован тем, что китайцы высаживались на берег в Канаде и Мексике и оттуда переходили через неогражденную границу. В мае 1892 г., не смотря на протест китайского правительства, антикитайский билль 1884 г. был продолжен еще на 10 лет, с различными отягчительными дополнениями: китайцы лишались права, по представлении залога, освобождаться от ареста; все китайские рабочие зарегистровываются и должны иметь виды на жительство; китайцы, противозаконно появляющиеся в стране, до высылки подвергаются тюремному заключению на год. В британской Колумбии также проводились меры против К. Закон 1884 г. налагает на китайцев налог в 10 (потом 50) долларов и определяет, что, в случае обвинения китайца, он считается виновным, пока не докажет неопровержимо своей невинности. — Подобными же мерами пытались и австралийские колонии защититься от наплыва китайцев, хотя там в 1890 г. на 3 миллиона европейцев приходилось лишь около 51000 китайцев. В 1877 г. колония Квинсленд постановила, что владельцы переселенческих судов уплачивают за каждого привезенного китайца налог в 10 фунт. стерл., которые, за вычетом правительственных на него издержек, возвращались данному лицу, в случае оставления им колонии. Кроме того, определялось, что на судах на каждые 10 — позже на 30 — тонн должно приходиться не более одного китайца. В 1884 г. поголовный налог повышен до 30 фн. ст. Подобные законы в 1881 г. состоялись в Новом Южном Валлисе, Виктории, Новой Зеландии, южной Австралии. В 1888 г. в Новом Южном Валлисе поголовный налог был отменен, но дозволен был ввоз лишь одного китайца на 300 тонн. В русских пограничных владениях оседлость китайцам в 1887 г. в городах была воспрещена временно на 3 года. Ср. Gibson, «The Chinese in America» (Цинциннати, 1871); Withams, «Our relations with the Chinese Empire» (Сан-Франциско, 1877); Richmond M. Smith, «Emigration and immigration» (Нью-Йорк, 1890); P. К. Brown, «Exclusion of the Chinese» (Бостон, 1891); Grazer, «Ein Rassenkampf in der Neuen Welt» («Nord und Sud», Бреславль, 1891). Столь же несчастно и положение эмигрирующего пролетариата Японии, Индии и малайского архипелага, также обозначаемого, названием К. Громадные массы бедняков в британской Индии перекочевывают ежегодно из густо населенных местностей в менее населенные, в погоне за заработком. Наибольшие размеры имеет передвижение К. из президентства Мадрасского на о-в Цейлон, для сбора кофе, и из Бенгалии в чайные плантации Ассана. Это передвижение точно регулировано постановлениями центрального индийского правительства. Когда в английских, французских и голландских колониях Вест-Индии и Южной Америки потерянные с освобождением негров рабочие силы стали заменяться ввозом К. из Китая и Индии (прежде всего в 1844 г. в британской Гвиане и еще в 1834 г. на о-ве св. Маврикия), происходило много злоупотреблений: К. едва отличались от рабов, почему индо-британское правительство, в ограждение вывозившихся в Америку К., издало в 1871 г. «индийские эмиграционные акты». Контракты относительно К. индо-британское правительство заключило с властями ова св. Маврикия, Наталя, Ямайки, британской Гвианы и др. британских колоний Вест-Индии, а потом, на тех же условиях, и с Францией, относительно французской Гвианы, о-вов Соединения, Мартиники и Гваделупы, равно как с Голландией — о Суринаме. В 1889 — 91 г. средним числом 17000 К. выселялось ежегодно из Индии, в том числе 2/3 в Гвиану и Вест-Индию, остальные в Наталь, на о-в св. Маврикия и о-ва Фиджи. За ввозом К. в Австралию, имевшим характер торга людьми, наблюдают теперь представители Германии, Англии и Франции. К К. присоединяются еще малайцы нидерландской Индии, которым принадлежит давнишняя рабочая колония в Капландии; на Цейлоне их 8000 чел.; еще большее число ввезено в Землю Императора Вильгельма. Хотя и в перечисленных местностях ввоз К. имел не мало невыгодных сторон, тем не менее он заменил часто ленивых негров прилежными и умеренными индейцами и помог многим колониям вынести тяжелые экономические кризисы. Ср. K. Audree, «Geographie des Welthandels» (т. II, Штутгарт, 1872).

Кулибин (Иван Петрович) — русский механик-самоучка (10 апреля 1735 г. — 30 июня 1818 г.), сын нижегородского мещанина, смолоду интересовался выдумыванием и постановкою разных замысловатых флюгеров, меленок, толчей и особенно устройством деревянного механизма домашних стенных часов. Благодаря денежному содействию нижегородского торговца M. А. Костромина, К. удалось осуществить устройство весьма сложных часов, имевших форму яйца: в нем ежечасно растворялись маленькие царские двери, за которыми виднелся Гроб Господень, с вооруженными по сторонам воинами (серебряные фиг.). Ангел отваливал камень от гроба, стража падала ниц, являлись две мироносицы; куранты играли три раза молитву Христос Воскрес и двери затворялись; весь механизм состоял из с лишком 1000 мельчайших колесиков и прочих механических частей. Летом 1768 г. Екатерина II посетила Нижний Новгород и К. был ей представлен вместе с еще незаконченными тогда часами, телескопом, микроскопом и электрической машиной, им же сделанными. По приглашению тогдашнего директора академии наук, графа Вл. Гр. Орлова, К. переехал в СПб. и в 1770 г. вступил на службу при академии, с жалованьем 300 р. в год; на его обязанности лежало «иметь главное смотрение над механическими и оптическими мастерскими, чтобы все работы с успехом и порядочно производимы были, и делать нескрытное показание академическим художникам во всем том, в чем он сам искусен». За выучку каждого из академических художников К. обещано вознаграждение в 100 и более руб. Откликнувшись на вызов англичан сделать «лучшую модель такому мосту, который бы состоял из одной дуги или свода без свай, и утвержден бы был концами своими только на берегах реки», К. собственными исчислениями в 1773 г. дошел до практических выводов, а в декабре 1776 г. демонстрировал на академическом дворе перед собранием ученых (Эйлеры — отец и сын, С. Котельников, Ст. Румовский, В. Л. Крафт и мн. др.) 14-ти саженную модель моста, за которую награжден 2000 руб. и большою золотой медалью. Изобрел "для водоходства машинные суда (1782): «судно шло против воды, помощью той же воды, без всякой посторонней силы...», Затем К. осветил при помощи обыкновенных зеркал темные переходы Царскосельского дворца, устроил электрофоры карманные; огромное зажигательное стекло, водяные мельницы невиданных систем, трехколесную самокатку. В 1801 г. К. уволен от обязанностей механика при академии наук, с ежегодною пенсией в 3000 руб., причем ему выдано было 12 тыс. руб. (6000 р. заимообразно) на сделание судна для р. Волги и К. возвратился в Нижний Новгород; судно было испытано в 1804 г. и сдано нижегородским городским властям в 1807 г. Почти всеми забытый и обедневший К. (пожар в 1813 г. лишил его почти всего имущества) в 1814 г. представил проект железного трехарочного моста через Неву, модель которого хранится в музее института инженеров путей сообщения (имеется весьма редкая огромная гравюра резцом). В возмещение расходов по изобретениям, К. неоднократно получал иногда довольно значительные суммы от Екатерины II, Павла I и Александра I. В 1792 г. К. принят в члены Импер. Вольного Экономического Общества. Одаренный от природы пытливостью, необыкновенно способный К. был мало образован и нередко трудился над тем, что уже было известно до него. Первые биографические сведения о К. помещены в «Опыте словаря о российских писателях» Н. И. Новикова; его биография в «Отечеств. Записках» Свиньина и отд. (СПб., 1819); автобиография в «СПб. Губ. Ведомостях» (1845, №2), сообщ. Быстровым; «Нижегородские Губ. Ведомости» (1845, №№ 11 — 26); «Москвитянин» (1853, кн. IV, № 14), Пятерикова, и доп. Н. Г — ва (там же, №24); Н. Лебедев, в журн. «Производитель и Промышленник» (1859, № 2); А. Щапов, в журн. «Век» (1862, №№ 9 и 10); «Кулибинский юбилей в Нижнем Новгороде» («Нижегор. Губ. Вед.» (1868, №28 там же о К. — №№ 41, 43 и 44); заметки И. Храмцовского (там же, 1867, №34); «Портретная галерея» А. Мюнстера (т. II); «Память о К. в Нижнем Новгороде» Гациского («Москва», 1866, №82); «Материалы о К.» («Чтения в Общ. Истории и Др. Российских», 1862, №1); «Механиксамоучка К.» («Русский Ремесленник», 1862, №1); И. Ф. Горбунов, «И. П. К.» («Русская Старина», 1872, №№4 и 5); И. Андреевский (там же, 1873, №11); Ф. Е. Коротков, «И. П. К.» (чтение для народа, СПб., 1875); И. Ремезов, «Материалы для истории просвещения в России. Самоучки» (СПб., 1886); о знаменитых часах К см. «St. Petersb. Journal» (1777, май), «СПб. Ведомости» (1769, №34) и «Кабинет Петра Вел.», О. Беляева (СПб., 1800) и др.

Кулики. — Общим термином К. означают болотных птиц из семейств бекасовых (Scolopacidae) и ржанок (Charadriidae). По мнению других, К. (Limicolae) составляют особый отряд, состоящий из семейства ржанок (Charadriidae, в широком смысле слова, т. е. семейства Charadriidae и Scolopacidae) и якан (Parridae).

Куликовская битва — происходила 8 сентября 1380 г. на Куликовом поле, между рр. Доном, Непрядвой и Красивой Мечей, в юго-зап. части нынешнего Епифанского у. Тульской губ., на протяжении 10 кв. в. Рассерженный поражением татарского отряда на бер. р. Вожи, Мамай решился наказать вел. кн. Дмитрия Иоанновича, собрал огромное войско и вступил в пределы нынешней Воронежской губ. Вел. кн. литовский Ягайло шел ему на помощь. 26 августа выступил, с благословения св. Сергия, и Дмитрий Иоаннович с братом Владимиром Андреевичем, со многими удельными князьями и с 150 тыс. армией из Коломны, на встречу Мамаю. 6 сентября московское войско достигло Дона и Непрядвы. Мамай уже более 3 недель стоял близ Непрядвы, ожидая Ягайло. Желая помешать этому соединению, русские князья решили дать битву. Утром 8 сентября по правому бер. Непрядвы были расположены все 6 полков русского войска. В 12 час. показались на Куликовом поле и татары. Почти тотчас начата была битва вел. кн. Дмитрием, после поединка татарина Челубея (или Телебея) с иноком Пересветом. Настал 3 час пополудни; татары одолевали, но Владимир и воевода Боброк Волынский оставались в засаде. Наконец, появилось на поле битвы свежее русское войско; татары смешались и обратились в бегство; бежал и Мамай, наблюдавший издали за ходом сражения. Засадный полк до р. Красивой Мечи преследовал татар. Вернувшись с погони, Владимир Андреевич стал собирать войско, больше половины которого было убито и ранено. Сам вел. кн. был найден раненным. Летописцы наши сильно преувеличивают цифры павших воинов, особенно татар, доводя их почти до 11/2 милл.; правильнее считать число павших с обеих сторон около 200000 чел. С 9 по 16 сентября хоронили убитых; на общей могиле воздвигнута была церковь, давно уже не существующая. Церковь узаконила совершать по убиенным поминовение в Дмитриеву родительскую субботу, «пока стоит Россия». Обратное шествие Дмитрия было настоящим торжеством; Олег Рязанский признал его старшим, заключил союз; московский народ радовался победе и прозвал Дмитрия Донским, а Владимира Храбрым. Многие считали эту победу за избавление от татарского ига, но вскоре убедились, что татары еще сильны, и нескоро может наступить желанное освобождение, тем не менее победа сильно увеличила в глазах народа могущество московского князя и этим содействовала делу государственного объединения. В 1848 г. был поставлен на Красном Холме, где была ставка Мамая, памятник, а в 1880 г. торжественно отпразднован на самом поле, у с. Монастырщины, день 500-летней годовщины битвы.

В. Р — в.

Кулон (Gharles-Augustin de Coulomb, 1736 — 1806) — известный французский физик. Учился в Париже; очень молодым поступил в военные инженеры и в этом звании с большой пользой служил своими знаниями в Мартинике, Шербурге и других местах. В 1776 г. он представил парижской акд. наук свой первый по времени мемуар («La statique des voъtes») — о сводах, — доставивший ему известность в среде ученых. В 1779 г. К., вместе со Свинденом, получил от академии премию за лучшее устройство компаса; в 1781 г. получил другую — за теорию простых машин («Theorie des macinnes simples»), в которой было принято во внимание трение частей машин и жесткость веревок; его исследования и поныне сохранили полное значение. Вскоре после того К. был избран в члены академии, в которой и оставался до 1789. С наступлением революции академия была закрыта, К. был принужден покинуть Париж, куда возвратился лишь по учреждении института (Institut de France). По смерти К. было поручено известному Био привести в порядок бумаги К. для полного издания его сочинений, но это не состоялось и только в 1884 г. французское физическое общество издало в одном томе 13 его трудов («Collection de memoires relatifs a la Physique, publie par la Societe Francaise de Physique. Tome 1. Memoires de Coulomb», II., 1884), имеющих отношение к физике; туда не вошли упомянутые теории сводов, простых машин: «Recherches sur les moyens d'executer sous l'eau toutes sortes de travaux hydrauliques, sans employer aucun epuisement», «Recherches sur les moulins a vent». Научные заслуги К. состоят в исследовании трения, законов кручения проводок, устройстве крутильных весов, законов взаимных отталкиваний и притяжений наэлектризованных и намагниченных тел, распределение электричества на поверхности и его отсутствия внутри тел, потери электричества чрез различные подставки — изоляторы, распределения кажущегося или свободного магнетизма на стальных магнитах. Его наблюдения, опыты и измерения подготовили путь теоретикам (Пуассон); в мемуарах К. содержатся все элементы доказательства пропорциональности силы в некоторой точке проводника к плотности электричества в этой точке. Он вычисляет величину притяжения наэлектризованного шара на точку, лежащую на его поверхности, как и на внешнюю точку; кроме того, он показал, что действие наэлектризованного тела на внешнюю точку, находящуюся на бесконечно малом расстоянии, вдвое более действия элемента поверхности, бесконечно близкой к этой точке. На этом основании В. Томсон называет теоремой К. положение, принадлежащее собственно нашему времени, что электрическая сила во внешней точке, бесконечно близкой наэлектризованному проводнику, есть плотность на поверхности близ этой точки, умноженная на 4p. Основной закон электрических притяжений и отталкиваний, найденный К. путем опыта, формулируется так: разноименно наэлектризованные тела взаимно отталкиваются с силой, обратно пропорциональной квадратам расстояний между телами и прямо пропорциональною произведению количеств электричества, на них находящихся. По тому же закону совершаются электрические отталкивания; он же управляет магнитными явлениями притяжения и отталкивания. Опыты К., из которых выведены эти законы, равно как и некоторые его аргументации, недостаточно точны для новейшего времени, но, тем не менее, труды К. принадлежат к основным.

Ф. П.

Куляб (Куль-аб) — бекство и город в южной части бухарского ханства, на правом берегу Аму-Дарьи, в бассейне К.-Дарьи (Аксу), небольшого правого притока Аму. Поверхность волнистая, а на СВ гористая. Климат умеренный, зима мягкая и дождливая, лето жаркое. Бекство производит хлеб и все среднеазиатские плоды. Месторождения соли. Довольно густое население (таджики и узбеки) занимается земледелием и скотоводством. Кустарное производство бумажных тканей и паласов. Административный центр бекства, гор. К., расположен на болотистой равнине, с нездоровым климатом. 2 — 3 тыс. жителей; вокруг обширные сады. Плохая цитадель служит местопребыванием бека.

В. М.

Кунсткамера (нем. Kunstkammer) — прежнее название коллекции редкостей характера исторического, художественно-промышленного и естественнонаучного, а также и места хранения таких коллекций. В них обыкновенно были собраны самые разнородные вещи и диковинки, замечательные или своею редкостью, или же по своим отношениям к историч. лицу или событию. В XVI-XVII вв. такого рода к. составляли неизбежную принадлежность всякого княжеского двора. Ныне термин К. оставлен, а прежние К. или закрыты, или распределены по разным музеям. В России К. основана Петром Вел., который уже в первое пребывание свое в Голландии (1698) накупил значительное количество птиц, рыб и насекомых. Коллекция эта, вместе с уродами и анатомическими препаратами, хранилась в главной аптеке в Москве, в ведении архиатера Арескина. В 1714 г. из собрания этого, перевезенного в Петербург и помещенного в библиотеке старого Летнего Дворца, образован был куншткамер. К. в особенности обогатилась после вторичной поездки Петра I по Европе (1716), когда царь купил в Данциге коллекцию минералов, раковин и редких камней, в Амстердаме — известное в свое время собрание животных, рыб, змей и насекомых, сохранявшихся в спирту, и славившийся тогда анатомический кабинет Рюйша. В 1718 г. состоялся указ о доставлении в К. со всех концов России уродов, археологических находок и проч. В 1722 г. для К. с библиотекою выстроено было особое здание. По открыт. академии наук К. и библиотека поступили в ее ведение. Уже в прошлом столетии коллекции К. стали распределяться по различным музеям академии, в которой еще долго сохранялась лишь одна часть К., а именно кабинет Петра Великого. Здесь хранились одежда этого государя, его оружие, мебель, все, что окружало его в частной жизни, чего касались его руки — токарные вещи, станки, модели и пр. В 1837 г. собрание это было приведено в порядок, но в 1843 г. модели кораблей и др. судов переданы из кабинета в главное адмиралтейство, а книги Петра повелено было хранить в гидрографическом депо. Наконец, в 1851 г. и прочие вещи кабинета были переданы в Имп. Эрмитаж, в котором оне и образуют особое отделение. Ср. Беляев, «Кабинет Петра Великого» (СПб. 1793; 2 изд., 1800); «Опись предметам, сохраняющимся при Имп. академии наук, в отделении, называемом Кабинет Петра Великого» (СПб. 1837; 2 изд. 1844).

Купель — название сосуда, употребляемого в православной церкви для совершения таинства крещения. Обыкновенно этот сосуд бывает металлический, на подставке, но может быть и деревянный, такой емкости, чтобы в нем могло быть свободно погружено тело крещаемого ребенка. Для крещения взрослых употребляются особые сосуды, чаще — обыкновенные кади соответственной величины.

Н. Б — в.

Купер (Джемс-Фенимор Cooper) — знаменитый американский романист; родился в 1789 г. в штате Нью-Джерси. Вскоре после его рождения отец его, довольно богатый землевладелец, переселился в штат Нью-Йорк и основал там поселок Cooperstown превратившийся теперь в городок. Получив первоначальное образование в местной школе, К. отправился в алабамский университет, но, не окончив курса, поступил в морскую службу и был назначен состоять при постройке военного судна на озере Онтарио. Этому обстоятельству мы обязаны великолепным описанием Онтарио, встречающемся в его знаменитом романе «The Pathfinder». В 1811 г. К. женился на француженке Делане, происходившей из семьи, симпатизировавшей Англии в эпоху войны за независимость; ее влиянием объясняются те сравнительно мягкие отзывы об англичанах и англ. правительстве, которые встречаются в ранних романах К. Случай сделал его писателем. Читая однажды вслух жене какой-то роман, К. заметил, что не трудно написать лучше. Жена поймала его на слове: чтобы не показаться хвастуном, он в нисколько недель написал свой первый роман: «Precaution». Предполагая, что в виду уже начавшейся конкуренции между английскими и американскими авторами, английская критика отнесется к его произведению неблагосклонно, К. не подписал своего имени и перенес действие своего романа в Англию. Последнее обстоятельство могло только повредить книге, обнаружившей плохое знакомство автора с английскою жизнью и вызвавшей весьма неблагосклонные отзывы англ. критики. Второй роман К., уже из американской жизни, был знаменитый «Шпион» («The Spy», 1821), имевший громадный успех не только в Америке, но и в Европе. Затем К. написал целую серию романов из американской жизни («Пионеры», «Последний из Могикан», «Степи», «Открыватель следов», «Охотник за ланями»), в которых изобразил борьбу пришельцев-европейцев с американскими индейцами. Героем этих романов является охотник, выступающий под различными именами, энергичный и симпатичный, вскоре сделавшийся любимцем европейской публики. Идеализированными являются у К. не только этот представитель европейской цивилизации, но и некоторые из индейцев (Чингачгук, Ункас). Успех этой серии романов был так велик, что даже английская критика должна была признать талант К. и назвала его американским Вальтер-Скоттом. В 1826 г. К. отправился в Европу, где провел семь лет. Плодом этого путешествия было несколько романов («Bravo», «The Headsman», «Mersedes of Castile»), действие которых происходит в Европе. Мастерство рассказа и постоянно усиливающийся интерес его, яркость описаний природы, от которых веет первобытной свежестью девственных лесов Америки, рельефность в изображении характеров, которые стоять перед читателем как живые — таковы достоинства К. как романиста. В начале сороковых годов романы К. были весьма популярны и в России; в особенности читался на расхват печатавшийся в «Отеч. Записках» Открыватель следов («The Pathfinder»), о котором Белинский выразился, что это — шекспировская драма в форме романа (Соч. т. XII, стр. 306). по возвращении из Европы, К., кроме нескольких романов из американской жизни, написал еще Историю северо-американского флота («Histori of the United States Navy», 1839). Обнаруженное в этом сочинении стремление к полнейшему беспристрастию не удовлетворило ни его соотечественников, ни англичан; полемика, им вызваная, отравила последние годы жизни К. Он ум. в 1851 г.

Н. Стороженко.

Куперен (Couperin) — семья органистов и виртуозов на клавесине во Франции; стала известна с середины XVII ст. Самый знаменитый из всех К. — Франсуа (1668 — 1733), названный великим; написал для клавесина пять собраний пьес, руководство «L'art de toucher du clavesin» и пр.

Купцы. — В средние века К. могли быть только люди, принадлежавшие к купеческим гильдиям. Ныне в Зап. Европе К. представляют собою не сословие, а класс, корпоративная организация которого выражается в торговых палатах. По франц. торгов. кодексу 1807 г. К. (commersants) признаются лица, «которые совершают торговые действия и для которых эти действия составляют постоянное занятие». В Германии под юридическое понятие К. подводится не только всякое физическое или юридическое лицо, занимающееся совершением торговых сделок в виде промысла, но и всякого рода акционерные компании, коммандитные товарищества на акциях и хозяйственные кооперации (Genossenschaften), каковы бы ни были задачи их деятельности. Равным образом подводится под понятие К. и казна, поскольку она заключает торговые сделки в виде промысла. Юридическое положение К. имеет и женщина, занимающаяся торговым промыслом (Handelsfrau); замужняя женщина может заниматься торговлей лишь с согласия своего мужа, но раз получив такое согласие, она в праве вступать во всякого рода торговые обязательства без новых дозволений мужа. К К. причисляются и те ремесленники, которые изготовляют изделия для продажи, закупая материал на свой счет (сапожники, булочники и т. п.), тогда как ремесленники, перерабатывающие чужой материал (красильщики, лакировщики и т. п.), под понятие К. не подводятся. При таком расширении понятия К. явилась необходимость оградить лиц, занимающихся мелкими промыслами, от распространения на них начал торгового права, которые легли бы на них тяжелым бременем. Отсюда выделение понятия мелкого, неполного К. (Kleinkaufmann, Мinderkaufmann), на которого не распространяются постановления о фирмах, товарных знаках, торговых книгах, прокуре. Сюда отнесены торговцы старым платьем, разнощики и т. п. Запрещается зап.-европ. законодательствами торговый промысел офицерам, должностным лицам и духовным. Русское законодательство знает два существенно различных термина: купец и торговец (или «торгующий», «производящий торговлю» и проч.). Понятие о купце, как члене известного сословия, определяется формальными признаками; возможен и не торгующий купец, напр. отец семейства, удалившийся от дел и оставшийся записанным в свидетельстве сына, которому он передал торговлю (ст. 296 Устава о прямых налогах, Св. Зак. т. V, изд. 1893 г.). Термин: «торговец» соответствует понятию К. по зап.-европ. законодательствам. Понятие «торговца» определяется исключительно фактическими признаками — производством «торговых. оборотов». На всех производящих операции, отнесенные к числу торговых сделок, распространяются, каково бы ни было их звание, начала торгового права и компетенция коммерческих судов, а также особые правила «об открытии и принятии наследства после лиц, производивших торговлю». Обособление торгового сословия в России начинается с конца XVI в. когда московское правительство, нуждаясь, для ведения своих торговых дел и для взимания различного рода сборов, в служилых людях и не доверяя приказным, обратилось к обязательной службе «лучших» торговых людей, из которых устраивались в Москве особые сотни: гостиная и суконная. К концу XVII в. торгово-промышленное население, для заведывания которым не было особого приказа, представляло собою, по выражению Петра Великого, «разсыпанную храмину». К собиранию ее воедино и было направлено законодательство Петра. Петр I смотрел на К., как на тяглое сословие, служащее отечеству посредством отправления выгодных для страны промыслов и разного рода повинностей, вследствие чего еще в 1709 г. воспретил К. переходить в другие звания и приказные должности (и в то же время, в видах развития торговли, разрешил в 1711 г. заниматься торговым промыслом лицам всякого звания, за исключением только военнослужащих). К. были обложены подушною податью и по прежнему обязаны были службою по выборам, между прочим, и в звании таможенных, кабацких, соляных целовальников, надсмотрщиков, оценщиков и счетчиков. К., записанные в гильдию, освобождались от личной рекрутской повинности, с обязательством уплачивать в казну по 100 р. с человека (сбор этот в 1783 г. увеличен был до 500 р.). Второй шаг к возведению купечества на степень привилегированного сословия представляет собою разрешение покупать крестьян, но с тем, чтобы они были приписаны к фабрикам и заводам (1721). В 1739 г. дозволено купечеству покупать, для отдачи вместо себя в рекруты, людей и крестьян, но при этом купчия крепости должны были быть совершаемы на имя всего купечества, а не отдельных К. К освобождению К. от подушной подати, совершившемуся в 1775 г., присоединилось, в силу жалованной грамоты городам 1785 г., освобождение К. первой и второй гильдии от телесных наказаний. В настоящее время сословные права К. заключаются в свободе от телесных наказаний, в праве получать, за особые заслуги, ордена и в праве просить, в известных случаях, о причислении к почетному гражданству. До издания правил 9 июля 1892 г. о наградах К. могли быть производимы в чины. Особые преимущества предоставлены К. первой гильдии: они имеют право приезжать к Императорскому двору (но только лица мужского пола, записанные в гильдию), носить шпагу или саблю и губернский мундир и могут быть удостоиваемы званий коммерциии мануфактур-советников. К.-христиане, состоящие в первой гильдии более 12 лет и не впавшие в течение этого времени в банкротство, а также не заключавшие с кредиторами своими так назыв. добровольных сделок, могут просить об определении детей их на государственную службу (канцелярскими служителями второго разряда) и пансионерами в разные учебный заведения. Права купеческого состояния приобретаются взятием гильдейского или купеческого свидетельства, по уплате всех повинностей по прежнему званию. Лицо, не исполнившее этого требования или пожелавшее остаться в прежнем звании, обыкновенно именуется «временным К.». Премуществами купеческого звания пользуются все лица, внесенные в гильдейское свидетельство. Права купеческого состояния теряются: 1) вследствие торговой несостоятельности, 2) вследствие лишения по суду прав торговли или ограничения прав состояния и 3) вследствие невозобновления гильдейского свидетельства. Вдовы и незамужние дочери удерживают купеческое званье, в котором состояли мужья или отцы их. К. обеих гильдий образуют в каждом городе особое купеческое общество, которое, для заведывания сословными делами, избирает ежегодно купеческих старост и их товарищей. До 1879 г. каждая гильдия избирала особого старосту. На купеческих старост, между прочим, возложена раскладка, с согласия общества, казенных податей и сборов и общественных и городских повинностей купеческого сословия. Купеческое общество участвует также в выборе членов податных присутствий. Дисциплинарной власти над своими членами купеческие общества не имеют. В столицах и Одессе выборы на сословные должности производятся не всем обществом, а собраниями выборных, избираемых на три года собранием всего общества, которое, в случае многочисленности, делится на участки, содержащие в себе не более 600 избирателей. Собрание выборных избирает: 1) двух кандидатов на должность купеческого старшины, из которых один утверждается на 3 года градоначальником или генерал-губернатором, и 2) членов купеческой управы, утверждаемых в СПб. и Одессе градоначальниками на 3 года, а в Москве — генерал-губернатором на 4 года. В состав купеческой управы, в которой председательствует купечекий старшина, входят еще заседатели от иногородных К., временно причисленных к столице или Одессе, которые непосредственно избирают их на один год. При купеческих старшинах состоят товарищи, а в ведении купеческих управ — купеческие старосты, с помощниками, ведающие каждый свою гильдию. В Одессе обязанности купеческих старост исполняются членами купеческой управы. На управы возложена, между прочим, регистрация торговых домов. Купеческим обществам предоставлено право входить, через городских голов или биржевые комитеты, в министерство финансов с представлениями о нуждах торговли (ст. 565, т. IX Св. Закон.), а также ходатайствовать об учреждении комитетов торговли и мануфактур.

А. Я.

Купидон (Cupido) — латинское название Эрота; иногда отличается от Amor. Цицерон в соч. «De natura deorum» различает по евгемеристическому методу нескольких Cupidines, родившихся от разных богов.

Купина неопалимая — терновый куст близ горы Хорива, в котором Бог явился Моисею, призывая его к избавлению народа израильского от египетского рабства. Моисей видел, что куст этот горит и не сгорает (Исх. III, 2). У отцов церкви и в песнях церковных видению этому придается таинственное значение: горящая, но не сгорающая купина — это Матерь Божия, пребывшая нетленной и по воплощении и рождении от нее Сына Божия.

Купля-продажа — двусторонний консенсуальный контракт, имеющий предметом обмен имуществ на цену их. Взаимное согласие на обмен и точное определение предмета и цены — существенные признаки его существования . В остальном общее понимание природы договора различно в двух группах законодательств. Римское право и следующие за ним законодательства германских государств (за исключением Пруссии) видят в К.-продаже общий тип договора обмена, конструируют единое понятие договора, обнимающее все его виды, и резко отличают его от способов приобретения права собственности. Предметом К.-продажи, согласно с этим взглядом, могут быть как физические вещи, так и права на них, обязательства и совокупности прав и вещей (целое наследство). Эти вещи и права могут быть будущими или такими, которые продавцу еще нужно приобрести, чтобы передать покупщику. Обязанность продавца состоит здесь в том, чтобы передать в назначенное время условленные предметы во владение покупщика, а право покупщика — в требовании этой передачи. Вопрос о праве собственности продавца и покупщика отходит, таким образом, на задний план. Французское право и законодательства, составленные по его образцу, под К.-продажей понимают только отчуждение вещей и прав, принадлежащих на праве собственности, и непосредственно связывают с моментом соглашения переход собственности от продавца к покупщику. К.-продажа чужих вещей является здесь невозможной; К.-продажа будущих вещей допускается только в том случай, если они составляют плоды или доходы с права собственности, принадлежащего продавцу, напр. будущий урожай (К.-продажа урожая, впрочем, была долгое время запрещена франц. правом). Взаимное обещание сторон передать вещь и уплатить ее цену рассматривается как предварительный договор, а обещание доставить вещь — как самостоятельный договор о выдаче вещи (l'obligation de livrer la chose, ст. 1138 франц. код.); наконец, договор об исполнении работы с употреблением собственного материала работника является договором подряда. Следуя за французским правом, и русское видит в К.-продаже в собственном смысле лишь способ приобретения собственности, переходящей в момент соглашения о предмете и цене, помещает нормы, его регулирующие, в отделе «приобретения прав на имущества» и твердо проводит правило о том, что «продавать можно только то имущество, коим владелец может распоряжаться по праву собственности» (ст. 1384), согласно с чем судебная практика допускает К.-продажу будущих вещей, а именно будущего урожая, только потому, что «собственнику земли принадлежит право и на ее продукты» (80/94, 75/294, 70/307 и друг.). Затем оно различает запродажу, поставку и подряд, как отдельные от К.-продажи договоры. — Римско-германская конструкция К.-продажи, как единого договора, имеет для современного права несомненные преимущества, облегчая толкование покупных сделок. Французские и русские юристы тратят очень много усилий ума, чтобы провести, при оценке отдельных судебных случаев, различие между запродажей, К.-продажей в собственном смысле, поставкой и подрядом, но по большей части неуспешно; с римско-германской же точки зрения некоторое затруднение в конструктивном смысле представляют лишь К.-продажа вещей, определённых не индивидуально, а счетом, мерой и весом, К.-продажа на пробу (под условием осмотра, испытания и одобрения товара) и К.-продажа по образцам (под условием соответствия товара выбранным и одобренным образцам). Договор порождает здесь определенные юридические последствия с самого момента заключения, а именно право покупателя требовать, чтобы счет, мера и вес были произведены, чтобы товар был доставлен для испытаний или выдан соответственно образцам; но самый предмет К.-продажи определяется точно лишь по совершении продавцом требуемых действий. Признавать и в этом договоре К.-продажу, значит допускать продажу неопределенных предметов, что противоречит понятию К.-продажи. Юристы и законодательства выходят из этого затруднения либо допуская рядом с К.продажей существование предварительного договора (Vorvertrag), либо рассматривая эти К.-продажи как условные сделки (см. ст. 1083 — 85 и ст. 1101 — 2 сакс. гражд. улож., ст. 1392 — 93 гр. улож. цюрихск. кант.). Еще большие неудобства представляет признание перехода права собственности, как этого требуют франц. право, в момент соглашения. В современном праве для обеспечения собственности и оборота требуется совершение актов укрепления, в виде записи сделок на недвижимости в ипотечные или вотчинные книги, а по отношению к движимости — передача. Только по совершении этих актов покупщик получает обеспеченное право распоряжения вещью, в виде возможности отчуждения ее другим лицам. Право собственности, признаваемое за ним до укрепления, нисколько, поэтому, не расширяет его власти над вещью. Так как, затем, акт укрепления являются сами по себе юридическими сделками, требующими изъявления свободной воли на их совершение (Передача есть договор, обряд записи, по крайней мере по германскому праву, сопровождается вопросами суда о желании контрагентов продать и купить вещь.), то принудительное совершение их является невозможным. На практике отказ продавца от участия в процессе вотчинной записи или передачи влечет, по франц. праву, лишь обязательственный эффект — отказ покупателя от уплаты цены или право его требовать убытков, нанесенных неисполнением договора. Хотя ст. 1610 франц. кодекса и дает покупателю право требовать принудительного ввода во владение проданным предметом, но такому требованию всегда может быть противопоставлено другое правило кодекса: «la possesion vaut titre» . Во всяком случае насильственное отобрание вещей противоречит взглядам современного права. Согласно с этим, и русская судебная практика не допускает ни принудительного совершения купчей крепости на запроданные недвижимости, ни виндикации проданных вещей от третьих лиц, да и при требовании передачи от продавца-владельца рекомендует больше личный иск о возврате цены (см. касс. разъясн. к ст. 634 и 1513). Те же замечания применимы и к продаже прав: многие обязательственные отношения могут быть переданы лишь по надписи на документе, а принудительное совершение надписи невозможно. Признанье непосредственного перехода собственности мешает также проведению начала взаимности прав и обязанностей в договоре. Неуплата цены дает продавцу право не выдавать вещи, т. е. удерживать вещь, перешедшую уже в собственность другого — противоречие, допускаемое французским законом в интересах оборота (art. 1612). Русское право последовательнее.

Может ли уплата за проданную вещь быть произведена не деньгами, а другими ценностями и предметами, в виду того, что подобная уплата приближает К.-продажу к мене? Спорный в римском праве, этот вопрос в настоящее время решается утвердительно, как в виду общего характера К.-продажи, обнимающего и мену, так и в виду свободы соглашений и разнообразия ценностей, вращающихся в обороте. Некоторые законодательства (саксонское, 1036) признают, впрочем, допустимость иных предметов в качестве цены только при условии уплаты большей части стоимости деньгами. Все законодательства безусловно допускают уплату векселями, ценными бумагами и другими обязательствами (ст. 1521 русск, гражд. зак.). Римские определения о том, что цена должна быть точно определена (pretium certum) и быть действительной, а не мнимой (verum) сохраняют свою силу и в современном праве. Понятию точности цены не мешает определение её «по рыночной цене», по оценке третьего лица, вообще не прямо, а косвенно: требуется не определённость, а лишь определимость цены (франц. 1591 и 1592; сакс. 1086). Фиктивная (non verum) цена извращает природу сделки и подводит ее под разряд симулированных сделок. Наоборот, постановление римского права о соответствии цены стоимости предмета (pretium justum), за почти повсеместным уничтожением норм, касающихся laesio enormis, не существуют в современном праве: ст. 1465 русск. гражд. зак. имеет лишь фискальное значение. Постановления, определяющие взаимные права и обязанности продавца и покупателя касаются ответственности продавца за недостатки проданного и отсуждение ее в пользу третьего лица, и перехода страха за утрату вещи. По общему правилу, продавец обязывается охранять спокойствие владения покупателя в случай предъявления претензий со стороны посторонних лиц, вступая в дело в качестве третьего лица, сообщая необходимые документы и отвечая за убытки (фр. 1626; сакс. 930 сл.). Русское право ставит это условие об очистках в число «условий произвольных» К.-продажи, т. е. предоставляемых на волю продавца и покупателя; но «произвол» здесь означает только возможность переложения, по соглашению, ответственности с продавца на покупателя, ответственность же продавца несомненна и без оговорок о ней в купчей; по отношению к движимым вещам она прямо признана законом (ст. 1512).