Чтение онлайн

Состояние костного моделирования оценивалась по уровню сывороточного остеокальцина на иммуноферментном анализаторе «АИФР-01 УНИПЛАН-М» (Россия). Результаты сравнивали с нормативами, прилагаемыми к тест-системам.

Из анамнеза установлено, что около половины детей первой группы имели отягощенный по заболеваемости анамнез (перенесли три и более инфекционных заболеваний до начала исследования – 58,3 %). В группе сравнения доля этих детей была существенно ниже – 24 %, р < 0,04. Установлено, что взятые под наблюдение девочки обеих групп имели высокий уровень соматической патологии, в среднем три заболевания на одного ребенка (структура заболеваний представлена в таблице 3). Из заболеваний у девочек доминировали хронический гастродуоденит, дискинезия желчевыводящих путей, вегетососудистая дистония. Девочки основной группы в два раза больше болели хроническим гастродуоденитом (р < 0,01).

Таблица 3 [6]

Распределение детей по стадиям полового развития представлено в таблице 4 (в обеих группах было одинаковое число девочек с 4-й и 5-й стадией полового развития по Таннеру).

Таблица 4

Примечательно, что средний возраст наступления менархе был также одинаковым и составил в 1-й группе 12,29 ± 0,47 года и 12,6 ± 0,4 года во 2-й группе (р > 0,05), что в целом соответствует возрасту наступления менструации у девочек-подростков в РФ.

Таким образом, дети сравниваемых групп существенно не отличались по социально-экономическому статусу семьи, числу перенесенных острых респираторных, детских инфекций и хронических заболеваний (кроме хронического гастродуоденита), уровню физического и полового развития.

Характер менструальной функции обследованных детей представлен в таблице 5.

Таблица 5

У половины обследованных девочек течение менструации сопровождалось дисменореей и вегетативными проявлениями (таблица 6).

Таблица 6

Содержание эстрадиола в сыворотке крови отличалось значительным разбросом показателей (12,38–84,4 pg/ml). Снижение уровня эстрадиола в основной группе по сравнению со второй группой отмечалось в 4 раза чаще (24 % и 80 % соответственно, р < 0,01). Нормальные показатели эстрадиола имели 20 % девочек-подростков основной группы и 76 % группы сравнения. Недостаточная минерализация диагностирована у 35,7 % девочек 1-й группы и 31,2 % девочек 2-й группы (р > 0,05). Фактические показатели ВМС, BMD и значения Z-score представлены в таблице 7.

Таблица 7

Уровень ВМС, соответствующий норме (25–75 % перцентилей), в 1-й группе имели 61 % девочек, во 2-й – 73,34 % (р > 0,05). В первой группе не было выявлено взаимосвязи показателей минерализации с возрастом и физическим развитием. У детей с нормальной менструальной функцией установлена тесная взаимосвязь ВМС с возрастом и массой тела (г = 0,51; г = 0,55; р < 0,05), что отражает физиологическое взаимодействие этих показателей в норме. У девочек с дисменореей, опсоменореей и аменореей не выявлено взаимосвязей костной минерализации поясничного отдела позвоночника с показателями физического развития, что может быть связано с десинхронизацией полового созревания с процессами линейного роста и минерализации скелета на этом этапе возрастного развития. Уровень остеокальцина характеризовался значительным разбросом и варьировался от 9,93 нг/мл до 190 нг/мл, что согласуется с данными литературы. [7] Примечательно, что снижение сывороточного остеокальцина отмечается в 2 раза чаще у детей основной группы (40 %).

В среднем 5–6 % обследованных детей имели одновременное снижение остеокальцина и эстрадиола. Выявлена высокая корреляционная связь между остеокальцином и эстрадиолом (г = 0,508; р < 0,01). Согласно литературным данным, выявленные нарушения менструальной функции, достаточно высокая частота гипоэстрогении, остеопении и снижение скорости костного образования являются прогностически неблагоприятными.

Учитывая данные зарубежных исследований о взаимосвязи нарушений менструальной функции и частоты постменопаузального остеопороза, представляется важным определить методы безопасной терапии, направленные на коррекцию гормонального, кальциевого гомеостаза и нормализацию процессов минерализации. С учетом результатов клинико-лабораторных и инструментальных исследований девочкам с нарушением менструального цикла был назначен комплекс гомеопатических препаратов, способных по своему составу оказывать мягкое положительное влияние на гормональный фон (овариум композитум, гормель С), кальциевый обмен (калькохель, остеохель С) и метаболические процессы в целом (коэнзим композитум, убихинон композитум) (см. таблицу 8). Общая длительность курса составила 3 месяца.

Таблица 8

Каждый подросток был ознакомлен с правилами приема препаратов и возможными побочными явлениями. Получено информированное согласие на лечение.

На протяжении всего периода терапии общее состояние девочек-подростков оставалось удовлетворительным. У двух детей (13,3 %) отмечены побочные реакции в виде чувства жара и боли в эпигастральной области, которые не отмечались после трехдневного перерыва терапии.

Аллергическая реакция на препарат гормель С зарегистрирована у одного ребенка в виде зудящих высыпаний на коже. В связи с этим доза препарата была снижена, после чего описанные симптомы самостоятельно исчезли, и лечение было продолжено. Эффективность лечения оценивалась через 3 месяца. Прием гомеопатических препаратов сопровождался нормализацией эстрадиола и остеокальцина. Анализируя индивидуальную реакцию биохимических показателей, можно отметить увеличение доли девочек с более высокими и уменьшение с низкими значениями эстрадиола (рис. 2) и остеокальцина (рис. 3).

Рис. 2. Динамика показателей эстрадиола на фоне терапии

Рис. 3. Динамика показателей остеокальцина на фоне терапии

Положительная клиническая динамика на фоне терапии отмечена в целом у 13 девочек, в том числе у одного ребенка с первичной аменорей (см. схему 2), и характеризовалась наступлением / установлением менструации.

Схема 2. Эффективность комплексной терапии

В связи с тем что остеокальцин способствует активному усвоению кальция костью, можно считать, что повышение его уровня на фоне проводимой терапии является прогностически благоприятным признаком для стабилизации кальциевого метаболизма и костной минерализации. Поскольку большинство специалистов в области диагностики остеопороза предполагают, что первое изменение в количественном содержании минерала можно зарегистрировать не ранее чем через полгода, контрольное денситометрическое исследование по окончании лечения не проводилось.

Таким образом, в среднем у 33 % девочек на фоне полового созревания отмечается снижение МПК поясничного отдела позвоночника (L2—L4). У девочек с нарушениями менструальной функции в 4 раза чаще диагностируется гипоэстрогения. При нарушениях менструальной функции исчезают физиологические взаимосвязи процессов минерализации костной ткани с возрастом и массой тела. Помимо гипоэстрогении, к факторам риска недостаточной минерализации костной ткани у девочек-подростков необходимо относить частые инфекционные заболевания и гастродуодениты.