Чтение онлайн

Два шлюпа были снаряжены за два дня; один с названием «Генри» был отдан под командование капитану Жану Мастерсу и экипирован восемью пушками и семьюдесятью членами команды; второй, «Морская нимфа», — капитану Фейреру Холлу с таким же количеством пушек на борту и экипажем в шестьдесят человек. Оба шлюпа были в подчинении полковника Рета, который 14 сентября на борту «Генри» вышел из Чарлстона со своей очень маленькой эскадрой и взял курс на остров Суилливантс с намерением отсюда начать операцию против неизвестного пирата. В то же самое время сюда прибыл небольшой корабль из Антигуа; хозяин корабля Кок рассказал, что он был захвачен и ограблен пиратом по имени Чарльз Вейн, капитаном бригантины с двенадцатью пушками на борту и экипажем в девяносто человек, и что этот пират еще раньше захватил два корабля, из которых один, небольшой шлюп, был под командованием капитана Дилла Мэтра, а второй, бригантина, находился под командованием капитана Топсона Мэтра и вез из Гвинеи 90 негров, которые были пересажены в другой пиратский шлюп под командованием некого Йетса, компаньона Чарльза Вейна, с командой в двадцать человек. Далее история по словам Кока развивалась следующим образом. Такое перераспределение добычи между пиратскими кораблями оказалось на руку владельцам корабля из Гвинеи, так как Йетс, делавший уже несколько попыток покончить с опасным ремеслом морского разбойника, воспользовался темнотой ночи, чтобы тихо покинуть Вейна; он добрался до реки Эдисто на юге Чарлстона, где подчинился условиям королевского указа о помиловании. Таким образом, владельцы корабля из Гвинеи вернули назад своих негров, а Йетс со своими компаньонами получили правительственные сертификаты.

Вейну потребовалось некоторое время, чтобы подойти к отмели, отделяющей небольшую лагуну от моря, где он надеялся отыскать Йетса. Два корабля, вышедшие на свое несчастье из лагуны в открытое море, держа курс на Лондон, были тут же захвачены; в то время, пока пленники находились на борту пиратской бригантины, несколько пиратов проговорились о своем намерении направиться к одной из рек, впадающих в лагуну с юга. Один из пленников позже поведал об этом Коку.

Узнав такую длинную и интересную историю, полковник Рет решил своим долгом проучить Вейна и 15 сентября, пройдя через узкий пролив в упомянутую лагуну со своими двумя шлюпами, погнался при попутном северном ветре за пиратским судном. Он обследовал все речки и маленькие островки на юге лагуны, но, не получив никаких известий о Вейне, вернулся к своему первому заданию, а именно взял курс на мыс Страха. 26 сентября к вечеру он вошел в воды реки у мыса Страха со своей маленькой эскадрой и сразу обнаружил здесь три корабля, стоящих на якоре: один принадлежал майору Бонне, а два других были им захвачены. Но случилось так, что лоцман шлюпа полковника, поднимаясь вдоль течения реки, врезался в берег; пришлось ждать добрую половину ночи, чтобы вновь оказаться на плаву, а нападать на пиратов в темноте полковник не решился. Пираты тем временем тоже увидели приближающиеся шлюпы и немедленно вооружили три ялика, которые они направили им навстречу с приказом захватить непрошеных гостей. Но посланные быстро поняли, что в воздухе пахнет большой битвой, и вернулись к своим компаньонам как можно быстрее, чтобы передать им эту тревожную новость. Всю ночь майор отдавал приказы по подготовке к предстоящему бою. С рассветом пираты подняли паруса и спустились на воду реки с намерением вести бой издалека. Полковник Рет также поднял паруса и устремился вперед на врагов с целью взять их корабль на абордаж; пираты прижались к берегу и здесь застряли. Шлюпы из Каролины оказались в таком же положении из-за малой глубины реки и тоже застряли, сев на мель; при этом «Генри», на борту которого находился полковник Рет, стоял без движения на расстоянии пистолетного выстрела от пиратов, а другой его шлюп — на расстоянии, превышающем расстояние пушечного выстрела, это означало, что он ничем не мог помочь полковнику.

Пираты имели существенное преимущество, так как их шлюп, застряв у самого берега, развернулся таким образом, что оказался под прикрытием береговой растительности, в то время как экипаж полковника Рета был полностью на виду. Тем не менее полковник и его люди вели непрекращающийся огонь все то время, пока сидели на мели, что продлилось примерно пять часов. Пираты, считая себя в безопасности, выписывали в воздухе всякие знаки своими шляпами, насмехаясь над командой шлюпа, и в шутку приглашали противника навестить их корабль, а те с решительным видом отвечали, что они действительно жаждут прийти к ним и познакомиться поближе. Что и произошло в скором времени, так как шлюп полковника первый сошел с мели; желая восполнить неудачное начало боя, Рет устремился к пиратскому кораблю, все так же намереваясь взять его на абордаж. Но пираты предвидели этот маневр и быстро подняли белый флаг, сдавшись в плен. Полковник забрал в свое ведение пиратский корабль и был рад узнать, что капитан Томас оказался не кто иной, как майор Стид Бонне, которого он неоднократно встречал в Каролине.

На борту «Генри» оказалось десять человек убитых и четырнадцать раненых, а на борту «Морской нимфы» потери составили только двое убитых и четверо раненых. Пираты потеряли в перестрелке семь человек, и пятеро были ранены, из которых двое почти сразу скончались. Офицеры и матросы полковника вели себя во время этой операции с достойной отвагой, и, конечно, они бы завладели пиратским кораблем с меньшими потерями, если бы не сели на мель. Полковник Рет поднял якорь 30 сентября и прибыл в Чарлстон 3 октября с пленниками на борту, что наполнило радостью сердца жителей провинции Каролина.

Спустя два дня Бонне и его отряд были высажены на берег; пиратов заперли в помещении охраны города за неимением тюрьмы; сержант как тюремный смотритель получил приказ сторожить Бонне в своем доме, куда отослали также старшего офицера Девида Херриота и мастера Игнасия Пелла, которые были отделены от остальных пиратов с целью добиться от последних свидетельских показаний против своих главарей. Для большей надежности перед домом каждую ночь дежурили два часовых. Тем не менее, то ли охранники были подкуплены, то ли с небрежностью отнеслись к порученному делу, майор и Херриот сбежали; мастер Пелл отказался следовать за ними. Этот побег наделал много шума в провинции: население открыто обвиняло губернатора и других членов правления в пособничестве преступникам. Оскорбления в адрес властей были следствием страха, который жители Каролины испытывали перед Бонне, опасаясь, что он сколотит новый отряд и станет нападать на них, чтобы отомстить за то зло, которое власти причинили ему в последнем бою. Но этот страх не продлился долго, потому что как только губернатор узнал о побеге майора, он опубликовал воззвание, обещая вознаграждение в 700 фунтов стерлингов тому, кто сможет поймать его, и направил несколько вооруженных барков на север и на юг провинции на поиски беглецов.

Бонне нанял маленький корабль и взял курс на север, но нехватка продовольствия и плохая погода вынудили его причалить к берегу. Он высадился на острове Суилливантс около Чарлстона, чтобы раздобыть здесь провизию. Узнав об этом, губернатор послал полковника Рета схватить беглеца. Полковник в ту же ночь отбыл на остров Суилливантс и после недолгих поисков обнаружил майора Бонне, а вместе с ним и Херриота. Люди полковника открыли по ним огонь, убив Херриота на месте и ранив одного негра и одного индейца. Бонне сдался и был препровожден на следующий день в Чарлстон, где по приказу губернатора его поместили под строжайшую охрану в ожидании судебного процесса над ним.

28 октября 1718 года открылся процесс, возбужденный против пиратов, захваченных на шлюпе с первоначальным названием «Реванш», а в дальнейшем названным «Королем Жаком», под председательством судьи вице-адмиралтейства и верховного судьи Николаса Трота и в присутствии других членов суда.

Королевский патент судьи Трота был зачитан, присяжные заседатели принесли клятву бесстрастно разобраться в обвинениях, и верховный судья произнес перед ними ученую речь, по форме напоминавшую инструкцию, в которой он утверждал следующее:

I. «Хотя Бог создал море для использования его всеми людьми, но оно тоже подчиняется разделу на области, находящиеся в чьем-то подчинении, как и земля».

II. Особенно он подчеркнул, «что король Англии является суверенным правителем всех британских морей».

III. Далее судья рассмотрел вопрос о том, «что торговля и навигация не могут развиваться без поддержки законов и что всегда существовали особые законы для регулирования морских дел». Он привел историческую деталь принятия таких законов и причин, их породивших.

IV. Он довел до их сведения, «что уже давно существуют судьи и трибуналы для разбора криминальных и гражданских дел».

V. Особенно долго он распространялся о «конституции и юрисдикции адмиралтейского ведомства».

VI. В конце речи судья поговорил о «преступлениях, которые попадают под юрисдикцию адмиралтейства» и указал, что полномочия этого органа специально распространяются на «дела о пиратах», одно из которых и предстоит разобрать на данном процессе.

Обвинения были сформулированы, судьи принесли клятву, и перед судом предстали для вынесения решения майор Стид Бонне и еще тридцать пиратов; все они за исключением четверых: Томаса Николаса, Ролана Шарпа, Джонатана Кларка и Томаса Жерарда — были объявлены виновными и приговорены к смерти.

Перед нами два главных обвинительных заключения, на основании которых пираты были осуждены. Первое составлено в таких выражениях:

«Судьи, именем короля, нашего суверена, находясь под клятвой, доводят до сведения суда, что 2 августа в пятый год правления короля Георга Стид Бонне, проживавший последнее время на Барбадосе, моряк Роберт Такер и т. д., будучи в открытом море, держа курс на некий мыс Жак, иначе мыс Энлопен, расположенный примерно в двух лье от материка на 39-ом градусе широты и находящийся под юрисдикцией короля, или вице-адмиралтейства Южной Каролины, подвергли вооруженному пиратскому нападению торговый шлюп под командованием Пьера Мэнуэринга. Против законов божьих и людских пираты схватили Пьера Мэнуэринга и остальных членов экипажа, подвергая их жизни опасности. Присвоив себе вышеупомянутый шлюп, пираты забрани его с собой со всем грузом, что абсолютно противозаконно, и этим оказали неподчинение королю, нашему суверену, и нанесли оскорбление его короне и достоинству».

Такова форма обвинительного заключения, по которому пираты предстали перед судом; и хотя было множество других фактов, которые доказывали их вику, но суд почему-то предъявил им только два. Второе обвинение касалось захвата другого шлюпа под названием «Фортуна» и под командованием Томаса Рида и было составлено в таких же выражениях, что и первое.

Пленники заявили в суде о своем несогласии с этими двумя главными обвинительными заключениями, кроме Жака Вилсона и Жана Леви, которые с самого начата признали себя виновными в обоих преступлениях, и Даниэля Пери, который признался в совершении одного из них. Пираты выдвинули очень слабые аргументы в свою защиту, а именно: находясь на корабле майора, направлявшегося к острову Сент-Томас, они оказались в тяжелом положении из-за нехватки продовольствия, а так как при этом они находились в открытом море, то вынуждены были поступить, как все другие на их месте. Майор также поддержал своих товарищей, высказав в суде, что у них была суровая необходимость поступить таким образом. Но факты, будучи полностью доказаны, привели пиратов к осуждению, кроме четверых, о которых упоминалось выше.