Чтение онлайн

– прототипу Ш., связанному с разрушителями Марутами (сыновья Рудры) и иногда с другим разрушительным богом - Агни (бог огня). У Рудры здесь замечаются две стороны: одна - светлая, другая - разрушительная. В Ригведе его славят, как владыку гимнов и жертв, целителя, блестящего как солнце, лучшего и добрейшего из богов, наделяющего пищей, благосостоянием и здоровьем людей и животных, прогоняющего болезни, но в то же время вооруженного громовой палицей, луком и стрелами, грозного разрушителя, подобного дикому зверю и восседающего на боевой колеснице. В Яджурведе длинная молитва, посвященная Рудре, так наз. Шатарудрия, перечисляет ряд эпитетов Рудры: он благосклонен (civa) и не страшен, освобождает от бед, является первым божественным целителем-врачом, но наружность его не свойственна светлому божеству: у него синяя шея, красное тело, 1000 глаз и 1000 колчанов. Здесь же Рудра называется загадочным эпитетом Триамбака (имеющий трех матерей), отражающим, по-видимому, легенду о трехкратном рождении Агни и становящимся впоследствии одним из обычных эпитетов Ш. В Атхарва-веде Рудра является еще покровителем скота, но грозные черты его уже усиливаются: он темный, черный, губительный, ужасный; его умоляют удалиться куда-нибудь в другое место и не грозить людям гибелью, ядом, небесным огнем. Рядом с ним являются второстепенные боги Бхава (благосклонный) и Шарва (стрелец из лука), сливающиеся впоследствии с новым образом Ш., и Кала - время, производящее и пожирающее все вещи - впоследствии одна из форм или один из атрибутов Ш. В брахманах (и уже в Яджурведе) Рудра получает обычные эпитеты Ш.: Ишана, или Ишвара (владыка, господь) и Магадева (великий бог). О Рудре рассказываются здесь уже известные впоследствии легенды о рождении Ш., его победах над непокорными демонами - Асурами, город которых (Трипура) он разрушает. Рудра отвечает здесь спрашивающим богам: "Я один был прежде, есмь и буду; никто не превосходит меня; я вечен и невечен, видим и невидим, Брахма и не Брахма". В другом месте говорится: "Он один только Рудра, он - ишана, божественный, Магешвара (великий владыка), Магадева... Есть только один Рудра, и для другого нет места... он без начала, средины или конца, единый, все проникающий, блаженный дух, полный чудес, супруг Умы (впоследствии имя одной из жен Ш.), верховный владыка, трехглазый, с синим горлом, тихий... Он - Брахма, Ш., Индра, не знающий гибели, блистательный. Он - Вишну, дыхание жизни, дух, верховный бог; он - все, что было и будет, он - вечен. Познав его, человек преодолевает смерть" и т. д. Здесь Рудра поднимается уже до высоты верховного божества, отожествляемого с другими великими богами. Наконец, в Рамаяне является и великий и бог Ш., хотя и с чертами более личными; он ведет здесь борьбу с Вишну, принимает поклонение вместе с Брахмой, Вишну и Индрой, но в то же время признает божественность Рамы и занимает не столь высокое положение, как Вишну. Магабхарата также ставит выше Вишну и его форму - Кришну. Но и здесь встречаются места, в которых Ш. занимает высшее положение и сам принимает поклонение от Вишну и Кришны. Здесь также уже намечаются некоторые из качеств и особенностей Ш., которые получают впоследствии особое развитие в пуранах. Наблюдаются и попытки примирить соперничество между Ш. и Вишну путем их отожествления, подобно тому как это выражено впоследствии в поэме Гариванша, где утверждается, что "нет никакого различия между Ш., существующим в образе Вишну, и Вишну, существующим в форме Ш.". Шиваитские пураны уже вполне определенно провозглашают главенство Ш., развивая и дополняя мифы и беглые намеки древних источников в бесчисленных легендах и рассказах, посвященных прославлению излюбленного ими божества. Таким образом мало-помалу ведийский Рудра, далеко не первый среди божеств ведийского пантеона, превратился в великого и могучего Ш., третьего члена индийской троицы и верховного бога своих поклонников шиваитов. Обыкновенно Ш. рассматривают как олицетворение разрушительного принципа, но на деле его мифологический характер гораздо шире и богаче различными чертами. Под именем своего прототипа Рудры, ставшим теперь уже эпитетом или прозвищем Ш., или под другим именем Магакала ("великое время"), Ш. является грозным разрушителем. Но как Ш., или Шанкара ("благосклонный"), Ш. изображает творческую силу природы, восстановляющей то, что ею же было разрушено, и в этой роли он почитается, как Ишвара и Магадева. Символом его в этом значении служит линга, или эмблема фаллоса, один или вместе с соответствующим женским символом йони (санскр. yoni = vulva). Как олицетворение сурового аскетизма и религиозного размышления, которыми приобретаются сверхъестественные силы, совершаются всякие чудеса, достигается высшее знание и, наконец, слияние с мировым духом, Ш. получает имена: Магайоги, т. е. "великий аскет-мудрец", Дигамбара = "одетый в воздух, нагой"", т. е. гимнософист, Дхурджати = "с заплетенными волосами" и т. д. Разрушительные черты Ш. получают особое преобладание в новой его форме Бхайрава, т. е. "страшный разрушитель", наслаждающийся разрушением. Как владыка зла, Ш. является также повелителем мелких демонов, бхутов , или Бхутешварой, посещающим кладбища и места сожжения мертвых, носящим змей на голове и ожерелье из черепов на шее, и топчущим непокорных демонов. Иногда Ш. предается шумному веселью и, разгоряченный напитками, окруженный скачущими демонами, пускается с женой своей Деви в бешеный танец тандава, что и дало повод Мегасфену отожествить его с Дионисом. У шиваитов Ш. является воплощением разных начал: времени, правосудия, огня, воды, солнца, творчества и разрушения и т. д. Такое разнообразие форм и качеств Ш. имеет следствием множество имен и эпитетов. Индийские источники насчитывают до 1 008 имен Ш., большинство которых имеет описательный характер, в роде: Трилочана (трехглазый), Нилакантха (с синей шеей), Панчанана (пятиликий) и т. д. Ш. изображается обыкновенно в виде красивого человека с пятью лицами и несколькими руками (2, 4, 8, 10), сидящего в глубоком раздумье, с третьим глазом посреди лба, увенчанного полумесяцем. Три глаза Ш. должны обозначать три деления времени (прошедшее, настоящее и будущее). Волосы его, слегка рыжие, собраны наверх наподобие рога, увенчанного символом реки Ганга, которую Ш. поймал, когда она упала с неба; ожерелье из черепов (мунда-мала) висит у него на шее, а змеи образуют на ней воротник (нагакундала); горло его синее от выпитого им яда, долженствовавшего разрушить вселенную, а в руке он держит трезубец Пинака. Одеждой Ш. служит шкура тигра, оленя или слона; иногда он изображен одетым в шкуру, сидящим на шкуре тигра и держащим в руке оленя. Обыкновенно его сопровождает его бык Нанди (белого цвета), верхом на котором он иногда и изображается. Другие атрибуты его: лук Аджагава, барабан в форме песочных часов, палица Кхатванга с черепом на конце и веревка для связывания непокорных оскорбителей. Спутники его (праматхи) - многочисленные демоны разных видов. Третий глаз Ш. обладает особо разрушительной силой. При помощи его Ш. испепелил бога любви Каму за то, что тот осмелился внушить любовные мысли супруге Ш. Парвати. Этот же глаз сжигает своим блеском всех богов и тварей при периодических разрушениях вселенной. Местопребывание Ш.

– священная гора Кайласа на С за Гималаем. Здесь его окружают и охраняют полубоги Якшасы и множество различных духов, получающих приказания от приемного сына Ш., бога войны Сканды, от Ганеши, Куберы, Вирабхадры, рассматриваемого иногда как одно из воплощений Ш. Как бог разрушения, Ш. нередко отождествляется с Мртью (смерть), и его древнее имя Пашупати ("покровитель скота") приобретает значение: "повелитель человеческой скотины" или "владыка жертв", так как культ Ш. требовал кровавых жертв. В Бенаресе Ш. является предметом культа под именем Вишвешвары (всевладыки). Некоторыми учеными (напр., Вурмом в его "Geschichte der lndischen Religion") высказывалось мнение, что Ш.
– не арийское божество, а дравидическое. Но оно не может быть принято в виду несомненной связи между ведийским богом Рудрой и позднейшим Ш. Несомненно, однако, что во многих местах под культом местного Магадевы скрывается древний, туземный культ какого-нибудь местного божества. Но подобные подстановки не отражаются обыкновенно на общей концепции данного божества. Собрание подлинных текстов, относящихся к Ш., издано J. Мuir'ом ("Sanscrit Texts", 2 изд., 1873, т. IV). См. также Барт, "Религии Индии" (М., 1898), гл. 5, "Индуизм").

С. Булич.

Шиллинг фон Капштатт (барон Павел Львович, 1786 - 1837) изобретатель электромагнитного телеграфа и ориенталист. Состоял на военной службе, в 1814 г. перешел в министерство иностранных дел. В 1827 г. был назначен председателем комитета по изданию законов и с этого же года состоял членом-корреспондентом Имп. академии наук; был отправлен в Монголию и к границам Китая, занимался изучением китайского языка, собрал множество интересных китайских, тибетских и монгольских рукописей, находящихся теперь в музее академии наук. Ш. первый придумал и устроил в C.-Пeтербурге электромагнитный телеграф. Ему же принадлежит идея применения гальванического тока для взрыва мин и инициатива устройства литографии при министерстве иностранных дел. В 1886 г. праздновалось столетие со дня рождения Ш., а в 1900 г. последовало Высочайшее повеление о постановке памятника Ш. в С.-Петербурге. Ср. "Исторический Вестник" (1886); "Сборник распоряжений по главному управлению почт и телеграфов" (1886).

Шиллинг (нем. Schilling, англ. Shilling) - старогерманская монетная единица = 12 пфеннингам. Название Ш. происходит от древнегерманского слова Scellan=schallen = звучать. Ценность Ш. с течением времени понижалась. Пред введением в Германии современной монетной системы в Гамбурге, Любеке и Мекленбурге обращались под именем Ш. мелкие разменные монеты разной ценности. В Великобритании Ш. равняется 1/20 фунта = приблизительно немецкой марке.

Шинкель (Карл-Фридрих Schinkel) - знаменитый немецкий архитектор и живописец, родился 13 марта 1781 г., в Нейруппине (в Бранденбургской провинции), где его отец был супер-интендантом; начал свое образование в тамошней гимназии; потеряв отца, в 1795 году переселился в Берлин и стал учиться у архитектора Давида Гилли, а когда его не стало, поступил в ученики к его сыну, Фридриху. Последний, поклонник и, по тогдашнему времени, хороший знаток древнегреческой архитектуры, внушил Ш. любовь к ней и оказал большое влияние на направление его таланта. По смерти Фр. Гилли (в 1800 г.), он принял на себя продолжение всех частных работ, начатых его наставником, что не мешало ему, однако, посещать берлинскую строительную академию для изучения теоретической части архитектуры и относящихся к ней вспомогательных наук, а вместе с тем служить рисовальщиком и моделировщиком на одной из берлинских фабрик фарфора. В 1803 г. он отправился в Истрию, Италию и Сицилию, рисовал там ландшафты и костюмы, писал копии с исторических картин, главным же образом изучал памятники античного зодчества, и в 1806 г. возвратился чрез Париж в Берлин. Это было крайне неблагоприятное время для деятельности архитекторов, и Ш. пришлось заниматься писанием ландшафтов и архитектурных видов. Из исполненных им тогда картин в особенности известна "Цветущая пора Греции", подаренная берлинским городским управлением супруга нидерландского принца Фридриха (грав. Виттгефт). В 1808 - 14 гг. Ш. писал, сперва для Гнейзенау, а потом для В. Гроциуса, панорамы, из которых больше других прославились изображавшие "Палермо" и "Семь чудес света". В 1810 г. он был назначен асессором в новоучрежденную в Берлине строительную депутацию, в 1811 г. избран в члены тамошней академии художеств, в 1815 г. получил титул тайного советника по строительной части, в 1819 г. сделался членом технического отделения при прусском министерстве промышленности, торговли и правительственных сооружений, в 1820 г. профессором и членом совета строительной академии и, наконец, в 1839 г. главным директором правительственных зданий. Вскоре после того он заболел параличом мозга и, промучившись 13 месяцев, умер 9 октября 1841 г. Художник высокоталантливый и многосторонний, Ш. занял в истории искусства почетное место, как обновитель немецкой архитектуры, выведший ее из застоя, в котором она находилась при начале XIX столетия; он стремился возродить зодчество классической древности, преимущественно эллинское, и применять его, не нарушая его принципов, к условиям северного климата и к потребностям новейшей жизни, в чем и успевал, в большинстве случаев проявляя при этом свое тонкое чувство изящного и практический ум. Главные его произведение выдержаны все в более или менее строгом греческом стиле. Таковы: проект королевского дворца на афинском акрополе (1834), оставшийся неосуществленным, превосходный проект великокняжеского дворца в Орианде, в Крыму, также не приведенный в исполнение, боковые пристройки к Потсдамским воротам, в Берлине (1836 40), гауптвахты в Берлине и Дрездене, здание Берлинского музея (считающееся лучшим из всех созданий Ш.), драматический театр, дворцы наследного принца прусского и принца Карла, астрономическая обсерватория, инженерное и артиллерийское училища, все шесть в Берлине, Николаевская церковь и Казино в Потсдаме, Аугустеум в Лейпциге и некот. друг. Менее удачны постройки Ш. в средневековом стиле, как напр. замки Курник и Бабельсберг, близ Потсдама, ратуша в Циттау, берлинские дворцы принца прусского на Парижской площади, дворец гр. Редерна, Вердеровская церковь, памятник на Крейцберге. О стремлении Ш. соединять гармонично формы старинной немецкой архитектуры с формами древнегреческой особенно ясно свидетельствуют сооруженные им здание строительной академии в Берлине, црк. в Штраунице (в Лаузаце) и црк. св. Иоанна в Циттау. Кроме исчисленных зданий, Ш. построено в Берлине и его окрестностях много частных домов, вилл и памятников. Сочиненные им эскизы фресок, написанных после его смерти под руководством Корнелиуса в сенях берлинского музея, равно как и ряд его ландшафтных картин и рисунков, доказывают, что он мог бы быть первоклассным мастером со живописи, если бы имел досуг и случай основательно изучить ее и специально заниматься ею. Берлинские театры были обязаны ему не только многими написанными по его эскизам и под его надзором красивыми декорациями, но и основанием целой школы искусных декораторов, из которых особенно прославился К. Гропиус (младший). Немаловажную пользу принесли архитектуре и художественной промышленности изданные Ш. увражи: "Sammlung architectonischer Entwurfe" (26 тетрадей, Б., 1820 - 37; 2 изд., Потсдам, 1841 - 45; 3 изд. 1857 - 58); "Werke der hohern Baukunst" (36 лист., Потсдам, 1845 - 46; 2 изд. 1862; 3 изд. 1873) и "Grundlagen der praktischen Baukunst" (2 т., 2 изд., Б., 1835). Лоде, в 1835 - 37 гг., издал сборник рисунков, сочиненных Ш. для мебели ("Schinkels Mobelentwurfen"), вторично выпущенный в свет в 1852 г. Многочисленные архитектурные эскизы и оконченные чертежи, рисунки всякого рода, картины и вообще графические работы Ш., какие только можно было собрать, хранятся в берлинской строительной академии, составляя особый музей его имени. На площади перед этою академией красуется бронзовая статуя Ш. работы Драке; другая его статуя, исполненная из мрамора Тиком, помещена в сенях сооруженного им берлинского музея. Биография и характеристики Ш. изданы Куглером (Б., 1842), Бёттихером (там же, 1857), Квастом (Нейруппин, 1866), Г. Гриммом (1867), Вагеном (в его "Kleine Schriften", Штутгарт, 1875) и Доме (Лпц., 1882); ср. также "Aus Schinkels Nachlass" (изд. Вольцогеном, 4 т., Берлин, 1862 - 64); Tuckermann, "Schinkels litterarische Taetigkeit" (Б., 1879) и К. F. Kraetschel, "К. Fr. Schinkel in seinern Verhaeltniss zur gotischem Baukunst" (Б., 1892).

А. С - в.

Шиншилловые (Lagostomidae) - семейство грызунов, занимающее промежуточное положение между мышами и зайцами, откуда их немецкое название Hasenmause. Имеют длинные уши, длинный пушистый хвост и мягкий весьма ценный мех. Имеются ключицы; 12 спинных, 8 поясничных, 2 крестцовых и 20 хвостовых позвонков. Зубы близки к заячьим; коренные без корней, коронки из 2 или 3 параллельных пластинок. Задние ноги, как у зайцев, сильно удлинены. Ночные животные, роющие норы или живущие в пещерах. Питаются кореньями и плодами. Живут в Ю. Америке, преимущественно в скалистых частях Кордильер, ниже снеговой линии, и лишь один вид встречается в низменностях. Сюда относятся: р. Eriomys s. Chinchilla - шиншилла с большими закругленными ушами, с коренными зубами из 3 пластинок, пятипалыми передними и четырехпалыми задними ногами; длина тела достигает 1 фута (без хвоста). Е. lanigera - в Чили. P. Logidium - пушак; уши более длинные; хвост чрезвычайно пушистый; ноги передние и задние - четырехпалые; усы длинные, достигающие до плеч, величиной с кролика. L. cuvieri - в Перу и Боливии, другой вид - в Перу и Эквадоре. Оба держатся около снеговой линии. Мех этого вида носит название шиншиллоны. P. Lagostomus - виксаша; коренные зубы с двумя пластинками и только задний верхний с тремя. L. trichadastylus парагвайский заяц или вискагерас. Живет семействами в подземных норах в пампасах. Имеют привычку собирать кости, камни и разные вещи около выходов из нор.. Приносят вред, ибо езда на лошадях в местности, обитаемой ими, делается иногда невозможной, так как лошадь проваливается в норы. Преследуются ради меха, который гораздо дешевле, чем мех предыдущих форм, и ради мяса, которое едят индейцы.

В.М.Ш.

Шип в Аральском море, Урале и Волге, виз в Черном и Азовском морях, чечуга, белый осетр в Днестре (Acipenser schypa Lov.) - один из видов рода осетра (Acipenser). Ш. отличается от других наших осетровых рыб бахромчатыми (т. е. снабженными боковыми отростками) усиками (признак, общий со стерлядью) и неразделенной задней губою. Рыло его закругленное, широкое, сплющенноконическое. Усики едва достигают до края рта. Губа цельная, но передняя и задняя имеют посредине но выемке. Спинных щитков (жучек) 13 - 16, из которых первая значительной величины, боковых 60 66, брюшных 12 - 15; между рядами щитков гребешковидные и звездчатые чешуйки. Средний вес около 1,5 пд. Ш. малочислен в Черном и Азовском море, держится преимущественно в южной и восточной части Каспийского моря, откуда входит для икрометания в Куру, Урал, Сефид-Руд, редко в Волгу и в Аральское море с его реками. В Урал входит для икрометания, главным образом, во второй половине апреля. Названием Ш. обозначают также помеси разных видов рода осетр.

Н. Кн.

Ш. является единственной из осетровых рыб для Аральского бассейна, ловится в изобилии в Сыр- и Аму-Дарье, а также в Южном Каспии, откуда эта рыба входит в р. Сефид-Руф. В Сев. Каспии Ш. довольно редко попадается, не составляя объекта отдельного промысла и особого рыбного продукта. Здесь Ш. встречается отдельными экземплярами. Образ жизни этой рыбы до сего времени мало изучен: тогда как у осетра и белуги молодь живет в море откуда входит в реки лишь по наступлении половой зрелости, у Ш. молодь растет в реках и в верховьях их (Урал, Волга, Кура),"щипята" длиною 3-31/2 четв., постоянно ловятся в изобилии на червя и попадают в сети. Не выяснено место и время икрометания: по-видимому, Ш. мечет икру ранней весной и в самых верховьях рек. Констатировано, что молодь Ш. кормится личинками эфемеры и стрекозы, а во время нереста осетровых держится на месте нереста, пожирая в большом количестве их икру. Тело Ш. не жирное, но очень нежное и дает превосходные балыки и прекрасные малосолы и коренные товары. Особенно хорошим качеством обладает так назыв. "казаланская" рыба, получившая довольно широкое распространение по Уралу и в Москве. Это рыба посола во льду с солью, приготовляют ее ссыльные уральцы на Дарье. Кроме собственно особого вида Ш. (Ac. schypa) под этим понятием на Волге разумеют помеси осетровых рыб вообще: так известны белужий Ш., севрюжий Ш., осетровый Ш.; предполагают, что это помесь со стерлядью, но насколько это верно, - точно утверждать нельзя. Факт лишь тот, что в природе действительно встречаются экземпляры осетровых, которых приходится по одним признакам относить к одному виду, по другим же к другому, что с несомненностью доказывают случаи скрещивания. Еще более прочное доказательство возможности получения помесей между отдельными видами рода Аsipenser мы имеем в том факте, что в 1901 г. на р. Куре удалось икру осетра (Ас. рtrsicus) оплодотворить молоками севрюги и вывести мальков этой помеси, но за отсутствием приспособлений мальки не были выращены. Вопрос о Ш., разумея под ними помеси, имеет большое значение как в научном, так и в практическом отношениях, но решение его возможно лишь при применении указанного выше приема искусственного скрещивания разных, пород и выращивания малька до возраста по крайней мере нескольких месяцев.

Н.Б.

Шираз - главный город персидской провинции Фарсистан, прежде цветущий благодаря своей промышленности город, много раз пострадавший от землетрясений и почти совершенно разрушенный во время землетрясения 1 мая 1853 г. Город расположен в плодородной долине на высоте 1 550 м. н. ур. м., окружен горами; расположен в 52 км. от древнего Персеполя, на караванной дороге в Испагань. Окрестности города славятся садами (ширазские розы, воспетые родившимися здесь Гафизом и Саади; могилы обоих поэтов находятся в Ш.). Жит. (ок. 35 тыс.) занимаются производством розового масла, шелковых, шерстяных и хлопчатобумажных тканей, ковров, выделкой кож, производством золотых, серебряных и стальных изделий. Ш.
– оживленный торговый центр; вывозится товаров на сумму около 5 милл. руб. (опий, шерстяные ткани, хлопок, фрукты, розовое масло и др.). Ввозится на сумму 8 милл. руб. (хлопчатобумажные ткани, сахар, чай, металлы и др.). После. падения Сассанидов Ш. служил резиденцией халифов и сделался блестящим центром персидской культуры Х

– XIII в. В 1387 г. город был завоеван Тимуром.

Ширван - бывшее Ширванское ханство, ныне Шемахинский, Геокчайский и Джеватский уу.

Широта (географическая) какого-нибудь места на Земле - угол, составленный отвесной линией в этом месте с плоскостью земного экватора. На поверхности Земли Ш. измеряется дугой меридиана (проходящего через данное место) от этого места до экватора. Также можно определить угол Ш. как высоту полюса мира над плоскостью горизонта данного места. Счет Ш. ведется к северу и к югу от экватора от 0° до 90°. Вследствие эллипсоидального вида Земли, кроме географической Ш., вводится еще понятие о геоцентрической Ш.; это есть угол, составленный с плоскостью экватора линией, проведенной от данного места к центру Земли. В зависимости от величины сжатия Земли разность между обеими Ш. достигает (для Ш. 45°6') лишь 11°40". Под экватором и на полюсах эта разность обращается в нуль. Из наблюдений выводится географическая Ш. О методах определения ее см. Практическая астрономия. Вследствие небольших изменений на земной поверхности положения полюсов, т. е. перемещения оси вращения Земли внутри ее самой, все Ш. несколько изменяются. Изменения эти, впрочем, настолько малы, что могли быть на практике замечены лишь вследствие новейших улучшений наблюдательных приемов; амплитуда периодических колебаний не превосходит 0".2. Медленное "вековое" изменение Ш. обнаружено было около половины минувшего столетия (мемуар Петерса появился в 1843 г.) из разбора наблюдений, произведенных в Пулковской, Гринвичской и других обсерваториях. Существование сравнительно быстрых периодических колебаний, происходящих по весьма запутанному закону (где господствуют несколько периодов, близких к длине года), было доказано работами Fergola, Кюстнера и др. (1883 - 89 гг.). Из последующих исследований интересна работа Чэндлера, установившего период в 430 дней. В 1899 г. оборудовано международное предприятие определения изменений Ш.; по 39-ой параллели северной широты (приблизительно на равных расстояниях по долготе) устроены 9 астрономических станций: Мисусова, Чарджуй (русская станция), Карлофорте, Гайтерсбург, Цинциннати, Укия. Первый том результатов уже появился.

В. С.

Ши-цзин - одна из конфуцианских классических книг в Китае, входящая в состав пятикнижия (У-цзин). Это - "книга песен", избранных Конфуцием в количестве 311 из 3 000. Делится Ш. цзин на 4 части: го-фын - бытовые песни, доставлявшиеся ко двору императоров из разных уделов; сяо-я малые оды; да-я - большие оды; сун - гимны.

Шишкин (Иван Иванович) - один из даровитейших русских пейзажистов, живописец, рисовальщик и гравер-аквафортист, сын купца, род. в Елабуге (Вятской губ.) 13 янв. 1831 г., двенадцати лет от роду был определен в ученики 1-ой казанской гимназии, но, дойдя в ней до 5-го класса, оставил ее и поступил в московское училище живописи, ваяния и зодчества. Окончив курс этого заведения, он с 1857 г. продолжал свое образование в академии художеств, где числился учеником проф. С. М. Воробьева. Не довольствуясь занятиями в стенах академии, Ш. в это время усердно рисовал и писал этюды с натуры в окрестностях СПб, и на о-ве Валааме, чрез что приобретал все большее и большее знакомство с ее формами и уменье точно передавать ее карандашом и кистью. Уже в первый год пребывания его в академии были присуждены ему две малые серебр. медали за классный рисунок и за вид в окрестностях СПб. В 1858 г. он получил большую серебряную медаль за вид на Валааме, в 1859 г.
– малую золотую медаль за пейзаж из окрестностей СПб. и, наконец, в 1860 г.
– большую золотую медаль за два вида местности Кукко, на Валааме. Приобретя, вместе с этою последнею наградою, право на поездку за границу в качестве пенсионера академии, он отправился в 1861 г. в Мюнхен, посещал там мастерские известных художников, между прочим мастерские Бено и Франца Адамов, пользовавшихся большою популярностью за свою зверопись, а затем, в 1863 г., перебрался в Цюрих, где, под руководством проф. Коллера, считавшегося тогда одним из лучших изобразителей животных, срисовывал и писал последних с натуры. В Цюрихе Ш. попробовал впервые гравировать крепкою водкою. Отсюда он сделал экскурсию в Женеву с целью ознакомиться с работами Диде и Калама, а потом переехал в Дюссельдорф и написал там по заказу Н. Быкова "Вид в окрестностях этого города" - картину, которая, будучи прислана в СПб., доставила художнику звание академика. За границею, помимо живописи, он много занимался рисунками пером; произведения его в этом роде приводили в удивление иностранцев, и некоторые были помещены в дюссельдорфском музее рядом с рисунками первоклассных европейских мастеров. Затосковав по отечеству, Ш., в 1866 г., возвратился в СПб. до истечения срока своего пенсионерства. С той поры он нередко предпринимал путешествия с художественного целью по России, почти ежегодно выставлял свои произведения сначала в академии, а потом, после того, как учредилось товарищество передвижных выставок, на этих выставках производил рисунки пером, и с 1870 г., примкнув к образовавшемуся в СПб. кружку аквафортистов, принялся снова за гравирование крепкою водкою, которое уже не покидал до конца своей жизни, посвящая ему почти столько же времени, сколько и живописи. Все эти работы с каждым годом увеличивали за ним репутацию одного из лучших русских живописцев пейзажа и бесподобного, в своем роде, аквафортиста. В 1873 г. академия возвела его в звание профессора за приобретенную ею мастерскую картину "Лесная глушь". После вступления в действие нового устава академии, в 1892 г. Ш. был приглашен руководить ее учебной пейзажной мастерской, но, по различным обстоятельствам, исполнял эту должность недолго. Он умер скоропостижно, 8 марта 1898 г. Среди русских пейзажистов Ш. бесспорно принадлежит место самого сильного рисовальщика. Во всех своих произведениях он является удивительным знатоком растительных форм, воспроизводящим их с тонким пониманием как общего характера, так и мельчайших отличительных черт всякой породы деревьев, кустов и трав. Брался ли он за изображение соснового или елового леса, отдельные сосны и ели, точно так же, как и их совокупность, получали у него свою истинную физиономию, без всяких прикрас или убавок, - тот вид и с теми частностями, которые вполне объясняются и обусловливаются почвою и климатом, где художник заставлял их расти. Изображал ли он дубы или березы, они принимали у него донельзя правдивые формы в листве, ветвях, стволах, кореньях и во всех подробностях. Самая местность под деревьями

– камни, песок или глина, неровности почвы, поросшие папоротниками и другими лесными травами, сухие листья, хворост, валежник и пр. получала в картинах и рисунках Ш. вид совершенной действительности. Но эта реалистичность нередко вредила его пейзажам: во многих из них она заслоняла собою общее настроение, сообщала им характер картин, задуманных не с целью возбуждать в зрителе то или другое чувство, а случайных, хотя и превосходных этюдов. Должно также заметить, что с Ш. повторилось то, что бывает почти со всяким особенно сильным рисовальщиком: наука форм далась ему в ущерб для колорита, который, не будучи у него слабым и не гармоничным, все-таки не стоит на одном уровне с мастерским рисунком. Поэтому талант Ш. иногда гораздо ярче выказывается в одноцветных рисунках и офортах, чем в таких работах, в которых он пользовался многими красками. Картины и рисунки его столь многочисленны, что указание даже на важнейшие из них заняло бы слишком много места; особенно много разошлось их между любителями искусства после устроенной в 1891 г. ретроспективной выставки работ художника за сорок лет его деятельности и распродажи после его смерти того, что осталось в его мастерской. Достаточно будет упомянуть о Шишкинских произведениях, находящихся в публичных коллекциях. Всего богаче ими московская Третьяковская галерея. В ней имеются картины: "Рубка леса", "Полдень в окрестности Москвы", "Сосновый лес", "Горелый лес", "Рожь", "Дебри", "Пасека", "Еловый лес" и "Утро в сосновом лесу", и, кроме того, семнадцать мастерских рисунков. Музей имп. Александра III владеет картинами: "Корабельная роща", "Полянка с соснами", "Лесная глушь" и "Поляна", пятью этюдами и двумя рисунками. В московский публичный музей недавно поступили, по завещанию К. Солдатенкова, картина "Вид в окрестностях Москвы" и один рисунок. Всех исполненных Ш. офортов Д. Ровинский насчитывает до сотни; он указывает, сверх того, на 68 оригинальных литографий и на 15 цинкографических опытов этого мастера. А. Беггров, в 1884 - 85 гг., издал в двух сериях сборник 24-х фототипических снимков с угольных рисунков, исполненных для него Ш. В 1886 г. сам художник выпустил в свет альбом своих избранных гравюр в числе 25-ти. Впоследствии оттиски с досок, служивших для этого альбома, подправленных и несколько переделанных, были изданы, с прибавкою нескольких других офортов, в виде нового альбома г. Марксом.
– Ср. Ф. Булгаков, "Альбом русской живописи. Картины и рисунки И. И. Ш. " (СПб.,. 1892); А. Пальчиков, "Перечень печатных листов И. И. Ш." (СПб., 1885) и Д. Ровинский, "Подробный словарь русских граверов XVI - XIX вв." (т. II, СПб., 1885).